Джанна Таджатовна Тутунджа́н (1931—2011)
Джанна Тутунджан родилась в Москве 22 сентября 1931 г. Окончила среднюю художественную школу, а затем Московский художественный институт имени В. И. Сурикова (1959). Училась в мастерской М. М. Черемных и Н. А. Пономарева, избрав для дипломной работы монументальный образ Родины-Матери в технике флорентийской мозаики.
После окончания института в том же 1959 г. уехала на родину мужа, Николая Владимировича Баскакова, и ни разу впоследствии не пожалела об этом. В одной из поездок по области присмотрели они себе деревенский дом на берегу Сухоны, и с этих пор деревня Сергиевская, затерянная в лесах Тарногского района, стала источником тем и образов графического и живописного творчества Тутунджан. Ведь именно здесь, на Вологодской земле, нашла она своих героев, определила для себя главную цель творчества – поведать миру о простых и прекрасных людях, сохраняющих в душах и сердцах своих самые лучшие и светлые качества народного характера. Таких людей встречала она в вологодской глубинке, эти люди окружали ее в Сергиевской.
Неловко уху вологжан
Созвучье — Джанна Тутунджан.
Кругом снега, а веет югом.
Перед снегами нет испуга.
От двух корней моя основа:
Растила бабушка Снежкова,
А та, кем мне отец был дан,
Теплей и жарче всех южан...
Мороз и Солнце, как две силы —
Армения и ты, Россия.
А родилась я на Арбате,
И Сивцев Вражек — колыбель,
И мне снега — родные братья,
Совсем не тянет в Коктебель,
А тянет к Северу, хоть странно.
Туда, за Вологду, в леса,
Где Сухона течет пространно,
Где неба — Высь. Где суть ясна!
Д.Тутунджан
Постепенно путевые рисунки и этюды обрастали плотью размышлений, превращаясь в обобщенные, философски мудрые картины и портреты. Пожалуй, ни один из вологодских художников так емко и глубоко не изобразил судьбу русского вологодского крестьянства, как это сделала Тутунджан. Ее дар художника-монументалиста и человеческая сердечная чуткость соединились, чтоб через образы деревенских женщин, девочек, старух поведать миру о духовной красоте, мудрости и стойкости народного характера.
Этой теме были посвящены ее «Сергиевские листы» – откровенные и сокровенные рисунки, которыми Тутунджан взволнованно вошла в вологодское искусство. «Про хлеб, про соль», «Сама себе хозяйка» – героини ее графических произведений сродни литературным образам Василия Белова, Александра Романова, Ольги Фокиной, в творчестве которых деревенская тема нашла свое особое выражение. И удивительно, вологодские писатели и поэты – «деревенщики» приняли и поняли ее, москвичку с армянской фамилией, признав в ней родную душу. Главным выразительным достоинством графики Тутунджан стал лаконичный реалистический рисунок. Поданные крупным планом женские лица, изборожденные морщинами, заглядывали в душу зрителя своими умными, все понимающими глазами, как будто искали в них поддержки, а на самом деле просто рассказывали о своей судьбе. Постепенно для расширения сюжетной линии рисунков, их смыслового обогащения Джанна Таджатовна намеренно начала вводить в них текстовое дополнение.
Как человек творческий, обладающий к тому же литературными способностями, она использовала «слово» не только как элемент текста, но и как изобразительный элемент. Так появились ее знаменитые диалоги «По правде, по совести», поражающие нас живостью бытовой зарисовки и яркой фольклорной выразительностью своих текстов. Испугавшись их откровенной правдивости и двойной силы воздействия – изобразительной и литературной, чиновники от искусства на одной из выставок вологодской графики в Ленинграде в начале 1980-х гг. настоятельно попросили убрать их из экспозиции.
Когда художнице задавали вопрос о том, что ближе ей как творцу: живопись или графика – она отвечает: «Графика – мои корни, живопись – крона». В арсенале большого художника все средства гармонично едины и подчинены одной цели – творчеству. У Тутунджан мы можем говорить о графичности живописных произведений и о наполненности живописными ассоциациями ее графических композиций.
Графический элемент выразительного силуэта всегда дополнен символикой живописного цветового пятна. Так, мягкий красный цвет в одном случае символизирует жизнь и тепло домашнего очага, в другом, контрастируя с черным, загорается пламенем пожара. И вместе с этим в каждой картине художника подчеркнута живая связь с натурой. Она пишет современных людей и современную жизнь. Практически каждое этапное полотно Тутунджан по глубине замысла и лаконизму выразительной формы – это социальный жанр, где частный мотив перерастает в обобщенный образ-символ.
Наверное, самые животрепещущие вопросы современной жизни сосредоточены в «деревенских» работах Тутунджан. Ее любимые героини, пережив войны и революции, не растеряли самого главного – веры и надежды. Именно они, эти крестьянки со сложенными на коленях руками, в окружении старых и новых семейных фотографий, и являются «корнем рода» человеческого, его «надёжей». Ведь не случайно символом возрождения русской деревни, а значит и земли, в картинах Тутунджан является деревенская женщина, окруженная детьми и не боящаяся взять на себя роль «Берегини».
Выразительные средства, которые использует в своих живописных произведениях художница, невольно отсылают нашу память к русской иконописи. «Фресковым» называли многие исследователи язык ее монументальных картин, и сама Тутунджан использует в них притчу как сюжетную канву. Ее деревенские герои сродни средневековым святым и мученикам, только не легендарным, а живущим сегодня на нашей земле. Да и названиями своих картин она «будит» нашу национальную память.
«По правде и по совести» художница ведет диалог со зрителем практически в каждой своей работе. В жанре портрета она обращается к людям хорошо знакомым и любимым, проповедуя и утверждая через них идеал духовной красоты и богатства. Наверное, потому ее портретные образы романтичны и лишены бытовизма, а цвет и изобразительные детали помогают раскрыть главное, что ценит она в их характере: творческий порыв, увлеченность, преданность.
«Джан» — в переводе — душа.
Назвав меня так, мои родители, возможно, заранее определили мои пристрастия...
Больше всего мне интересна именно «душа» — мира, времени, состояния природы, целого народа или одного человека... И всем, чем могу, я пытаюсь выразить это.
Джанна Тутунджан
Семья проживала в деревне Сергиевская Тарногского района Вологодской области.
В феврале 2011 года Джанна Тутунджан перенесла сложную операцию, после чего скончалась в реанимации на 80-м году жизни. Похоронена на Козицинском кладбище Вологды, рядом с мужем.