Уже давно макет ушёл в печать, но я только сейчас нашла в себе силы рассказать об этом проекте. Книга Памяти задумывалась как издание, включающее фото и биографии ветеранов Великой Отечественной, трудармейцев, тружеников тыла, родившихся и/или проживавших в деревне, откуда родом и мои предки. Работа над проектом длилась не один год: сначала авторы собирали информацию, посещали архивы, беседовали с жителями, писали тексты. Затем я безвозмездно корректировала книгу. На этапе согласования проекта с благотворителями было предложено расширить концепцию издания и добавить информации по максимуму, сделав его отчасти родословным. Те, кто пожелал поучаствовать, прислали фото и данные о себе, своих предках, семьях, потомках, — и все вошло в книгу. Конечно, нельзя объять необъятное, но мы хотя бы попытались.
Не обошлось и без сложностей, но так бывает всегда, когда работаешь с непрофессионалами. Новые тексты не присылались мне на корректуру, а отправлялись сразу дизайнеру. Так делать категорически нельзя, потому что править черновик в свёрстанном виде — это, мягко говоря, тот ещё геморрой. У меня получилось убедить дизайнера присылать мне новые тексты, но он так рвался в бой, что самоуверенно решил верстать параллельно с моей вычиткой, типа потом перезальет. Как я ни упрашивала его не делать так, все было бесполезно. В итоге спустя почти месяц дизайнер (на самом деле фотограф, захотевший попробовать себя в книжной верстке) слился, то есть попросту отказался работать над проектом, объяснив, что ему это не по зубам.
Второй дизайнер не был новичком. Он сразу взял быка за рога, то есть уже чистый, откорректированный текст очень шустро сверстал, отправил мне часть и продолжил верстать. Все было замечательно до того момента, как дизайнер стал допускать типичные для своей профессии ошибки — неправильные подписи к фото, «висячие» строки, буквы и знаки, случайно залитый левый текст, которого вообще не должно быть, и т. д. и т. п. Все это легко исправляется на этапе сверки, поэтому я не особо переживала.
Но мне попался дизайнер-молчун. Столкнувшись с проблемами (у него почему-то не отображались в пдф-ке мои комментарии, он видел только выделенные жёлтым места и символы вместо слов), дизайнер не обратился ко мне, а включил воображение и попытался разгадать, что значат мои правки. Где-то он догадался (например, поставить точку в конце предложения), а где-то интерпретировал совершенно неправильно. Но хуже всего было, когда дизайнер, не поняв, почему я выделила словосочетание, попросту удалил его. И так не раз. Нет текста с ошибками — нет проблем!
Когда я увидела это, схватилась за голову. Такого на своём веку я ещё не встречала. Однако я взяла себя в руки, не поленилась и составила вордовский файл с таблицей, где в одном столбце указала номер страницы, а в соседнем — что и как нужно исправить. Как вы, наверное, догадываетесь, дизайнер внёс далеко не все правки (мне ещё не попадались верстальщики, которые бы с первого раза вносили все как надо и в полном объёме). Я составила новую таблицу с правками. И что вы думаете? Нет, вы ни за что не догадаетесь!
Дизайнер прислал мне новую пдф и написал: «Я не понял, почему вы выделили Алесю, поэтому оставил как есть». Страшная догадка пронзила меня. Пишу ему тут же: «Так в таблице же отмечено почему. Потому что она не Алеся, а Алиса! Надо исправить». В общем, открыв пдф, я убедилась, что дизайнер даже не заглядывал в мой вордовский файл. По какой причине? Мне неведомо. Он работал только с пдф и СНОВА нафантазировал, что означают мои правки. А файл с таблицей, над которой я так корпела, даже не открывал.
Тут меня накрыло. Я долго не могла успокоиться. А когда, наконец, пришла в себя, то выяснила, что он ворд скачал, но вместо него открыл старый файл! То, что выделения в пдф не совпадают с инфой в таблице и что вообще-то это старые правки, с которыми он уже работал, видимо, его не смутило и не заставило перепроверить файл. Он дико извинялся и обещал все-все исправить.
Последнюю пдф я смотрела только по своим правкам. Увидев одно несчастное висящее тире (а я ведь подчёркивала, чтобы на них дизайнер обращал особое внимание и чтобы не получилось так, что тут подтянул, а в следующей строке другое тире повисло), махнула рукой и написала: «Исправлений нет». Уж одно повиснувшее тире я переживу.
Сейчас ждём напечатанную книгу. Очень хочется взять ее в руки. И выдохнуть окончательно: всё позади!