Вы когда-нибудь видели людей с чёрными глазами? Не то что-бы зрачок или радужка, а полностью сплошной чёрный глаз. Зрелище, скажу я вам, не для слабонервных.
Ехал я как-то из райцентра, возвращался в деревню. Солнце уже село, но было ещё довольно светло. Дорога моя проходила по лесистой местности, то выныривая на открытую часть, то снова скрываясь в лесу. Должен отметить, что места у нас просто неописуемой красоты! Ну просто едешь и любуешься на ходу. Что я, собственно, и делал.
Ехал не быстро, торопиться некуда, да и дикие животные зачастую перебегали дорогу, появившись ниоткуда. А сбить лося или косулю на большой скорости было опасно не только для самого животного, но и для водителя и его пассажиров.
Гляжу - на остановке стоят двое подростков. Там как раз свёрток на небольшую деревеньку, находящуюся в паре километров от трассы, и поэтому добрые люди своими силами оборудовали небольшую крытую остановку, от дождя и ветра.
Я по негласному обычаю, тут же останавливаюсь, чтобы спросить, далеко ли молодёжь путь держит. Дети в ответ стали канючить, что очень замёрзли и просто хотят побыстрее доехать и согреться.
Что? Замёрзли в такую теплынь? Это показалось мне странным, как и то, что они так и не сказали, куда едут.
Я уже потянулся к двери, чтобы открыть её детям, и вдруг оторопел, увидев их глаза. У обоих подростков они были совершенно чёрные - ни зрачков, ни радужки, ни даже белка - одна сплошная чернота.
Слова застряли у меня в горле. Мне хотелось скорее уехать с этого места, убежать, исчезнуть, раствориться, лишь бы только не видеть этого ужаса!
Самое интересное - они сами не предпринимали никаких действий, ведь запросто могли открыть незапертую дверь и сесть в салон. Но вместо этого они просто стояли и канючили.
- Дяденька, ну впустите нас, пожалуйста! Мы не можем сами. Вы должны открыть дверь и пригласить нас.
Тут, наконец, у меня получилось тронуться с места, и набирая обороты, я посмотрел в зеркало, чтобы убедиться, что мне удалось-таки освободиться от этого кошмара.
Но...никого там не было. Остановка - была, но детей на ней - не было.
Я какое-то время ещё жал на газ, но вскоре немного успокоился, сосредоточился и стал продолжать путь в том же режиме, что и прежде.
***
Вечером я, прихватив небольшой тортик, отправился к бабе Нюре, местной ведунье. За самоварным чаепитием я всё думал, как начать разговор, но ситуация выглядела настолько нелепо, что я молчал, так и не сумев найти нужных слов.
- Ты, Игорёк, сам не свой сегодня, - начала баб Нюра. - Аль случилось что? Ты не думай, говори, как есть.
И я стал рассказывать всё по порядку. Когда дошел до подростков, баб Нюра перебила меня.
- Мальчик и девочка, а глаза-то чёрные как уголь?
Я закивал с открытым ртом и вытаращенными глазами. Баба Нюра неспешно отпила чаю из блюдца и стала рассказывать.
- Видела я их. Приходили ко мне, стучались, просили впустить. Но я знаю, что если б впустила, они бы меня убили. И ты, Игорь, если бы впустил их в машину, и тебя бы убили.
И даже сейчас, по прошествии стольких лет, я не знаю, видел ли тех ребят или всё это мне только пригрезилось? А баб Нюра? Даже не спросил, был её случай на самом деле, или это было в её пророческих видениях?