Недосказанность. Рождается ложь, Наизусть все твои уловки, От меня ты неслышно уйдешь, От истории только осколки. воспоминания. По телу дрожь. Мысли вслух. О тебе. Не важно. За окном барабанит дождь. Я стараюсь забыть тебя. Как же. Я стараюсь не думать. Тщетно. В каждой клетке. В каждом приступе веры. Ты была для меня Венерой. Обернувшись Апатой – стервой. Перевыпустить. Форматировать. Перевычеркнуть. Все стираемо. Ничего не бывает вечного. Только временно. Все сгораемо. Не заденешь уже криками, Не воротишь что было. БЕз толку. По и прощай, «любимая», Поезда ушли, такси не приехало… Заглушив. Закопав. Переиздано. Существую. Живо по-новому. Пропущу под углами призмы я, Что было в сердце вогнано. Не затронешь речами лживыми, Не зацепишь глазами хитрыми, Сценарий твой. Так наиграно… Проиграла. Сдавайся красивая. Недосказанность. Смотрю в никуда. Вспоминаю. Не больно даже. Было. Есть. И будет всегда. Любовь и ложь не в одном экипаже. Все сломано. Смято. Выброшено. За это время стали так н
Недосказанность. Рождается ложь,
Наизусть все твои уловки,
От меня ты неслышно уйдешь,
От истории только осколки.
воспоминания. По телу дрожь.
Мысли вслух. О тебе. Не важно.
За окном барабанит дождь.
Я стараюсь забыть тебя. Как же.
Я стараюсь не думать. Тщетно.
В каждой клетке. В каждом приступе веры.
Ты была для меня Венерой.
Обернувшись Апатой – стервой.
Перевыпустить. Форматировать.
Перевычеркнуть. Все стираемо.
Ничего не бывает вечного.
Только временно. Все сгораемо.
Не заденешь уже криками,
Не воротишь что было. БЕз толку.
По и прощай, «любимая»,
Поезда ушли, такси не приехало…
Заглушив. Закопав. Переиздано.
Существую. Живо по-новому.
Пропущу под углами призмы я,
Что было в сердце вогнано.
Не затронешь речами лживыми,
Не зацепишь глазами хитрыми,
Сценарий твой. Так наиграно…
Проиграла. Сдавайся красивая.
Недосказанность. Смотрю в никуда.
Вспоминаю. Не больно даже.
Было. Есть. И будет всегда.
Любовь и ложь не в одном экипаже.
Все сломано. Смято. Выброшено.
За это время стали так непохожи мы,
Укололись чувства о веретено…
Ведь согласись – дальше полуправд нам идти не дано…