Встретил такой вопрос относительно учения Церкви о телесном воскресении мертвых:
— Странно: для вечной жизни людям необходимо будет тело (!) с плотью и кровью, с старением, болезнями и... смертью физической оболочки!.. Это что ж, у попа была собака? Нет, не «клеится». Значит, тело будет, но бессмертное, а значит без болезней, старения — эдакий вечный двигатель? Нет, опять не то...
Ответил:
— Почему «не то»? Тело Христа Воскресшего было с болезнями, старением и смертью? — Нет: это уже преображённая телесность. Она мало общего имеет с нынешней. Ныне мы находимся в падшем мире. Каков мир и в частности, каково действие первородного греха на человеческую природу, такова и наша плоть. Она немощна и смертна. Но это не означает, что телесность дурна сама по себе. Согласно учению Церкви, человек изначально замыслен (в отличие от ангелов) как трисоставное существо, в котором соединены дух, душа и тело. И окончательное воскресение мёртвых, спасение человека мыслится в восстановлении единства всех этих элементов. Но не в их нынешнем состоянии, конечно же.
То тело, та «оболочка», какую получит человек для жизни вечной, вовсе уже не бренная: она не предполагает смерти, болезней, старения, не нуждается во всем том, без чего человек умирает или страдает. Спаситель явился после Воскресения именно телесно, но уже совсем другим образом. Именно Его пример дал Церкви знание о нашем собственном воскресении.
Может смутить, что Христос показал святому апостолу Фоме раны, которые остались на Его Теле. Не признак ли это какой-то повреждённости? Нет. Христос показал эти ранения с единственной целью: чтобы Его ученики были уверены, что Он — не призрак. Во всем остальном новая телесность полна новых, особых свойств. Вспомните, что несколько раз апостолы и вовсе не могли Его узнать. Или: в комнату, где находятся ученики, Христос входит через запертые двери...
Зачем человеку, в отличие от ангелов (которые имеют лишь одну, духовную, природу) сложное сочетание духа, души и тела — это мы узнаем, сможем окончательно понять лишь в Царстве Небесном. Сейчас мы слишком ограничены в своем познании, и отсюда множество вопросов, колебаний, недоумений.
У святого апостола Павла в одном из посланий есть в третьем лице его личное свидетельство, как он был восхищен (духовно или телесно, Павел и сам не знал) в Царство Небесное, тот мир, который нам предуготовил Христос. И в послании Павла мы находим принципиально важное признание. Тому, что он испытал там, «глаголам», которые слышал ученик, невозможно найти в нашем языке ничего подходящего.
Это — иная реальность. Для нас таинственная. Мы о ней пытаемся рассуждать, конечно, но как сказано у Павла, гадательно. И Сам Христос говорил о Царстве Небесном притчами. Стремился дать нам хотя бы общее представление о спасении. Но именно и только притчами: в целом наши рассуждения о жизни с Богом, в Его мире, очень и очень несовершенны. У нас просто нет нужных слов. Они должны созреть и прорасти в вечность не сейчас. После...