Строение из мяса и костей носить больную голову устало. И то сказать — хоть я и не старик и не успел изведать всех затей той жизни, что над миром бушевала, одно на этом свете я постиг: я так сумел свои наполнить дни, что всякий день — столетию сродни. Нагрянет смерть — не затаю обид: мол, умирать мне в юности несладко. У одежонки, недурной на вид, давным-давно изношена подкладка. Я жить устал, звезда моя зашла, но часто скорбь, храня свои секреты, не трогает морщинами чела, на сердце ставя горестные меты. Gustavo Adolfo Bécquer (1836-1870)
Строение из мяса и костей
носить больную голову устало.
И то сказать — хоть я и не старик
и не успел изведать всех затей
той жизни, что над миром бушевала,
одно на этом свете я постиг:
я так сумел свои наполнить дни,
что всякий день — столетию сродни.
Нагрянет смерть — не затаю обид:
мол, умирать мне в юности несладко.
У одежонки, недурной на вид,
давным-давно изношена подкладка.
Я жить устал, звезда моя зашла,
но часто скорбь, храня свои секреты,
не трогает морщинами чела,
на сердце ставя горестные меты.
Gustavo Adolfo Bécquer (1836-1870)
