Катастрофа советских войск под Киевом в сентябре 1941 года стала одной из самых трагичных страниц начального периода Великой Отечественной. Примерно семисоттысячная группировка советских войск попала в окружение и почти полностью была уничтожена.
Вину за этот ужасный провал возлагают на Сталина, который упорно не хотел оставлять удобные позиции Киевского укреплённого района, несмотря на угрозу окружения наших войск. Тут вождь пошёл на поводу у генерала Кирпоноса и Никиты Хрущёва, которые уверяли: оборона этого укрепрайона устоит, Киев не будет потерян!
Но дело не только в этом. До последнего момента советское главное командование рассчитывало переломить ход боёв под Киевом в свою пользу. Ведь Киевский укреплённый район действительно стал камнем преткновения для вермахта. Попытка взять его с ходу в июле 1941 года у немцев провалилась, как и штурм города в августе месяце. Советский Юго-Западный фронт, оборонявший Киев, нависал уступом над правым флангом немецкой группы армий «Центр», нацеленной на Москву.
✅В нашем телеграмм-канале Вы найдете другие интересные статьи на тему советской истории, истории мировых войн, а также крупнейших сражениях нашей армии, рекомендую! ⬇⬇⬇
Переходите по этой ссылке
21 августа 1941 г. мнивший себя великим стратегом Гитлер, вопреки мнениям многих генералов, издал директиву, предписывавшую повернуть на киевское направление 2-ю танковую группу генерала Гудериана. Вместе с 1-й танковой группой фон Клейста, наступавшей навстречу ей с юга, она должна была замкнуть кольцо окружения в глубоком тылу войск Юго-Западного фронта генерала Кирпоноса.
Сталин же приказал сформировать Брянский фронт на стыке между Юго-Западным и Западным фронтами. Во главе него был поставлен 48-летний генерал-лейтенант Андрей Ерёменко. Он взялся организовать по быстро наступавшим войскам Гудериана встречный удар.
24 августа Ерёменко обещал Сталину выполнить наступательную задачу, и запросил для этого подкреплений живой силой и техникой. Генерал бодро заверил вождя: «Я хочу разбить этого подлеца Гудериана, и безусловно разобью». В случае успеха Ерёменко, угроза окружения войск Юго-Западного фронта была бы ликвидирована.
Неоднозначные мнения о Ерёменко
Всем известно, что маршал Жуков обладал очень суровым и тяжёлым характером. В общении с подчинёнными он часто был очень груб, использовал нецензурную лексику и вообще перегибал палку. Ничего странного в этом нет: Георгий Константинович был выходцем из простого народа, в отличие от интеллигента Рокоссовского.
Тем не менее, мемуары вышли у маршала Жукова на редкость политкорректными. В них Георгий Константинович никого не «кроет в хвост и в гриву» за различные ошибки, проступки и личные качества. А, наоборот, почти обо всех вспоминает с теплотой и благодарностью.
Ни один человек не был оскорблён в мемуарах Жукова. Почти. Потому что об Андрее Ивановиче Ерёменко там есть такое высказывание: «Ерёменко в войсках не любили за глупость и чванство».
Андрей Иванович в своей книги воспоминаний тоже не остался в долгу:
«Я с товарищем Жуковым много работал, и знаю его как облупленного. Это узурпатор и грубиян, человек страшный и недалёкий. Он всех топтал на своем пути...»
Это при том, что в мемуарах многих других военачальников полно свидетельств о том, как Ерёменко крыл трёхэтажным матом своих подчинённых, позволяя себе даже рукоприкладство и «тыкание в лицо пистолетом» (угрозы расстрела на месте).
Константин Симонов незадолго до смерти маршала Василевского взял у него интервью, в котором Александр Михайлович сказал:
«Ерёменко был человеком искательным, ловким и способным в одних случаях на подхалимство, а в других – на обман, на введение в заблуждение».
Как пример – случай с катастрофой под Киевом. Ерёменко говорил то, что хотел бы услышать Сталин: энергично и уверенно обещал расправиться с наступлением Гудериана и снять угрозу окружения Юго-Западного фронта. Однако выполнить этой задачи не смог.
Провал контрнаступления Брянского фронта
Численное превосходство войск под командованием Ерёменко над группой Гудериана не было подавляющим. Однако при наступлении на неподготовленную оборону противника это могло стать достаточным условием его разгрома.
Но в 1941 году организация действий советских войск в наступлении оставляла желать много лучшего. Брянский фронт продвинулся вперёд, нанёс противнику серьёзные потери и освободил несколько населённых пунктов, в том числе и г.Трубчевск. С 31 августа по 8 сентября в районе этого города произошло одно из крупнейших встречных танковых сражений начального периода войны. Но этого оказалось недостаточно для обещанного разгрома.
Серьёзную помощь наступавшим советским войскам оказала авиация, которая впервые с начала войны использовалась массированно – 460 самолётов в небольшой полосе фронта. О том, какое значение Сталин придавал этому контрнаступлению, свидетельствует тот факт, что для его проведения была выделена 1-я авиагруппа из Резерва Главного Командования.
Но наступление врага в тыл Киевского укрепрайона, с целью его окружения, не было остановлено. До последнего момента Сталин надеялся на то, что удар Брянского фронта генерала Ерёменко отведёт угрозу от войск под Киевом. Сталин запретил даже упоминать о возможности сдачи Киева. Приказ на отступление от Киева был отдан только 18 сентября.
Было уже поздно: 15 сентября танковые группы Гудериана и Клейста встретились у Лохвиц, замкнув кольцо окружения вокруг Юго-Западного фронта. 17 сентября командующий фронтом генерал Кирпонос потерял связь со штабами армий. Советские войска попали в крупнейший «котёл» в мировой военной истории.
Но надо отдать должное генералу Ерёменко: он вовсе не прохлаждался в тылу, а энергично пытался воплотить в жизнь свои планы контрудара, сам был ранен в этих боях… Но – сделать задуманного не смог. Сталин не винил его в этой неудаче. Хотя учитывая отчаянное положение того времени, вождь легко мог дать генералу "высшую меру". Но в своем понимании Сталин не спешил разбрасываться ценными кадрами, с которыми на тот момент в РККА был дефицит. Возможно именно активные действия Ерёменко, и попытки переломить ситуацию спасли ему жизнь.
Любопытно, что Гудериан и не упоминает в своих «Воспоминаниях солдата» о контрударе войск Ерёменко. Лишь под 1 сентября он мельком говорит про «наступление противника против обоих моих флангов». Вероятно, германский полководец не хотел распространяться о потерях, которые наступление Брянского фронта нанесло отдельным частям его танковой группы.
Как бы то ни было – это контрнаступление Ерёменко никак не помешало Гудериану выполнить его главную задачу – замкнуть кольцо вокруг советских войск под Киевом.
С Вами был Владимир, канал «Две Войны». У меня есть 👉 сайт , 👉 Одноклассники, 📍YouTube. Пишите своё мнение!
Как Вы считаете, кто главный виновник катастрофы под Киевом?