Глава 9. Шизофрения
Они проводили над нами какие-то эксперименты. Брали пробы из всех мест. Та самая лаборатория, которую затем разделили на два отдельных корпуса. Один из них назвали «детской фабрикой», да, звучит действительно зловеще. Затем инспекция по контролю развития технологий запретила нам рожать. У тех, кто ослушался, отбирали детей. Иногда их возвращали, но в последние годы дети просто пропадали в биолаборатории навсегда. Русские говорили, что это для нашего же блага. Частое смешение крови в замкнутом сообществе. Может и так. Что мы могли об этом знать? Почти все поселенцы бывшие безграмотные дети. Нам присылали учителей, многие владели английским. Технический максимум: плотничество и садоводство. Через семьдесят лет у нас уже был космопорт, поставки контрабанды, незаконные учебники и чертежи на русском в обмен на золото, редкоземельные металлы, алмазы и прочее бесполезное для нас дерьмо. Мы думали, что обманули их, но они просто позволяли нам так думать. Планета оказалась слишком опасна, чтобы жить на ней, имея под рукой в лучшем случае топор.
На Громне скрывались беглые преступники, владевшие секретами технологий, которые научили нас изготавливать радиостанции, обрабатывать металл, чтобы получалось полуавтоматическое оружие… На самом деле это были профессиональные агенты, действующие по заданию ИРТ. Первые генетические мутанты появились гораздо позже.
Аника Витольдовна.
Неизвестное измерение
Три телефонные будки, разделённые на твоём экране полосами.
Три посредственных силуэта, прячущих лица во тьме, помещённые в будки, разделённые на твоём экране полосами. Скрывающие шумы в белом грохоте тропического ливня. В белом шуме реликтового излучения начинается зашифрованный разговор. В преддверии нападения цунами на побережья от Африки до Таиланда. Трубка снимается с рычага в 7 часов 58 минут, одновременно с началом подводного землетрясения. Для сокрытия следов соединения, используется разрыв во времени между абонентами и питающая соединение полная энергия, высвобождаемая мощнейшим землетрясением 2004 года в два эксаджоуля.
На юге Сомали берётся трубка второго абонента. Его шумы камуфлируются бесконечной стрельбой, с хрустом пожирающие пальмы огнём, крики умирающего и приговорённого к расстрелу мирного населения. Запах сексуального насилия, дыма от офицерских мундиров Переходного федерального правительства и перетёртого ногами в пыль тростника.
- Император начинает расследование.
В ответ сначала идёт гул, исторгаемый глоткой, задыхающейся в мутной воде.
- Установлен контроль?
Третий абонент снимает трубку в кабинете директора школы №1. Торжественная линейка уже началась. Террористы штурмуют детей и преподавателей. Стрельба над головами, страх, плач и крики скрывают шум, производимый абонентом. Запах пороховых газов, осыпающегося перекрытия крыши, чёрного грибка, скопившегося в точке росы и мелькающего на твоём экране зелёного.
- Активирован Древний. Оценка? Ущерб.
- Необыкновенно большой.
Отвечает сентябрю задыхающийся крик через три месяца. Руины тропических деревень нависают над головой волной. Трупы и фрагменты тел продолжают агонизировать, почти достигая скорости звука. Нас больше нет, кач don’t stop (долбит электронная музыка). Дифрагированная волна цунами достигает Сомали за семь часов. Второй абонент вне досягаемости за счёт временного сдвига.
- Продолжить операцию. Корректировками пренебречь.
- Новая Эра. Наивысшее значение.
Кто-то барабанит в спину из АКМ. Абонент оседает, чтобы не привлекать внимания. Зажимает трубку своим трупом. В отблеске натёкшей крови видно отражение его воспалённых бормочущих губ. Видно отражение пегой от лишая собаки, глодающей труп темнокожего ребёнка. Видно отражение голых, потных поясниц, склонившихся над застреленной в лицо женщиной. Среди грязных тус у нас флирт элитный (долбит электронная музыка). Причитания спятившего отца, спятившего мужа. Звон молний или запах кожаных ремней. Спятивший – безынтересное фото мёртвого африканского аборигена без кистей и стоп на твоём экране. Дизлайк.
Движение пальцем вверх – на твоём экране Даня Милохин. Лайк.
Движение пальцем вверх – на твоём экране рецепт «полосатого пирога». Лайк.
- Агент позаботится о новом Древнем.
Disconnect, между нами океаны. ФСБ штурмуют цунами. «Когда белых волосков немного, они только слегка разбросаны…» Движение пальцем вверх – пластиковая зебра на выставке современного творчества в Венеции на Биеннале. Лайк. Даня Вурст. Лайк. Мёртвая Вселенная. Дизлайк. Элджей & Кравц - Дисконнект. Дизлайк…
****
Как страшен путь назад. О, пытка пробужденья,
Когда услышит слух, когда прозреет зренье,
Засуетится пульс и мысль очнётся в склепе,
Душа обрящет плоть и плоть обрящет цепи.
Эмили Бронте.
Тяжёлый крейсер «Генерал Сергей Шойгу». Высокая орбита планеты Громна
Предупредительная тревога прокатывается по коридорам специальным прерывистым сигналом и весь экипаж, находящийся в коридорах с красной линией, прячется. Здесь пройдёт паладин Симаргл. Это один из самых мрачнейших паладинов, созданных человеческим разумом. Кровь его ядовита. Тело испепеляет радиоактивными лучами. Первые враги, столкнувшиеся с ними, прозвали их думами – Doomsday, Судный День. Через сто лет, когда предприняли очередной Крестовый поход против русских, (ещё президент) отправил освящённых патриархом Московским генетических людей в бой... Последствия их нечеловеческой ярости и жестокости поверг всех в шок.
Грохот прокатывается по высоким коридорам от его бега. Жадный до военных зверств Симаргл, двинулся к своей десантной шахте:
- Наконец-то! Настоящая бойня! Вот я оторвусь…
Он взирает на планету с высоты четыреста километров. Внизу виднеется сигарообразный посольский звездолёт, почти утонувший в тумане. Даже с такой высоты видно движение в мутной толще. Острова застроены домами, некоторые разрушены, догорают какие-то обломки.
Его шахта выброса увешена сложной аппаратурой, применимой только для активации его тела. Усевшись в кресло, он дал условный знак и в его вены впились иглы, прозрачные трубки от которых вели к сосудам с оливкового цвета жидкостью. Внутри сосудов содержались эмбрионы и новорождённые уродцы, мутация которых обрекала их на смерть. Сиамские близнецы, росшие один из другого; многорукие и многоголовые; с внутренними органами наружу. Бесконечная боль и страдания. Инъекции мозговой активности. Смерть их почти осмысленная, насильственная, целиком оправданная институтом Палладиума. Практически чистая некроплазма, способная пробудить в Симаргле гневную сущность паладина. Боевая мощность несоизмерима с человеческой. Преображение, ломающее все понятия биологии существ.
Реагент, впрыснутый в сосуд, расщепляет труп маленького уродца, и изуродованная некроматерия вошла в вены Симаргла. Он забился в агонии, скрепя креслом в страшных мучениях, когда некроплазма достигла мозга, раздувая его прорастающими чёрными чертополохами. Крики страданий всех бессонных дней ребёнка, обречённого на смерть, заверещали в нём. Судорога изогнула тело дума и крепления, не выдержав разорвались. Уродливые крылья вырвались из спины, поддаваясь генетическому изменению тела.
Шахта выброса десантировала его, как выкидыш, в бескислородное небо, где он, падая, продолжал подыхать в корчах. Крылья его трепал холодный натиск, по-ангельски белое, неприсущее некроматическому демону оперение отрывалось, оголяя бледную ощипанную перепончатую кожу. Симаргл падал на звездолёт, превращаясь в самое современное живое оружие. Вынырнувшие из тумана глотки схватили его и используя инерцию тела зашвырнули его далеко на запад. Туда устремилась волна живности, сотрясая голодным воем атмосферу.
Симаргл рухнул в чащу иссиня-зелёных папоротников, ломая их сочные стебли. Под слоем тумана пространство ярилось от метана, исторгаемое из недр планеты. Дум схватил камень, чтобы высечь искру и сжечь волны бегущих к нему. Что-то ударило его в бок. Уродливое существо с клыками и коричневой шерстью. Размахнувшись, дум размозжил его череп и бросился вперёд. Трансформацию нельзя прерывать. Заваленная селитрой, как снегом, чащоба древовидных хвощей с потревоженных зонтов которых скатывались кислотные смолы. Существа взвыли. Симаргл сжал шипящую рану на руке и ухмыльнулся. Такая биосфера ему нравится.
Его тело извивалось, проникая в прослойки изученных мёртвых измерений. Симаргл использовал аналог измерения мёртвых «Кошачьи внутренности» Громны, где уже с древних времён копятся души сотен миллиардов живых существ. Некроматерию разумных существ он черпает из «Западных Земель», которая не имеет основного отправного пункта и не привязана к определённой планете. «Западные Земли» сущий ад нашей Вселенной, где также существует иерархия, социальные институты, беднота и олигархия. Мёртвые не зря говорят, что там почти также, разве что всё иначе. Если честно, Симаргл этому не верил.
Находясь в крайней точке между жизнью и смертью, он будет расходовать мёртвый разум как генератор распада, преобразовывая его в некроэнергию без потерь. Эта же некротехнология позволяет Императору существовать вечно. Лучшие специалисты в области некротрансформации роботизированные скелетоны с глазированными металлом остовами-скелетами. Оставаться в мире живых им позволяет реактор, бесконечно перебрасывающий энергию в другие мёртвые измерения и обратно. Теперь тонкая грань между жизнь и смертью практически стёрта. Почти до нуля сведены самоубийства. Сейчас есть даже конгломераты, правящие члены которых совершили самоубийства, чтобы иметь возможность торговать в оба измерения. Миры мёртвых почти такие же, просто другие. Так они все говорят, но живые этому не верят. Это естественный страх, пока не окажешься там со всеми своими мыслями и не увидишь сам. Он есть.
***
Существа Громны замерли, смотря на неведомое создание заинтересованными фасеточными глазами. Дум чувствовал их общий разум. Вместо по-ангельски белых перьев на крыльях начали прорастать руки и ноги, топорща пальцы. Тело Симаргла стало ещё массивнее и вот наконец он кровожадно заревел, достигнув квинтэссенции своей сущности, используя беспрецедентную некро-биологическую технологию человеческих учёных.
Десятки тысяч человеческих рук мертвенно-бледными отростками шевелили пальцами с синими ногтевыми пластинами. Руки плотно прорастали вниз и в стороны, имитируя на крыльях первостепенное маховое оперение. Человеческие ноги на крыльях Симаргла, затёкшие и вялые, топорщились ближе к спине горбатыми коленками. Ступни с пятками были по-девичьи чисты, сотнями изгибаясь в суставах, лягались и пинались в попытках высвободить свою собственную душу. Армия нерождённых призвана в тело дума, чтобы воевать и упиваться своей неуспокоенной судьбой. Армия мёртвых была топливом, поддерживая в теле паладина Симаргла скорее смерть, чем жизнь.
Голени Симаргла встопорщились прочными позвонками, охватывая икры проступившими частыми рёбрами. Грудная клетка дума выперла клином, нависая над впалым, обтянутым кожей животом, в котором неприятно для глаза роились ожившие кишки, словно бунтующая колония круглых червей аскарид.
На голове, из глазниц вывалились руки, на вытянутых подушечках пальцев насекомо чернели севрюжьими икринками глазные яблочки. Руки выгибались и оглядывались по сторонам. Рот бардовым провалом буйно распёрло от острых зубов, тонкие и длинные иглы которых искали свою жертву, шевелясь в разбросе хаотического беспорядка.
На месте половых органов свисал желтушного цветя вытянутый труп, голова которого приобрела форму выраженного тупого конуса с глазами. Через ноги и живот трупа шла толстая дорсальная артерия. Кожа трупа сползла в гармошку. Голые переливы мышц, масляных суставов, отжившей тушёночной мякотью в жирной с белой скомкивавшейся грязью. Соски – ореолы беззубых потеющих ртов.
В теле бусинами белели струпья нарывов, в которых шевелились спящие мальки эмбрионов, пуповины которых соединялись в витой жгут, врастающий в набрякшие пузыри шевелящейся мошонки.
Правая рука – четырёх суставчатый костяной серп. Левая рука – длинные когти тонких и острых, как ножи газонокосилки отростков. Бугры мышц лишены анатомической прелести. Они уродливы, в перекрёстах иссиня-чёрных и оливково-болотистых венах и артериях, толкающих грязную трупную эссенцию. Кожа отвратительного серо-бледного, цементного цвета.
Хребет Симаргла вздыбился железнодорожным мостом, качественно вмещая в себя лопатки мощных псевдорук и, чуть ниже, коракоид плечевого пояса крыльев. Остистые отростки остро выпирали под кожей, едва сдерживаясь, чтобы не прорваться горбатой двуручной пилой.
Пепельный прах медленно ниспадал омертвевшими клетками с его крыльев. Некро-биологическое творчество учёных, вершащих в имперских закулисах беспредел. Всего лишь прах и Слово паладина способны уничтожать ВСЮ жизнь на этой планете.
Симаргл приготовился к появлению врага, сжимая и разжимая свои острые когти, воображая схватку с любой тварью. Тьма многих километров тумана скрывает их спины, тяжёлые мандибулы, клешни, зубы. Симаргл вращает руками растущих прямо из его глазниц. Толстые жгуты зрительных нервов от десяти сверхподвижных и сверхчувствительных глаз врезаются в мозг. Молниеносно происходит захват целей. Четыре сотни… тысяча восемьсот… шесть тысяч триста две…. Сто пятьдесят тысяч… Шестьсот одиннадцать тысяч…. Над ним нависают дроны, пронизывают тьму и туман прожекторами, ведут прямую трансляцию с места событий на всю Империю.
Он не собирается сражаться в такой тьме. Из пасти вырывается чудовищный визг, пробивающий окружающее насквозь, вырисовывая в сложном мозгу Симаргла ультразвуковую объёмную картинку. Глаза-руки всасываются в голову – шея раздувается от сложенных в полости предплечий. Крик едва начав затухать, повторяется, накладываясь один на другой. Для каждого лёгкого своя голосовая связка. Иссиня-зелёные побеги сочной сумрачной растительности вокруг него чернеет. Страшная радиация разлетается во все стороны, убивая живое. Что-то рвануло к нему, расправляя острые выступы и наповал падает, катясь к ногам с сожжённым нервным узлом. Раковые опухоли взрываются лиловыми нарывами. Древние люминесцирующие виды плесневых грибов, простейших, рогатых слизняков и насекомых наоборот приходят в движение от вкусного потока радиации, начиная расцвечивать тьму в самые разнообразные цвета, заполняя радужным неоном всё вокруг. Рейтинг зрителей скачкообразно возрос от полутора миллиардов зрителей до четырнадцати миллиардов. Уроки в школах сорваны от небывалого зрелища, передаваемого на каждый экран Империи.
Громадная сколопендра набрасывается на паладина, раскрывая пасть и целясь в лицо, но голова Симаргла гораздо крупнее и дум, насадив тварь на серпы, махом откусывает насекомому половину башки. Чудовищный визг сотрясает потрясённую от увиденного массу хищников. Они набрасываются все вместе. Радиация и взмахи острыми серпами разрезают туши на куски и труху. Движения паладина неуловимы как броски молний. Они до такой скорости никогда не эволюционируют. Такая скорость недоступна живым организмам. Только мёртвым. Яд и слизь льются под ноги. Симаргл хохочет, отбросив какую-то жуткую тварь, высосав из неё жирные внутренности. Он заметил, получив отпор всё это туманное войско скоординировано отступает как синхронная туча птиц.
Шишковатые плети сине-зелёной грибницы взбираются на его ногу, ярко пульсируя. Шляпки грибов в округе на короткое время замолкают и вдруг вспыхивают одновременным стробоскопическим мерцанием. Они не понимают как такое массивное существо способно противостоять самоорганизованной массе врага. Яд выплёвывается со всех сторон. Летят отравленные колючки, иглы, части тел с тяжёлыми шарами заряженные прочными шипами. Похожий на краба бронированный скорпион, используя безумное мерцание нападает сзади. Скорость его атаки в три раза превышает скорость удара рака-богомола. Симаргл разрубает его надвое, уворачиваясь от сверхзвукового удара. Под общий скрежет зубов на голову падают тучи хищников. Крылья Симаргла состоящие из рук и ног, хватают, рвут и пинают. Его окатывает внутренностями и жидкостью от концентрированного смрада, которого обычный человек моментально бы умер выгорев изнутри, гораздо быстрее чем от вдоха зарина полной грудью. Большинство биохимических защитных тканей разъело бы от этой слизи, но некро-паладину плевать. Он запускает серп в тушу твари подробное описание которой заняло бы кучу времени. Он кромсает её внутренности, вкручивается туда головой и жрёт содержимое. Тварь оглушительно орёт от боли и страха. Эти ощущения передаются остальным. За сотни лет обитатели тумана оказались либо слишком тупы, обзаведясь такой слабостью, либо не успели приспособиться?
Нет. Всё нет.
Они просто никогда не сталкивались с таким врагом. В их полостях кипит кислота для переваривания еды. Голод гонит их в бой?
Нет. Всё нет.
Кто-то… Что-то отдаёт им команды, блокирует их страх и получает информацию о том, как проходит бой, по этой очень глупой с точки зрения паладина, передающегося от каждого к каждому всплеску эмоций. Эта информация превращает громадную армию хищников в лёгкую добычу. Пупок Симаргла раскрывается влажно-розовыми стенками. Он нагибается, чтобы использовать руку, вывалившуюся из глазницы, и шарит внутри. Чудовища тумана выглядывают из своих укрытий, получив очередное разгромное положение. Что ещё придумал этот враг? Спицы их ног трясутся, они взбрыкивают головами сопротивляясь Насекомо-Матери. Антенны их дрожат от ужаса, когда они видят, что происходит. Паладин тащит из своего живота кишки, оплетённые мускулами, которые изгибаются словно их пробивает эпилептический припадок. Однако это только кажущийся хаос. Кишки спрессовываются между собой в какую-то удлинённую штуку, уродливые сопла которой чёрными провалами указывают в их сторону. Скрутка от орудия тянется в самый низ живота. Вместо нарезного ствола, витки создаются жёсткими скрутками мышц. Скрученные коричного цвета жилы, плесневело-сырного цвета нервы, артериально-венозные петли рубиново-аквамаринового цвета.
Вереща от невыносимого яростного голода самые отчаянные, бросаются вперёд. В смертельный туман. На кошмарный экспериментальный генетический…
- Шедевр! - хохочет бессмертный скелетон на всю Империю.
Орудие стреляет со звуком шелеста тысяч крыльев саранчи. Что-то перламутрово-белое летит из орудия и попав на шкуру, броню, ноги, чувствительную ткань глаз, начинает казнь, прогрызая себе путь и роясь в сладких внутренностях начинает пожирать изнутри, заживо. Из визжащих в агонии трупов насекомых с писком вырываются чудовищные лилово-фиолетовые эмбрионы не похожие ни на одно существо во вселенной. Это может обитать лишь в адских инфернальных измерениях. Оно визжит ультразвуковым перебором пока не находит комбинацию килогерц или мегагерц от которой начинает сходить с ума вся биосистема органов чувств противника. Ещё несколько минут и миллионная армия Насекомо-Матери превращена в питательный могильник для существ из самых ужасных некро-миров известных и ещё неизвестных «Порядковой системе Некроматерии».
***
- Марья Ивановна, - тянет руку мальчик, она кивает, - мне кажется это спермо-демоны из «Кошачьих Внутренностей»!
- Неверно и, раз уж мы говорим про миры мёртвых, им не нравится, когда название склоняется падежами. Дети! «Красный Ночной» и «Кошачьи Внутренности» никогда не склоняются! Также как «конферансье», «кофе», «портмоне», «трюмо», «жюри» …
- Может тогда – «Могилы Младших Сестёр»? – робко предполагает мальчик.
— Вот извращенец… - сквозь зубы цедит Саша, его соседка по парте, - лучше заткнись, Вовочка….
Глава 8. Генри
#фантастика #боевая фантастика #постапокалипсис #третья мировая #владимир найтмар #читать фантастику