Очередная остановка. В автобус вошла толпа. Девушка лет двадцати пяти встала посередине автобуса и одной рукой взялась за поручень, а другой — не переставая писала сообщение в телефоне, эмоционально реагируя на каждый ответ. Она рассмеялась и убрала телефон в карман. Поправила короткую прическу и погрузилась в собственные мысли…
Добавьте описание
«…его глаза горели огнем. Сильной крепкой рукой он залез к ней под халат и погладил ее пышный зад. Она тяжело дышала и прогибала спину, будто кошка, готовая на случку. Он резко стянул с нее трусы. Она издала тягучий стон. И стала тереться о его ширинку, которая готова была взорваться от напора его твердого члена. Он притянул ее к себе и укусил за шею, вдохнул ее запах и пальцами проник в ее влажное нутро. Она снова застонала и начала двигать бедрами. Он быстро расстегнул ширинку и вогнал свой орган в нее. Она вскрикнула и тут же начала подмахивать бедрами, насаживая себя на него снова и снова...»
Дзы-ынь… дзы-ы-ынь...
«Телефон! Сука! — Женя перестала клацать по клавишам и недовольно огрызнулась на мигающий и звенящий сотовый. Перезвонят», — подумала она и снова уставилась в текст на экране ноутбука, пальцы зависли над клавиатурой.
«...насаживая себя на него снова и снова...»
Дзынь… дзынь…
«Твою мать… — Женя посмотрела на экран, звонил незнакомый номер. — Черт!»
— Да! — Женя взяла трубку. — Ермолов, это ты? Сволочь! Какого хрена ты звонишь?! Какой клуб? Какой день? Разве ты летом родился? Фак… Ладно, буду. Только я без подарка! У меня аванс кончился. Да не сдала еще. Пишу. Ты отвлекаешь вот. Все, давай. И не звони мне больше!
Женя положила трубку. Бросила ее на кровать. Устало плюхнулась в кресло и посмотрела на монитор...
«...снова и снова... снова и снова...»
— Бл… Ермолов, сука! Весь настрой сбил!
Женя захлопнула крышку ноутбука и лениво потащилась на кухню.
Она поставила чайник и посмотрела в окно. Пышный зеленый тополь разросся. Вокруг летал белый пух, стелился порошей по земле. Кругом бело. Будто зима.
Вечером Женя натянула джинсы, футболку и длинный свитер на худое тело. Растрясла пышную копну коротких волос. И окунулась в вечернюю прохладу. Вдохнула носом летнюю ночь и пошла быстрыми шагами.
У клуба было шумно. И это Жене уже не нравилось. Внутри пахло кальяном и бабскими духами.
Женя отыскала именинника возле стойки бара:
— Привет, Ермолов! С днем рождения! Хреновая у тебя фантазия, скажу я тебе. Третий год подряд отмечать дэрэ в одном и том же клубе — это банально.
— Это стабильность, Власова. Зато ты точно знаешь, чего ожидать, и никаких сюрпризов! Разве это не прекрасно?
Ермолов был в рубашке, которая подчеркивала его прокачанный верх, над ним он усердно работал в свободное от журналистики время.
— Нет, Ермолов. Стабильность — это уныние и деградация. И ты об этом знаешь.
— Слушай, Власова, давай лучше выпьем. Все-таки у меня день рождения!
На стойке стояли два маленьких бокала.
— За тебя! — Женя подняла руку, и содержимое шота тепло растеклось по желудку. Стало легко и непринужденно.
Ермолов опрокинул праздничный шот.
— Ладно, пойдем, напомню тебе твоих друзей, — Ермолов взял Женю за руку и потащил в глубину зала к столикам.
За столом была вакханалия. Бутылки, закуски, стаканы, кальян и куча телефонов. Ермолов приобнял Женю за талию и, перекрикивая громкую музыку, представил:
— А вот и Евгения.
— Лучше Женя, — перебила она. — Всем привет! — Женя приветственно махнула рукой.
Половина лиц ей были знакомы, а половина нет. С краю сидел толстый и нескладный Федя Рябов, он был коллегой, ее и Ермолова, вместе они когда-то были в штате журналистов главного местного канала. Федя активно поглощал пиццу, которую, видимо, только принесли.
Рядом с Федей сидела парочка незнакомых девиц, которые громко смеялись, обнажая белые зубы и не отрываясь от телефона, похоже записывали сторис в инстаграм. Посадив Женю, Ермолов плюхнулся прямо между ними.
Женя же села между двух молодых людей, она их не знала, и мысль Ермолова была понятна: он в очередной раз пытался познакомить ее с новым ухажером. Женю это ничуть не смущало, только забавляло. Они играли в игру «Как избавиться от партнера за один вечер». Он мучил своих девиц, а она — своих ухажеров. Все начиналось с легкого флирта, улыбок, а потом, когда партнер был увлечен, начиналась операция «Распятие». Они валили партнера глупыми вопросами, странными высказываниями и нелепым поведением. И почти всегда их жертвы сбегали в первые же десять минут. Смысл игры был непонятен обоим. Но, забавы ради, они периодически мучили новых жертв.
Рядом с парнями за столом сидели Ольга и Дима, они были женаты первый год и постоянно ссорились из-за пустяков. Вот и сейчас они шипели друг на друга и натянуто улыбались, скрывая явный конфликт. Рядом с ними сидел не знакомый Жене парень. Он спокойно рассматривал ее и пил коньяк со льдом.
— Вадим, — он приветственно посмотрел на Женю и поднял бокал, приглашая выпить.
— Женя, — в ответ Женя подняла бокал шампанского и поморщилась: — Ермолов, что за пойло! Налей мне то, что я люблю.
— Ты же решила не пить?.. — Ермолов выдул кольцо дыма и оно, долетев до Жени, распалось на части.
— Ну сегодня твой день, и я хочу выпить за твое здоровье, — Женя хитро посмотрела на Ермолова, тот поднял коньяк и налил его Жене в бокал со льдом.
— У вас хороший вкус, — Вадим улыбнулся одними уголками рта.
— У вас тоже, — Женя отхлебнула из бокала и, откинувшись на спинку кожаного дивана, вытянула ноги. Крепкий алкоголь растекался внутри, обжигая желудок и приливая к щекам.
Двух других парней звали Костик и Слава. Как оказалось, они были знакомы с Ермоловым по боксу. С недавнего времени именинник любил побить грушу. Они тут же начали расспрашивать Женю, чем она занимается.
— Я… я пишу. Для издательства, — Женя посмотрела на Ермолова и сделала знак глазами: «Не смей!»
— А что пишете: статьи, прозу, новости? — Костик, дожевывая большой кусок суши, вопросительно повернул голову.
— Да что попадется, статьи в основном, — Женя уставилась на бутылку виски и подумала: «, Наверное, зря пришла».
— Ну-ну, Женевьева, не стесняйся. Она у нас скромная девушка, — Ермолов, предвкушая грандиозную новость, улыбался во весь рот. — Она у нас писатель.
— Да вы что? Женя, что же вы пишете? — Костик не отступал.
Женя со злом посмотрела на Ермолова и с улыбкой на лице продекламировала:
— Я пишу эротические истории. — Женя залпом допила свой бокал.
За столом у всех вытянулись лица. Костик замолчал. Ермолов победно улыбался. Влад удивленно сверкнул глазами. Ольга вышла из состояния «обиженная жена» и спросила:
— Ты же писала в медицинский журнал про новые достижения в косметологии?
— Писала. Уколы, ботоксы, операции, пластики, сиськи. Так от сисек я и перешла на эротические рассказы. За это платят в два раза больше, и сюжеты не вводят в уныние.
Женя поднесла к губам пустой бокал. Слава тут же это заметил и налил ей еще.
— Сюжеты? Разве там есть сюжеты? — скептически спросила Ольга.
— А ты знаешь, что такое сюжет-то? — ткнул в пику Ольге муж Дима.
— Да уж получше твоего, — прорычала Ольга, — я вообще-то закончила институт, в отличие от тебя.
— А, ну да, ты у нас самая умная, блин, — плевал пеной злости Дима.
— Женя, а вас заводит то, что вы пишете? — прервал семейную ссору Вадим и просверлил огненным взглядом Женю.
— Конечно, еще как! — Женя кивнула Вадиму, посмотрела на Ермолова и молча показала губами: «Попался».
Ермолов подмигнул Жене и вяло улыбнулся. Женя потянулась и лениво протянула, как бы между прочим:
— Вы не представляете, как это тяжело писать такие рассказы, когда ты временно без парня. Напряжение снимать абсолютно невозможно, — и блеснула глазами на Вадима. Тот тяжело сглотнул содержимое бокала и не отрывал взгляда от Жени.
— Может, пойдем потанцуем? — одна из девушек оторвалась от инстаграма и тянула Ермолова за руку.
— Погоди с танцами. Тут видишь, какой сюжетец закрутился, — пробубнил Ермолов.
— Танцы! Конечно, пойдемте танцевать! — Женя опять залпом допила свой бокал. В ушах звенело, и состояние дошло до нужного градуса. — Пойдемте танцевать, Вадим?
Женя протянула руку Вадиму и начала в такт музыке покачивать бедрами. Благо танцевала она отлично. Вадим спешно вылез из-за стола, Женю обдало сладковатыми мужскими духами. Вадим был выше Жени на целую голову. Широкий в плечах. Белая рубашка и черный деловой костюм придавали ему важности и были очень к лицу. «Аппетитный экземпляр». Он приобнял Женю за талию, и они ушли танцевать.
Ермолов выждал пару секунд, схватил за руку девицу и потащил ее на танцпол.
В танце Женя бедрами и плавными движениями добилась того, что Вадим уже крепко был у нее на крючке. Она буквально чувствовала, как он накалился до предела.
И тут она увидела вопросительное лицо Ермолова. Он смотрел на нее и показывал ей жестом палец вниз. «Сливай его!» — требовал Ермолов. Женя неохотно согласилась. Игру никто не отменял.
Она с сожалением выдохнула, жаль было сливать такого кандидата, и начала танцевать энергичнее, не в такт и во время танца периодически локтями толкать Вадима или наступать ему на ногу. При этом улыбалась и пищала: «Извини, извини… давай подую». Вадим поначалу вел себя как прежде, но чем дальше Женя играла, тем меньше была его улыбка на лице.
Вадим пробормотал, что устал и хочет присесть.
Женя потянулась за ним. Уходя с танцпола, она недовольно взглянула на Ермолова, а тот с трудом сдерживал смех. Женя зло глянула на его девицу, которая своим пышным бюстом терлась о грудь Ермолова. Женя показала ему жест «палец вниз», чтобы он сливал и ее. Ермолов показал глазами: «Слушаюсь и повинуюсь». Вадим и Женя плюхнулись на диван. Женя смотрела на танцпол. Ермолов что-то шептал девице на ухо, после чего она дала пощечину Ермолову и скрылась среди танцующих людей.
Ермолов подошел к столику и пропел:
— Моя дама возжелала удалиться.
— А я тогда кто? Разве я не твоя дама? — обиженно надула губки вторая девица.
— Ты дама моего сердца, ты моя звезда, — Ермолов театрально плюхнулся рядом с девицей, и та успокоилась.
За столом тем временем поредело. Семейная пара ушла домой. Федя что-то активно обсуждал с Костиком. Слава разговаривал по телефону, а затем спешно заторопился домой.
Ермолов показал взглядом Жене на Вадима с немым вопросом: «И все?!»
Женя показала Ермолову фак и повернулась к Вадиму с вопросом:
— Вадим, а вы не передадите мне пиццу? — Она махнула рукой и как бы невзначай смахнула свой бокал шампанского прямо на брюки Вадима.
Реакция Вадима была очень быстрая. И на штаны попало совсем немного. Но взгляд Вадима пылал злостью.
— Ой, простите меня, ради бога, я такая неловкая. — Женя вела свою игру.
— Да ничего, — сквозь зубы прошипел Вадим.
Женя посмотрела на Ермолова, он был доволен.
— Ладно, ребятки. Пора мне домой. Завтра еще нужно сдать материал, — Женя заторопилась домой.
— Я тебя провожу, — Вадим все никак не унимался. И Женя поставила шах и мат.
— Вы не в моем вкусе, Вадим, — вяло ответила Женя и, даже не посмотрев на Вадима, встала из-за стола.
— Всем хорошей ночи… — Женя обвела взглядом всю компанию и увидела Вадима. Ее обожгло его глазами, они горели злостью. Если бы взглядом можно было убить, она была бы уже трупом.
Женя даже испугалась на секунду. И поспешила:
— Ну, Ермолов, будь счастлив! — отсалютовала Женя и побрела к выходу.
Женя вышла на улицу и вдохнула глубоко грудью. Она достала сигарету и закурила.
Женя неспешно пошла по ночной прохладе. И тут — шум мотора и резкие тормоза. Возле нее остановился черный джип и оттуда вылетел Вадим. Он схватил Женю в охапку и буквально затолкал ее в машину. Она даже ничего не успела понять. Вадим сел в машину и резко дал по газам.
— Ты что вытворяешь? — Женя поняла, что жестко попала. — Быстро останови!
Вадим посмотрел на нее со злой улыбкой.
— Не в твоем вкусе значит, да? — рявкнул он и снова надавил на газ.
Женя поняла, что это конец. Сейчас он ее привезет к себе в берлогу, изнасилует, потом убьет и бросит где-нибудь в лесной роще. И никто ее не найдет. Никто не будет знать, где спрятано ее истерзанное тело. А его даже не посадят. Женя сидела и жалела саму себя. «Может, прыгнуть… но двери заблокированы. Телефон!»
Женя аккуратно достала телефон из сумочки и стала набирать номер.
— Отдай, сука! — Вадим выдернул у нее телефон и выкинул в окно.
— Меня все равно найдут. Половина клуба видела меня рядом с тобой. Тебя посадят! У меня отец прокурор! — Женя не сдавалась.
Вадим зло посмеялся и прорычал:
— У тебя нет отца. Мать — учительница. Живешь одна. Я тебя уже пробил, сучка. Так что не пой мне тут. Мы будем развлекаться с тобой долго… очень долго! — он опять страшно засмеялся.
Женю стало трясти: «Вот же попала».
И тут посреди дороги стал парковаться длинный самосвал с прицепом, Вадиму пришлось притормозить. Он рявкнул в окно водителю самосвала, но тот только развел руками. Вадим выругался и вышел из машины, истерично махая руками. Женя увидела, что он разблокировал замки. И поняла, что надо действовать.
Она открыла тихонько дверь и со всех ног побежала в темную арку дома. Женя бежала так, как никогда не бежала. Петляла по дворам, благо они были родные и знакомые. Он ее точно в этих местах не найдет. Но куда бежать? Он же ее пробил! Дома он найдет ее, у мамы — тоже. Куда?! И мысль пришла сама собой.
Она осторожно подошла к знакомому подъезду. Набрала код, и дверь привычно скрипнула. Женя поднялась на пятый этаж и позвонила в дверь. Тишина. Женя встала на цыпочки и аккуратно засунула руку в серый счетчик возле двери. Нашла то, что искала, в руке у нее был ключ.
Открыла дверь и вошла. Только сейчас Женя могла спокойно выдохнуть. Она вошла в темноту и не стала включать свет. Плюхнулась на диван и подумала, в какую же историю она влипла!
Женя легла и свернулась калачиком. От усталости у нее слипались глаза. И она уснула…
Ее разбудил звук открывающейся двери. Кто-то вошел. Женя не дышала.
Знакомые шаги.
— Ермолов, ты? — Женя с надеждой бросила в темноту.
Шаги ускорились, и к ней подошел Ермолов.
— Женька! — У Ермолова было измученное лицо, со страхом в глазах.
— Женька! Власова… где ты бл… была?! Что он с тобой сделал?! — Ермолов осматривал ее тело по кусочкам.
— Да я нормально, Ермолов, ты че? С ума сошел? — Женя тихонько оттолкнула друга. — Ты совсем перебухал в клубе? — спросила Женя недовольно.
— Я перебухал? Ты че, больная совсем? Я видел, как он тебя затащил, я бежал за вами, а потом схватил такси… я потерял вас… думал, он тебя убьет. Что случилось? Что он сделал с тобой?! — Ермолов с крика переходил на обеспокоенный тон, голос его дрожал.
— Да?! Я от него сбежала, — Женя нервно рассмеялась. — Ну а потом, пришла к тебе, думала, он же найдет меня, а твой запасной ключ меня не раз спасал и в этот раз тоже.
Ермолов упал на колени перед ней и заныл:
— Женька, я просто идиот, дурак, кретин! Прости меня, Жень. Я так накосячил!
Он поднял глаза на нее.
Женя взяла его лицо в свои руки:
— Ермолов, ты чего? — Женя недоуменно смотрела на него. И отчего-то внутри стало не по себе.
— Женька прости меня. Я тебя больше никуда-никуда не отпущу. Ты моя хорошая. Родная, — Ермолов протянул горячие руки к Жене и обнял ее. — Я чуть не потерял тебя. Я думал это конец. Я бы убил его. Я бы никогда не простил это себе!
— Ермолов, ты че несешь?! Что случилось-то вообще? Ничего не понимаю.
Она включила лампу возле дивана. Тот, кого она увидела, был не Ермолов, а какой-то измотанный усталый мужик. Он сел на диван рядом с Женей, обнял ее крепко, затем закрыл руками глаза и завыл. У Жени внутри все горело огнем, и сердце учащенно забилось.
— Женя, я… я… не могу так больше.
Он убрал руки и обеспокоенно посмотрел на нее такими родными глазами:
— Женя, я люблю тебя и всегда любил. Наши игры они зашли слишком далеко. Поначалу да, было весело, а потом эта ревность, она меня убивала. Я не могу без тебя. Власова, я люблю тебя!
Кажется, Женя ждала эти слова слишком долго. Она посмотрела на него и улыбнулась:
— Какой же ты идиот, Ермолов!
Они долго целовались, занимались сексом, а потом уснули.
И уже утром из новостей узнали, что джип Вадима упал с моста в реку, а водителя спасти не удалось.