***
Марк зевнул и снова посмотрел, как Сэм Поуэл распекал несчастных полицейских. За последние несколько дней на бедный Суантленд обрушилась целая волна популярности, поэтому ребята работали по несколько смен, стоически избегая нахлынувших репортёров. Все каналы понимали, что рейтинг подражателя взлетел до небес и надо ловить эту безумную волну интереса к убийце.
Марк заметил, что Губер смотрит на него. Агент держал свое слово и практически его не касался, зато ограничил возможность общения с Мэри, а именно с ней ему и надо было поговорить.
Марк посмотрел в окно, затем на цветок, стоящий на подоконнике, затем на руки. Время тянулось медленно, крик шерифа раздражал, хотелось лишь тишины и умеренного гудения вентилятора, как в его офисе в Нью-Йорке. Наконец раскрасневшийся шериф устало опустил голову и, сняв живот со стола, сел на стул. Крики давались ему нелегко.
Выступив из-за его спины, Губер постарался смягчить предыдущее выступление и вкрадчиво объяснил позицию ФБР. Марк снова посмотрел на цветок, казалось, даже кактус засыхает в этом обветшалом здании.
И вот когда, наконец, Губер освободился, Марк зашел к нему в кабинет. Надо было ещё раз попытаться убедить агента посодействовать.
– Я вижу, тебе ещё что-то надо? – спросил Губер, убирая папки в шкаф.
– Да, мне нужно поговорить с Мэри.
– Увы, ты же понимаешь, насколько это важный свидетель? Я не могу её сейчас волновать.
– Послушай, у меня есть подозрения, что Хьюри был убит. Стало быть, кто-то подчищает концы. Мэри, видимо, тоже хотели убить и, если я прав, то скоро нашего свидетеля тоже уберут.
– Я, конечно, рад, что ты такой очевидный, но я давно удвоил охрану и выделил специальную медсестру, которую мы тщательно проверили. Успокойся и отрабатывай остальные версии, или что у тебя там. А с Мэри встретиться не получится.
– Но это очень важно.
– Я понимаю, понимаю.
– Да ничего ты не понимаешь! Кто с ней сейчас работает?
– Предположим, я.
– Ну, как я вижу, кроме версии с самоубийством у тебя ничего нет. А мне она скажет куда больше.
– С чего такая уверенность?
– С того, что у меня опыт. Губер, тебя ведь каждый день на ковер вызывают. Просто дай мне возможность пообщаться с Мэри.
Губер на секунду задумался, потом, прижав папку к животу, потёр рукой нос. Все эти движения были настолько детскими, что Марку на миг показалось, перед ним стоит семилетний ребенок, а не агент ФБР.
– Ладно, хрен с ним. Дам тебе полчаса, но только полчаса, ни минуты больше. И рядом будет полицейский.
– Только возле двери. Близко пусть не подходит.
– Ну, хорошо, пусть так. Да, мне нужна копия записи вашей беседы.
– Вот, держи, надеюсь, пользоваться умеешь?
Он протянул ему диктофон. Марк взял, повертел его. Удобный. Легкий. Небольшой. Было видно, что Губер не раз им пользовался, да и вообще, понимал толк в таких штуках.
– Всё, а теперь иди, у меня впереди публичная порка за все твои косяки.
Марк ничего не сказал, просто развернулся и вышел.
***
В больнице Мэри лежала на пятом этаже, охраняемая двумя полицейскими. Губер держался за Мэри мертвой хваткой, даже камеру установил на всякий случай. Марк аккуратно подвинул её и присел на край кровати.
– Всё нормально? – спросил он, деловито осматривая комнату. – Как тут кормят?
– Хорошо, спасибо. Только голова побаливает, но это, наверное, от непогоды, я всегда была метеочувствительной.
– Это бывает, Мэри, бывает. Кстати, представляешь, мне выделили всего полчаса на свидание с тобой, даже диктофон дали, только я его включить забыл. Легкий, удобный. Словно на них в ФБР специальный бюджет выделен.
Она внимательно посмотрела на диктофон, потом на него, потом устало опустила голову на подушку.
– Что вам надо, детектив?
– Ты знаешь. Мне нужен убийца. Или хотя бы тот, кто решил тебя убрать.
– Это самоубийство.
– Ты Хьюри об этом расскажи. Хотя постой, он же вылетел башкой вперед, пройдя через стекло как нож сквозь масло. Так что да, наверное, самоубийство.
– Вы так легко об этом говорите.
– Да. Потому что мне плевать на него, да и на тебя.
– Тогда зачем мне вам что-то говорить?
– Чтобы я нашел виновных. Ты же любила его, ну так пойди мне навстречу.
Мэри на секунду замолчала, потом посмотрела на стоявшего позади Марка полицейского и поманила пальцем к себе. Марк нагнулся.
– Послушайте, детектив, Сэму угрожает большая опасность, я вас умоляю, защитите его. Время идет на дни. Это очень важно, понимаете? Если вы это сделаете, я вам всё расскажу. Умоляю вас, спасите его.
– Там дежурит полицейский. К тому же, почему вы не попросите об этом Губера, он заботится о вас как о родной сестре.
– Я не верю ни одному его слову. Перед отъездом Хьюри мне кое-что рассказал, так как понимал, что очень рискует. Он хотел развестись и уволиться с работы. Он хотел поменять жизнь, поэтому рассказал мне, что знал о корпорации. У них очень длинные руки и я прошу вас, заклинаю, защитите Сэма, он в очень большой опасности.
– Стало быть, вы считаете, что его смерть – это дело рук «Вундар Корпорэйшн»?
Но тут она замолчала. Марк выпрямился и увидел, что к ним подошёл охранник, внимательно изучающий обоих.
– Сэр, у меня указания насчет леди, пожалуйста, держитесь от неё на расстоянии.
– Да, конечно, офицер, – Марк отодвинулся от Мэри и затем, уже обращаясь к ней, добавил: – хорошо, но с вас потом должок.
Она устало кивнула и закрыла глаза.
***
***
Сидя в машине, Марк раз за разом спрашивал себя, не издевается ли над ним эта слетевшая с катушек содержанка. Ведь, по сути, она могла просто наглотаться таблеток и затем обыграть всё таким загадочным образом, что даже он, старый дурак, повелся. И вот теперь он сидит перед домом и не сводит глаз с полицейского и непонятно чего ждет. Марк поднял бумажный стаканчик и отпил. Вкус был настолько дрянной, что в его голове сразу же всплыл Элайджа, приготовивший, наверное, самый вкусный кофе за всю его жизнь.
Сколько он тут уже сидит? Кажется, три с половиной часа, даже полицейский, периодически выходивший из дома покурить, и то стал раздражать своим привычным видом. Марк посмотрел в сторону второй машины. Какая глупость, вот так ставить оперативников. Любой дурак догадается о слежке за домом.
Но, отвлечемся. Итак, если на секунду представить, что Хьюри и вправду о чём-то проболтался, то значит, за его убийством непременно последует убийство Мэри. Или это плод её бреда? Как-никак, она проморгала убийство своего племянника. Красивые женщины склонны к эпатажным вещам, и их сознание такое нестабильное.
Но что-то тут всё равно цепляло. Марк интуитивно, на подкорке мозга ощущал, что стоит проверить её версию. Да и выбора особо не было. Он посмотрел на часы, с секунды на секунду должен был объявиться курящий полицейский.
Минута. Вторая. Марк поднялся с кресла и внимательно посмотрел в сторону дома, на мгновение ему показалось, что там промелькнула тень. И тень достаточно быстрая, особенно для толстого неповоротливого копа, дежурившего в ту ночь. Недолго думая, он вышел из машины и пошёл тем же путем, что и незнакомец, зашедший с черного входа.
Аккуратно крутанув ручку, он потянул двери на себя, и те предательски открылись. Ночной визитер даже не постарался их закрыть, видимо, решил, что всё сделает очень быстро. Марк, стараясь не шуметь, аккуратно вошёл внутрь. Конечно, вот так входить в дом, где дежурит вооруженный полицейский, не самая лучшая идея, но деваться особо некуда, ведь убийца куда опаснее.
Он подошёл к стене и тут же увидел лежавшего на полу полицейского, из головы которого текла кровь. Аккуратно опустив руку вниз, он взялся за рукоять револьвера, но, увы, вытащить его не получилось, чудовищной силы удар едва не снес ему голову, впечатав в стену. Затем последовал второй. И вот уже Марк лежит на полу, всматриваясь в огромную фигуру, нависшую над ним. Ох, как же он пожалел в эту минуту, что так мало времени уделял физподготовке, она бы сейчас пригодилась.
Навалившись на него всей своей массой, убийца сжал его горло и начал душить. Здоровый, сильный и совершенно нерушимый, этот человек, верно, забирал его жизнь. Марк посмотрел в сторону окна. Там, снаружи, был ещё один коп, и если бы у него получилось хоть как-то подать ему знак, то был бы шанс. Но, увы, убийца довольно умело лишал его этой возможности.
В голове уже начали мелькать образы дочери, жены, стала пробегать жизнь, которая когда-то была и которая уже никогда не сможет повториться. На секунду даже стали слышны их голоса, пока, наконец, непонятно каким чудом он не нащупал рукой кобуру копа и не выхватил его револьвер. Бах, бах, бах. Первая и вторая пули прошли мимо, но вот последняя всё же нашла свою цель, пробив выставленную к дулу руку. Убийца взревел и отпрянул назад.
Воспользовавшись паузой, Марк отполз к стене. Он не мог надышаться, сердце колотилось, хорошо прицелиться не было никакого шанса. Он шарил вытянутой рукой с револьвером по воздуху, чтобы хоть как-то себя обезопасить.
«Сэм, надо проверить Сэма» – прогремело в звенящей голове Андерсена. Шатаясь, он встал на ноги. Всё кружилось, вертелось, он был крайне слаб, но всё же медленно шёл к лестнице, ведущей в верхнюю комнату. Сэм, Сэм, Сэм. Облокотившись об одну стену, затем о вторую, он кое-как выдержал равновесие.
– Поднять руки, стреляю на поражение! – раздался крик снизу.
Второй коп. Слава Богу, подумал было Марк, но тут же услышал сдавленный хрип и беспорядочные выстрелы. Видимо, убийца пошёл не наверх, а к двери. Что ж, печально. Марк дошёл до второго этажа и уселся возле ступенек.
– Сэм! Сэм, ты здесь?! – крикнул он во всю мощь легких. – Сэм, это я – Марк. Ты в безопасности. Сэм!
Тишина. Никакого звука. Марк прислушался к шагам внизу. Там тоже тишина. Он снова позвал мальчика. Он точно знал, что занимает самую лучшую позицию на данный момент, так как пробраться на второй этаж, не разбив окна, можно лишь здесь. Затем его обожгла ужасная догадка, а что, если убийца и не пошёл наверх, потому что идти незачем? И по той же причине молчит мальчик?
Марк вытащил револьвер и открыл барабан. Ровно три патрона. Что ж, если парень не появится, надо идти вниз и валить ублюдка. Он стал медленно подниматься и тут заметил, как дверь детской открылась, и в следующую секунду показалось испуганное детское лицо.
– Сэм, да ты живой, – устало сказал Марк, расплываясь в странной улыбке, голова ещё гудела, поэтому засветиться счастьем не получилось. – С тобой всё в порядке?
– Да, сэр.
– Ну, отлично, старина, иди ко мне и сиди рядом. Сейчас надо держать уши торчком и внимательно прислушиваться к любому звуку, как будто мы играем в ковбоев, понимаешь?
– Чтобы выстрелить в убийцу?
– Так точно, приятель, чтобы выстрелить в убийцу.
– Ой, у вас кровь!
Марк посмотрел на рубашку. Она была вся в крови. Только это была кровь убийцы, руку которого он прострелил. Боже, какой же всё-таки сильной была эта тварь, просто непостижимо сильной. Он вытащил трубку и вызвал подкрепление, теперь уже было поздно геройствовать, следовало дождаться подмоги.