Вообразите себе сложный, интересный сюжет (фильма ли, книги, пьесы), исполненный перипетиями и внезапными поворотами, захватывающий, с добротным конфликтом, держащий интригу до самого конца. Вы жаждете финала, чтобы, наконец, узнать, чем все закончится, как персонажи выберутся из той ситуации, в которую попали. Вы с напряжением ждете конца истории. Кусаете губы, грызете ногти, хмуритесь, продумывая свои варианты исхода.
⠀
Но в финале происходит нечто такое, чего вы никак не могли предсказать, основываясь на всем, что видели до этого момента, и сюжетный конфликт решается благодаря фактам или лицам, ранее не задействованным в истории. В результате такого вмешательства извне вы чувствуете себя немного обманутыми, развязка кажется притянутой за уши, кульминация - надломленной.
⠀
Это у нас с вами, в современном мире, будет такая реакция. А вот в античном театре подобным образом решались сюжетные линии, настолько перегруженные и усложненные, что заходили в тупик, и не могли быть исчерпаны