Ну, как я уже говорил, у нее все полагалось делать так, а не по-другому. Еще как! Где она всех этих правил набралась, я этого не знаю, но зато знаю, они ее точно запертой держали. Чуть что по-другому, и у нее уже голова болит или другое место. Она столько времени тратила каждый день, проверяя, а вдруг что-нибудь не так, что, сдавалось мне, ей жилось бы куда спокойней, если бы она плюнула на все и сама бы убиралась в огороде.
Три промашки — и ты вылетаешь вон, такое было правило, и никаких тебе исключений. Вот и вышло, что работать мне там пришлось с самыми разными людьми. В старые дни я только и слышал, что пойти работать в огород, это как сунуться во вращающуюся дверь. Один оборот сделаешь, два, а в конце концов все равно тебя на тротуар вышвырнет. Ну и когда я пошел к ней в первый раз наниматься (лето это было), так будто к дракону в пещеру шел. Только оказалась она все-таки получше, чем ее люди рассказывали. Кто умел держать ухо востро, тот надолго оставался. Ну как я красавчик. Но все время приходилось быть начеку, потому что она всегда все подмечала и про жителей деревни знала куда больше остальных летних приезжих… и еще она умела быть ядовитой. Еще тогда, до того, как начались все ее неприятности. Это для нее вроде развлечения было.
— Чего надо? — говорит она мне в первый же день. — Потерялся отсюда! Бесишь меня! Будешь работать?!
— Буду! — говорю я. — Но только полдня.
— А мне больше и не надо, как, если не ошибаюсь, указано в объявлении, — отвечает она, показывая свой ядовитый язычок, но не язвя, как потом тысячи раз бывало. Помнится, она тогда с метлой сидела. А мела, как молния. Прибраться в доме для нее пустяк был, хоть и бралась за уборку не раньше десяти. Только ей для этого требовалось подходящее настроение.
— Да, — говорю. — Так там и было указано.
— Меня зовут Галина Ивановна, — говорит она и ставит метлу на место. Если я тебя возьму, будешь называть меня «Иванна» — во всяком случае, на первых порах, пока мы не узнаем друг друга поближе, — а я тебя буду называть «Усач». Все понятно?
— Да, Иванна, — отвечаю.
— Ну вот уже начали мы неплохо. А теперь ответь на мой вопрос, Усач. Чего тебе тут надо, когда у тебя собственный дом забот требует?
— Хочу подзаработать на носки, — отвечаю. Я еще по дороге решил, как ответить, если она спросит. — А если я вас устрою и, конечно, если мне понравится работать у вас, так, может, я и подольше останусь.
— Если тебе понравится еще работать у меня! — повторяет, закатив глаза, будто ничего глупее в жизни не слышала. Как это вдруг кому-нибудь может не понравиться работать у великой Галины Иванны? — Подзаработать на носки, — повторяет она. А потом еще раз совсем уж ядовито: — Подзаработать на н-носки-и-и!
Прочитал(а), не забудь подписаться! А то автор начинает ловить грустинку! Вы самое красивое чудо! Желаю вам добра и успехов во всем!