Как многие уже подметили, сегодня этот фильм смотрится наивно даже по меркам неровного тогда творчества Тони Скотта. Большую часть карьеры выглядывавший из тени своего более именитого брата, этот режиссёр тем не менее обладал удивительной способностью даже из самого дурацкого сценария вытянуть мощную кинематографическую фактуру (см. хотя бы х/ф «Месть»).
«Топ Ган» же скорее относится к числу его попыток снять «просто кино», выступить в амплуа техничного голливудского ремесленника – как это позже случалось на «Днях грома» или «Фанате». Но те фильмы без шансов провалились, а этот превратил Круза в мировую суперзвезду и собрал феноменальную кассу по всему миру. В чём тут секрет?
Наверное, всё-таки в том, что на уровне потрясающе красивой картинки, оголённых эмоций и атмосферы это идеальное выражение большого голливудского стиля 80-х; триумф не столько формы, сколько настроения над любой идеей сверх прямолинейной патриотической пропаганды.
Если бы Скотт чуть докрутил символизм, получился бы ладный роман воспитания с небесами, густо утыканными фаллическими символами (впрочем, за самыми смелыми интерпретациями лучше обратиться к Тарантино). А так – мелодрама вышла приторноватой, в конфликте между льдом и пламенем многовато монотонного дидактизма, а когда нас заставляют оплакивать кого-либо из пилотов, внезапно вспоминаешь, что чем-то напоминающим полноценный характер обладают разве что герои Тома Круза и Вэла Килмера.
Поэтому и смотреть его сегодня можно как эстетически выверенный видеоклип, максималистскую фантазию о бравом пилоте, научившимся твёрдо стоять на ногах. Его сверхидея – в кинетическом (пусть по части экшена кино всё-таки сильно устарело – и на сцены воздушных боёв сегодня без смеха не взглянешь) и эротическом (а Келли МакГиллис действительно потрясающе смотрится в кадре!) напряжении; не в том, как фильм прочитывается, а как он звучит.
Насколько сильно Косински отошёл от этой формулы, мы поговорим уже завтра.