БЫЛЬ О ЗАБЫТОМ ОТПУСКЕ

Алексей Петрович возвращался в Москву расслабленным. Короткий отпуск прошёл быстро, но звонками с работы его почти не дёргали, отдохнуть он успел, и грусти не было.

В голове продолжали мелькать картинки с прибрежными пейзажами в стиле пастораль, сохраняя, словно по инерции, ощущения южного солнца, лёгкого бриза и теплой морской воды, вызывая приятные воспоминания о вкусной местной кухне и удачно подобравшейся компании. Жена и дети, к его удивлению, тоже пребывали в позитивном анабиозе.

В путь Алексей Петрович отправился с покрасневшей от загара кожей, в трикотажных шортах и майке без рукавов, с делано небрежной причёской. Побыть в образе простака на отдыхе ещё денёк, пусть и в пути, очень хотелось, а коньячок этому весьма способствовал. Полёт завершался, настроение было благостным. Мягкая посадка, трап, паспортный контроль, далее по коридору и …

- Алексей Петрович, мы из полиции, а Вы едете с нами – вот постановление!

Двое крепких мужчин в штатском шагнули навстречу, перекрывая собой проход и показывая нашему путешественнику, ещё секунду назад пребывавшему в эйфории, служебные документы. Алексей Петрович как-то весь обмяк, и чтобы не сползти на пол, обеими руками вцепился в перила. Мысли метались, не находя объяснения происходящему и не давая подсказки что делать. Дыхание перехватило. Говорить и воспринимать содержание предъявленных бумаг он от волнения не мог.

Нет, нет, сердечных приступов, обмороков ни с кем не случилось, и в этом смысле всё обошлось. Но, быстро пробурчав свои имена, должности и названия каких-то управлений и отделов, и убедившись, что супруга Алексея Петровича, с трудом из-за дрожи в руках державшая авторучку, записала эти сведения, оперативники спешно увели задержанного, не утруждаясь объяснениями и оставив ошеломлённую семью в полной растерянности.

Прочувствовали?

А юридическая подоплёка этого случая необычна и примитивна одновременно.

Никакой уголовной предыстории в жизни Алексея Петровича не было. Дел на него не возбуждали. В розыск не объявляли. Никуда не вызывали. Жил себе человек, работал, отдыхал, уверенный, что чист перед законом, и вдруг такое …

А не было никакого «вдруг». Просто Алексей Петрович был директором, руководителем небольшой, но успешной коммерческой организации. Толковым и вполне законопослушным. Как бизнесмен он серьёзно относился к своей безопасности, но понимал её однобоко: учитывал риски от криминала, но недооценивал те, что могут быть от государства. Да, да, есть такие риски и для бизнеса, и для граждан, если кто не знал.

Типичную рекомендацию – скрывать по возможности место своего жительства от непосвящённых, Алексей Петрович выполнял: по адресу своей официальной регистрации не проживал, и, тем самым, потенциальным лихоимцам возможности усложнил. А вот в отношении работы с почтой, которая могла поступать на этот адрес, проявил небрежность – свой почтовый ящик, где покрывались пылью уже две повестки от следователя, долго не проверял.

Не буду перебирать версии, почему следователь ограничился повестками, ни разу не позвонив свидетелю. Выглядит действительно странно, архаично. Но и технические причины и рациональные мотивы для этого быть могли, ведь разбирал он сомнительные дела одного из прежних руководителей компании Алексея Петровича, и, возможно, до момента получения повестки, важный свидетель не должен был ничего знать.

Итак, Алексея Петровича дважды официально вызвали, он дважды и без уважительной причины не пришёл, ничего о себе не сообщил – у следователя есть законное основание для привода, то есть, принудительного доставления свидетеля на допрос.

Постановление, предъявленное Алексею Петровичу, было не о задержании (оно выносится в отношении подозреваемого), а о приводе его к следователю на допрос в качестве свидетеля. Исполнение документа было поручено оперативникам из УБЭП ГУВД города - расследуемое дело относилось к категории экономических. Где именно и когда задержать свидетеля в целях привода на допрос – вопрос следственной тактики, его, в рамках закона, тоже решает следователь.

Судя по всему, момент привода был выбран следователем не случайно, а так, чтобы произвести на свидетеля максимальное впечатление, расположив его к наиболее конструктивному сотрудничеству. И выбору этому Алексей Петрович своим невниманием к собственной безопасности сильно поспособствовал.

Кстати, допрос не был особо долгим, и не то, чтобы с пристрастием, но все ощущения Алексея Петровича от только что проведённого отпуска исчезли ... Совсем … И не вернулись.

Иногда сомневаюсь, стоило ли публиковать рассказ об этом случае ради элементарной рекомендации не оставлять без контроля почтовый ящик? Но как представлю Алексея Петровича в предобморочном состоянии, судорожно хватающегося за перила, у меня сомнений не остаётся.

А у Вас?