Наверняка многим известно, что после того, как Нобелевская премия была присуждена антифашисту Карлу фон Осецкому, Гитлер издал декрет, согласно которому гражданам рейха запрещалось получение этой награды. Однако через 3 года на соискание премии была выдвинута кандидатура самого фюрера. Как же такое могло произойти? И почему на самом деле Гитлер так и не оказался в окончательном списке номинантов?
Эта история действительно началась с Карла фон Осецкого. Если верить автору книги «Неизвестный Фридрих Великий», Максиму Бельскому, Осецкий, который, кстати, не принадлежал ни к одной партии, еще до прихода к власти нацистов называл Гитлера «страшной бедой и несчастьем для немцев». Будучи сам гражданином Германии, публицист в буквальном смысле издевался над нацисткой идеологией и ее лживой пропагандой. Именно Карл фон Осецкий одним из первых публично раскритиковал книгу Адольфа Гитлера «Майн кампф», как расистскую. Смелые высказывания журналиста стоили ему жизни.
После установления диктатуры Осецкий оказался в концлагере. Тяжелый труд и суровые лагерные условия подорвали здоровье антифашиста: он скончался от туберкулеза в мае 1938 года. Однако, как утверждает Кирилл Сухомлинов на страницах своей книги «Медики, изменившие мир», незадолго до смерти по инициативе Альберта Эйнштейна и Томаса Манна Карлу фон Осецкому была присуждена Нобелевская премия. Взбешенный Гитлер заявил Норвегии, что, пока та не отменит премию Осецкому, немецкие ученые не будут номинироваться на эту награду. Норвежские власти в свою очередь сослались на тот факт, что Нобелевский комитет находится вне их компетенции.
Гитлер – «борец за мир»
Несмотря на то, что в 1937 году Адольф Гитлер подписал декрет, запрещавший гражданам рейха получать Нобелевскую премию, он сам был номинирован на нее двумя годами позже. Как пишет Януш Вишневский в своей книге «Бикини», кандидатуру фюрера внес для предварительного обсуждения Нобелевским комитетом шведский политик, член парламента страны, Эрик Готфрид Кристиан Брандт. Примечательно, что при этом Брандт назвал Гитлера «борцом за мир» и высказал предположение о том, что диктатор «способен принести мир Европе и всему остальному сообществу».
Предложение Брандта наделало немало шума. После этого некоторые студенты даже отказались посещать его лекции. Однако на самом деле Брандт являлся антифашистом и рассматривал выдвижение Гитлера на Нобелевскую премию как «сатирическую критику» в отношении другого кандидата Невилла Чемберлена, известного своей «политикой умиротворения агрессора». Кроме того, в 1930-е годы в Скандинавских государствах усилились профашистские настроения, к которым своим экстравагантным поступком тоже хотел привлечь внимание Брандт. По крайней мере, так утверждал он сам.
Впрочем, по мнению некоторых историков, в те годы многие действительно считали Адольфа Гитлера миротворцем. Александр Осокин, автор книги «Великая тайна Великой Отечественной: глаза открыты», уверен, что возникновению подобных взглядов поспособствовали Мюнхенские соглашения. По словам Осокина, западное общество и в самом деле позиционировало четырех лидеров, подписавших упомянутые соглашения, как настоящих борцов за мир во всем мире. Недаром же в 1938 году Гитлер был назван «человеком года». Выдвижение кандидатуры фюрера на Нобелевскую премию, как считает Осокин, было также связано с Мюнхенскими соглашениями.
В шутку или всерьез Гитлер оказался среди номинантов на Нобелевскую премию мира, но нельзя отрицать тот факт, что комитет все-таки внес диктатора в предварительные списки. 1 февраля 1939 года его имя оттуда, конечно, вычеркнули. Однако Януш Вишневский уверенно заявляет, что члены комитета сделали это исключительно по инициативе Йозефа Геббельса. Как пишет Вишневский, Геббельс знал о том, что скоро начнется война, и вручение Нобелевских премий попросту не состоится. Тем не менее, информация о том, что, несмотря на всю абсурдность идеи, Адольф Гитлер действительно номинировался на премию мира, навсегда сохранилась на скрижалях истории.