-Таня, ты не должна меня винить ни в чем. Ты же прекрасно понимаешь, что я молодой мужчина, мне хочется жить, а я должен сидеть со скорбным лицом дома, потому что тебе никуда не выйти.
-Володя, да почему не выйти? У меня же руки-ноги целы. Это ты почему-то не хочешь со мной выходить…
Владимир вскочил, заходил по комнате.
-Конечно. А как я могу с тобой выйти, если от тебя даже собаки шарахаются?
Таня сжалась. Она понимала, что Владимир в чем-то прав. Но, ведь можно найти какой-то выход из ситуации. Можно взять кредит, сделать пластическую операцию. Да, это дорого, и отдавать придется деньги не один год…
-Володя..
-Таня, все! Я устал. Ты понимаешь, что из-за тебя у меня не жизнь, а сплошное мучение. Ты все равно не работаешь, ты не приносишь никакой пользы, так что я считаю, что тебе совершенно все равно, где жить. Таня, ты должна признать, должна понять, что ты здесь лишняя.
-Я не понимаю, Володя… Что ты хочешь сказать? Ты хочешь меня выгнать? Но куда я пойду?
-Ну, почему выгнать? Я же тоже человек. Я отвезу тебя в деревню. Там у меня от бабушки оставался дом, да ты должна помнить, мы как-то заезжали туда. Вот там ты и будешь жить. Там людей-то почти нет, так что никого напугать ты не сможешь.
Таня в ужасе смотрела на мужа. Он не может, он не может говорить это серьезно. Это просто неудачная шутка. Но лицо Володи было серьезным, как никогда.
Таня, когда вышла из забытья после аварии, первым делом спросила про состояние мужа. Доктор успокоил ее
-Ваш муж в рубашке родился. Несколько ссадин, и даже ни одного перелома. Для него все закончилось удачно, машину развернуло так, что весь удар пришелся на вашу сторону.
Таня закрыла глаза. Какие-то обрывки, крики… Что-то не так. Как-то неправильно было что-то в этой аварии, только понять что, она никак не могла. Ну, ничего. Главное, что все живы. Она очнулась, а Володя почти не пострадал.
Когда она узнала, что у нее пострадало лицо, расстроилась. Но еще не понимала, насколько все плохо. Когда Володя увидел ее, после того, как были сняты бинты, то не смог удержаться и даже отшатнулся. Доктор предупреждал ее, что может быть именно такая реакция, и поэтому она промолчала.
Доктор говорил, что должно пройти время, и если человек любит, то, обязательно, примет ее такую, какая она есть. Володя не принял. Почти год прошел после аварии, но он так ни разу и не пришел к ней к комнату.
Он просто переселился в большую комнату, и ночевал там.
В глубине души Таня понимала, что так долго продолжаться не может, но все равно, эти слова мужа ее буквально раздавили.
-Но почему, я должна уезжать? Я хочу остаться здесь…
-Таня, ты не можешь остаться здесь. Неужели ты не понимаешь, что ты… Ты ужасна, и людям неприятно тебя видеть.
Через два дня Таня села в машину. Это была другая машина. Таня, которая не выходила на улицу, еще не видела ее.
-Это ты купил?
-Какая разница? Давай, шевелись уже.
Таня молча села на заднее сиденье. Нужно отдать должное ее мужу, он даже продуктов ей купил целую сумку. Таня, правда не смотрела, что там, да и неинтересно ей было.
Ехали долго. Таня даже задремала.
Разбудила ее страшная тряска. Она сначала очень испугалась, а потом поняла - они въехали в деревню.
Домик выглядел жалко. Вернее, самого домика-то и видно не было. Все заросло бурьяном. Владимир быстро вытащил все ее чемоданы, молча развернулся и уехал.
Таня проводила машину взглядом. Из глаз текли слезы, она понимала, что теперь ей тут жить вечно.
Машина скрылась, и Таня повернулась к дому. Какое-то время стояла, потом подхватила чемоданы и потащила их по высокой траве.
-Доброе утро, девушка! Давайте-ка я вам помогу.
Таня боялась обернуться, чтобы не напугать мужчину. Судя по голосу, мужчина был уже не молод. Она быстро вытащила из кармана носовой платок, и приложила его к лицу. Только после этого повернулась.
-Здравствуйте. Не нужно, я справлюсь.
Перед ней стоял пожилой мужчина. Сразу было видно, что он не местный, не деревенский. Аккуратно подстриженная бородка, трость в руке. На вид лет 60, может чуть больше. Ну, и самое главное, что отличало его от деревенских, это совершенно белые, наглаженные брюки, и такая же рубашка.
-Это похвально, что вы хотите со всем справиться сама, но когда рядом есть хоть какой-то мужчина, пусть даже такой древний, как я, нельзя отказываться от помощи! Вы же все-таки дама.
Все это было сказано таким напыщенным, но в то же время смешным тоном, что Таня не выдержала, и хмыкнула, чтобы не рассмеяться.
Да, уж, ситуация. Ее вывезли, считай в лес, чтобы она людей не пугала, а ей тут смешно от слов проходящего мимо старичка.
Платочек выскользнул из рук и упал. Таня ожидала реакции. Ну, какой смысл теперь прятаться. Но ее не последовало.
-Ну, что же вы? Идите вперед, открывайте двери. Таня удивленно отвернулась и зашагала к дому, держа в руке чемодан и в другой сумку. А мужчина, подхватив еще две сумки, зашагал следом.
-Да, заросло у вас тут... Нужно попросить мужиков, враз вам тут пустыню сделают.
-Я не знаю никого здесь. Да и просить не люблю. Сама как-нибудь.
-Не знаете? Вы что, не местная? Я думал, что это ваш дом?
-Это дом моего мужа. Вернее его бабки. Ему надоело на меня смотреть. Он сказал, что я пугаю людей, и мешаю ему жить. Вот и привез меня сюда … Доживать.
-Глупости. Доживать. Вам сколько? Лет 30?
-32.
-Жизнь только начинается, а вы доживать собрались.
-А муж ваш... Уж простите, гад и сволочь.
Таня грустно усмехнулась. Пусть он гад и сволочь, только вот ему теперь хорошо, потому что Таня перед глазами не маячит, жить ему не мешает. А вот ей… А вот ей придется жить в этой глухомани, в этой деревне. И, наверное, теперь уж всегда.
Старичка звали Иван Никифорович. И приехал он в село погостить.
-Вы понимаете, у нас, как не у людей все. По идее, старики должны в деревню уезжать, а молодые в городе жить. А у нас все наоборот. Пять лет назад сын у меня сюда ухал. Горе у него в жизни приключилось. Я думал, что поживет немного, раны залижет, да и вернется. А он не вернулся. Представляете? Устроился здесь егерем! Дом большой поставил. А теперь и я к нему вот в гости езжу, отдыхаю от городской суеты.
Таня и сама не заметила, как разговорилась.
Она прибиралась, Иван Никифорович помогал…
-Ой, Танюша. Ты погляди, вроде как и жить можно.
Таня вытерла пот со лба.
-Да уж, чтобы я без вас делала! Ума не приложу!
-Ой, да прекратите, вы вон и сама столько всего переделали. Но, вынужден откланяться. Мне еще до леса добраться нужно, дом у моего сына там… Иван Никифорович ушел, пообещав завтра обязательно к ней заглянуть.
А Таня удивилась, посмотрев на часы. Она так сильно устала, что даже ужинать не стала, просто разобрала диван, застелила, привезенным с собой бельем и уснула.
Ее разбудил какой-то странный звук. Как будто что-то ритмично шаркает, трет или шуршит. Таня долго лежала, не понимая, откуда он идет, потом все-таки встала.
Она поняла, что звук идет с улицы, и осторожно выглянула из-за двери. Спиной к ней косил мужчина.
Он был без майки, и Таня даже замерла, как увидела мышцы, которые гуляли в ритме шуршания. Судя по всему, мужчина был молодой. Но что ей сейчас делать, она просто не знала.
-Кхм..
Он обернулся и улыбнулся.
-Доброе утро, Татьяна. Меня Егор зовут, я сын Ивана Никифоровича.
-Ой, здравствуйте. Таня слишком поздно поняла, что она ничем не закрыла лицо. Женщина стушевалась, но теперь делать что либо было уже поздно. Она гордо выпрямилась.
-Может быть, чай или кофе?
-А не откажусь. Кстати, папа дома делал какой-то фирменный пирог. Обещал к завтраку успеть.
Как по мановению волшебной палочки, у калитки появился и сам Иван Никифорович.
Таня и Егор рассмеялись. Татьяна и не заметила, как пролетел месяц.
Она совсем не закрывала лицо, потому что ни Иван Никифорович, ни Егор, совершенно никакого внимания не обращали на то, что оно было изуродовано. А однажды, они с Егором разговорились. И он рассказал, что уехал сюда, после того, как его молодая жена погибла в автокатастрофе.
Таня молчала какое-то время. Потом произнесла
-Как бы я хотела оказаться на ее месте… Лучше бы я погибла, чем, как теперь быть просто выброшенной.
Егор вскочил
-Что ты говоришь? Что ты такое говоришь вообще? Ты умная, красивая женщина. У тебя на лице пара ожогов, которые уберет любой пластический хирург. А ты смерти себе желаешь.
-Егор.. У меня нет денег, нет поддержки. Ты знаешь, я совсем недавно вспомнила, что же не так было в той аварии.. Вспомнила. Это не машину развернуло. Это муж так ее повернул, чтобы уберечь себя. Вот так-то. После этого и совсем жить не хочется.
Егор вдруг рассмеялся.
-Какая же ты глупая. Он гад.. Он пусть страдает. А ты радоваться должна. И жива осталась, и к тому же от такого урода освободилась.
Егор сел рядом. Обнял ее.
-Ну, ты чего?
Их глаза встретились, а объятья Егора вдруг стали такими жаркими…
Владимир вздохнул.
-Ну, дорогая. На такую свадьбу, как ты хочешь, нужно слишком много денег.
-Володя, я не поняла, у тебя что, денег нет? Или тебе для меня жалко?
-Ну, нет, что ты, котенок. Ничего мне для тебя не жалко. Кстати, у меня есть идея. Можно продать тот дом в деревне, который мне от бабки остался.
-Это тот, в который ты свою бывшую выселил?
-Точно.
Мариночка рассмеялась.
-А ее куда? В лес, что ли?
-А хоть в лес. Мне-то что теперь до нее?
-Ну, ты даешь, дорогой. Вот теперь я верю, что ты меня любишь…
Владимир подъезжал к деревне. Немного нервничал, потому что следом ехали покупатели…
↓↓↓↓↓↓↓Чтобы читать продолжение нажмите, пожалуйста, ниже↓↓↓↓↓↓↓