Начало см. ч. 1
Многими интересными вещами пришлось старику за свою жизнь в ордене заниматься. Но никогда зла они не творили. А эти вот чужие страшные по всему люди и сильные. Одна смерть Натэллы и сгоревшее подворье чего стоили.
По морю он скучал. После него в квартирке было и душно и тесно. Привык к природе. Решил вот разберется зачем «эти» его сюда вынудили вернуться и тогда уж продаст тут все и уедет. Пенсия теперь легализована, там купит себе домишко и останется доживать.
Странны его были мечты. Уж кто как не он знал, что не он хозяин себе, а его судьба.
А судьба лишила его покоя. На улицу смотреть расхотелось – не интересовали его люди, тревога душу терзала сон пропал.
Вот и эту ночь всю прокрутился, воспоминания накатили. И дом родной вспомнил, могилы родителей наверно уж и травой заросли, давно не был на родине. А ведь ничего не мешало съездить проведать, да руки, вернее ноги, не доходили. И не мешал же никто, а не тянуло. А сейчас жмет сердце, захотелось хоть пальцем к крестам прикоснуться. Дать знак что он у них на пороге, чтобы встречали. Ведь кроме отца и матери он никому в этой его жизни не был нужен просто так, потому что есть. Все другие его использовали, кто явно, кто маскировался под благодетеля.
Тоска взяла – пусто отпущенные годы прожил. Нечего с собой в следующую жизнь взять, ничего путного не приобрел – ни ума, ни опыта, ни знаний. А ведь кто как ни он знал – надо было думать о будущем, собирать багаж по крупицам, тот который поможет хороший следующий путь выбрать, на другом, который повыше, уровне. Знал, а не воспользовался знанием этим. Теперь «те» опять пошлют его куда захотят, заставят делать ни чем сам бы хотел заняться, а что «сами» надумают. Хорошо если что - то новое, а ведь могут и опять заставить эту же жизнь прожить. И «там» не поуказываешь, никто не будет даже слушать.
От этих мыслей вообще тошно стало и близость последней черты к которой он уже практически подготовился стала пугать.
Наутро собрался на базар, в часовую мастерскую, надо все таки своим рассказать о том госте, что на пляже его посетил. Сел чаю попить. А тут звонок в дверь. Сразу понял – это «чужие» по его душу пришли.
А никуда не денешься надо открывать. Об одном пожалел что не успел раньше своих о том визите предупредить, дотянул дурак старый.
«Он» был один, старый знакомый - тот же что и на морском берегу. Пригласил на кухню, поставил чашку, подвинул тарелки с сыром и колбаской. Спросил – чай или кофе.
«Тот» сразу взял быка за рога, без предисловий. Заявил что разговор их сегодня будет очень откровенный, все карты «он» ему выложит. А выбор за ним.
Твердо обозначил что сам старик «их» не интересует, «им» нужен только его главный. Вернее выход через него на контакт, а уж договариваться будут «сами».
Рассказал подробно про «их» иерархию, про цели и задачи, про уровень каждого из «них». Обозначил что «они» хотят с его друзьями объединиться. Конечно же то что его орден древний «те» так и не догадались.
И еще гость пояснил что потому так откровенно точен что ему следует это его главному донести. Времени дают сутки. Если его хозяин не хочет на контакт идти, что ж – его право, но «они» предупредили, а уж дальше не обессудьте, будем действовать в вашем городе по своему усмотрению.
И ушел. Кстати ко всему на столе стоящему даже пальцем не притронулся. Ушлый, понял старик, знает что порчу мог вмиг получить.
И еще понял что конец ему пришел. Сговорятся они между собой, их главные, или нет, а ему не жить со всем что он сейчас узнал.
Учитывая, что «чужие» Марию год назад довели до смерти его орден навстречу «им» не пойдет. Можно было бы конечно никому ничего не передавать, а просто лечь и во сне остановить сердце, но «те» ведь пригрозили в их городе самоуправством заняться. Значит надо идти, нести все что ему было сказано. При этом подумал, а может именно это должно быть самым главным в его жизни – объединить эти мощные силы, «тех» и своих.
И еще решил, да пойду, если надо – дойду, если нет – значит так надо судьбе.
Помыл посуду, убрал продукты в холодильник, закрыл окно, проверил выключен ли газ, вода, переоделся в уличное, взял с собой паспорт и закрыв дверь позвонил соседке – отдал ключ. Сказал хочу уехать на время, чтоб за квартирой приглядывала, а если не получится с билетом то к вечеру заберет.
Через десять минут Хазона не стало – сердце его остановилось и он навечно заснул у окошка в трамвае что шел к рынку.
Он так и не узнал что годы его город сотрясали непонятные простым жителям катаклизмы - рушились ни с того ни с сего мосты и здания, происходили невероятные аварии, на пустом перекрестке машины вертелись волчком или катились кубарем.
А потом резко наступил покой. Его орден победил.
КОНЕЦ Начало см. ч. 1
Если Вам интересно, читайте пока мои другие рассказы