Глава 2
Две недели пролетели как-то незаметно. Пушка, так я назвала своего первого умертвия, полностью восстановили, плоть теперь крепко сидела на костях и не разлагалась. Даже шерсть вернула себе мягкость и блеск. Мастер сказал, что при жизни это был оборотень. Но, судя по красным глазам, кровавый оборотень. Кровавым тут называли того, кто, в отличии от своих собратьев оборотней-перевертышей, отрицал свою людскую суть и охотился без разбора и на человека, и на живность. Обычным перевертышам, промышлявшим зайчиками и прочими птичками, интерес людей к себе был даром не нужен, и они таких отступников отлавливали и уничтожали сами. И я была рада этому. Жить бок о бок с оборотнями и стать их добычей? Б-р-рр…
Начали прибывать учителя и это было так волнующе. Мое первое знакомство состоялось очень неожиданно. Утром меня разбудил женский голос. Честно говоря, я не сразу поняла, что меня разбудило. Я допоздна читала книгу, что выдал мне учитель. И вовремя, надо сказать, выдал. Справочник рас датированный 1456 годом. Надо отдельно отметить, что это год до разделения мира. Настолько древней книги я еще не встречала. Откуда такой раритет? Темная сторона таила в себе много загадок. Почему тут есть магия, а там нет? Откуда тут иные расы? Голова начинала болеть, когда я пыталась понять как тут все устроено. Поэтому я отбросила эти мысли. Всему свое время! Да и знала я пока очень мало, поэтому с нетерпением ждала поездки в город, о которой упоминал мастер. А утром проснулась от возмущенного женского голоса. Я подскочила с кровати и почти выбежала за дверь комнаты, когда поняла, что не одета. Ругая себя, побежала обратно, но тут, прямо у себя в спальне, увидела маленькую женщину.
— Уже проснулась? Вот и хорошо, умывайся и будем пить чай и знакомиться — и она исчезла, просто растворилась в воздухе.
А я, глупо моргая, смотрела на то место, где она только что стояла. Спустя почти минуту я осознала происходящее, сопоставила с прочитанным, поняла, что только что видела домового и уже более спокойно отправилась приводить себя в порядок.
Марта, так звали нашу кухарку. Домовушка с мужем работали в академии. Марта готовила и следила за женским правым крылом. Её муж Ку был по хозяйству и следил за левым мужским крылом. Это я выяснила за завтраком, который Марта накрыла в гостиной. Она пила чай с одуряюще пахнущей свежей выпечкой, а я ела приготовленный для меня омлет с зеленью и сыром. Готовила Марта потрясающе, все таяло во рту. А когда я добралась до чая и маленьких булочек с джемом… Великая Намму, как же это вкусно! После двух месяцев спартанского образа жизни, который вел учитель, это был просто рай.
Пока я наслаждалась вкуснейшим завтраком, Марта возмущалась поведением мастера Руфуса. Очень эмоциональная особа. “Почему он не сообщил, что в академии он не один?“ раз за разом вопрошала домовушка.
Уже позже мастер объяснил, что такое эмоциональное общение свойственно всем домовым. Они очень ответственно относятся к своим обязанностям и узнав, что в МАТе новая ученица, да еще и живет тут уже два месяца… В общем была бурная реакция, которая меня и разбудила.
Следом появился оборотень, не знаю какой у него зверь, но, судя по его внешнему виду, должен быть медведь. Очень крупный, широкий в плечах, но при этом с мягкой походкой. Спрашивать про зверя не принято, дурной тон, а у некоторых кланов перевертышей спросить о звере равноценно предложению сексуальных отношений. Эту информацию я прочла в книге по расам, и еще отдельно объяснил мастер. Я запомнила. Потом прибывали и другие, но знакомиться никто не спешил. Марта успокоила, что я всех узнаю, поступив на первый курс.
И вот настал день поездки в город. Я в нетерпении стояла в холле и ждала мастера. Если в первые дни я удивлялась огромному залу с массивной большой двустворчатой дверью, с огромной лестницей, что делила его на две равные половины, с двумя каминами по бокам, с большим разнообразием мягких диванчиков и кресел, расставленных так, чтобы можно было сидеть небольшими компаниями, то теперь я представляла, как тут собираются студенты и улыбка сама появлялась на моих губах. Я уже ждала и предвкушала.
Дорога в город меня совсем разочаровала. Из кареты я не видела дороги. На темной стороне нашего мира всегда ночь, а сегодня еще и небо было затянуто тучами. Скудный свет фонарей только мешал. Я совсем было расстроилась, так хотелось увидеть какой он, этот мир. Ведь я тут чуть больше двух месяцев, а кроме замка и близлежащего леса ничего не видела, но тут карета остановилась, и мастер предложил выйти. То, что открылось перед моим взором, было восхитительно красиво. В первый момент у меня перехватило дыхание, настолько было непривычно и до зуда в пальцах интересно.
Мы находились на возвышенности, а внизу, расширяясь вдаль, раскинулся город с мириадами огней. Это было неописуемо красиво. Я никогда раньше не видела ничего похожего. Кольца огней пересекались прямыми и извилистыми линиями. От большого скопления огней, вероятно это был центр города, разбегались лучики в разные стороны и затихали, создавая неправильную, асимметричную, но от этого еще более великолепную картину.
Когда первый восторг схлынул, я стала замечать все больше деталей. Вон там огоньки перемещаются. Я присмотрелась – стена?
— Мастер, я правильно поняла, это стена? По ней кто-то ходит с огнями? Для чего она нужна?
— Да, это стена, ты верно увидела, но освещается только внутренняя часть, наружную ты увидишь, когда мы подъедем.
— Но для чего город огорожен стеной? — я не понимала, у нас такого не было, города были все открыты.
— Лаура, ты забываешь, что живёшь на проклятой земле, тут приходится защищать свои поселения — Учитель взял меня под локоть и, направляясь к карете, продолжил: “Возможно, при свете дня, такая защита ни к чему, но в ночи кроется много опасностей. Звери, оборотни отступники, да и просто лихой народ. Под покровом ночи можно спрятаться, напасть исподтишка. Наемным убийцам тут рай. Пойми, девочка, это при свете дня мы стараемся быть лучше, чтобы никто не увидел нашей оборотной стороны – подлости, трусости, зависти и других неприятных качеств, а в темноте можно и расслабиться.
Мастер долго еще объяснял мне простые истины, о которых я как-то никогда не задумывалась. Я жила в каком-то своем, идеально светлом мирке. Но, вспоминая подслушанный разговор жениха, я понимала, что мой мир был идеальным и светлым только для меня. Глупенькая, наивная девочка, да Виллард был прав. Но я повзрослею! Выучусь на мага, разберусь, как тут все устроено, и найду возможность отомстить за свою семью, за крах моего идеального светлого мира.
От этих мыслей меня отвлекла новая остановка экипажа. Оказалось, учитель больше не говорит, и мы подъехали к стене, точнее к воротам в город и возница общался с охраной. Остановка была недолгой, и мы тут же продолжили путь, а я засмотрелась в окно. Освещение было слабым, прохожих почти не встречалось, но, по мере нашего продвижения, все менялось. А когда мы проехали еще одну стену с воротами… О! Тут было гораздо оживленнее. Шли по своим делам прохожие, которых я с интересом рассматривала, бегали дети, попрошайки и зазывалы вносили свою лепту в общий городской шум.
Мы подъехали к трактиру, учитель попросил его дождаться в карете, а сам ушел внутрь. Буквально через пару минут он вернулся и помог мне выйти из транспорта. Положив мою руку на сгиб своего локтя, он пошел по улице прогулочным шагом увлекая меня за собой. За два месяца проживания в замке я поняла, что мастер иначе относится к этикету и во многом меня просто не понимает, поэтому я промолчала и на этот раз. Я смотрела по сторонам и преисполнялась благодарности к учителю, когда он придерживал меня от падения.
А посмотреть было на что. Дома были совсем другими, нежели у нас. Более массивные, простые строения. Без украшений, ваз и кашпо с цветами. Встреченные люди и нелюди меня тоже удивляли. Горожане все были одеты в плотные брюки или кожаные штаны, высокие ботинки или сапоги. У многих были кожаные жилеты поверх простых рубах. На некоторых были плащи, но что меня удивило, все были при оружии. Самым сильным потрясением стало то, что я даже не сразу поняла. Не всегда встреченные нами прохожие были мужчины, часть из проходивших рядом были женщины!
“Дамы“ на улице, в обтягивающих брюках и при оружии. Мой мир перевернулся с ног на голову. Я не могла поверить. А учитель только посмеивался. Теперь я поняла его хитрый манёвр с поездкой в город и прогулкой по улицам. Мне наглядно показали, что в этом мире нет места пышным платьям, только удобная и функциональная одежда. За этими потрясениями я не сразу заметила, что мы зашли в торговые кварталы. Тут все было как везде, добавились только завлекающие вывески торговых лавок. В одну из таких мы и направились.
Лавка была небольшой, но очень уютной. За прилавком никого не было, и я стала разглядывать полки с товарами. Столько разнообразных тетрадей, блокнотов и пишущих перьев я не встречала. Отдельно на полке стояли странные тетради или дневники? В кожаных переплетах, с разным тиснением, причудливыми узорами и коваными замочками. Я подошла чуть ближе, чтобы рассмотреть эти диковинки. Одна из таких тетрадей приковала мой взгляд.
Я со странной жадностью рассматривала черную кожу, что была натянута как будто не качественно, она шла волнами и складками, но в этой небрежности чудилось что-то... как будто поверхность тетради была живой. А складки и волны перетекали одна в другу создавая какой-то дивный гипнотизирующий рисунок. Уголки тетради были окованы темным металлом, так же, как и хлястик, что закрывался на замочек. Мне казалась что тетрадь живая и теплая и я потянулась проверить. Когда мои пальцы коснулись поверхности, по ней прошла волна, которую я отчетливо ощутила, это не было моим воображением. А в следующий момент случились две вещи.
— Лаура, не трогай гримуары пожалуйста — сказал учитель и одновременно раздался голос от прилавка: “Пожалуйста не прикасайтесь!”
Мой палец кольнуло болью до того, как я успела отдернуть руку. Я вскрикнула от удивления и увидела выступившую капельку крови. Тетрадь открылась, прошуршав черными страницами. Тут же за спиной я услышала голос учителя.
— Ты активировала гримуар? — учитель был явно удивлен — Но зачем?
— Я не активировала, даже не знаю, как это делать, я просто хотела прикоснутся... Мне казалась, что тетрадь живая и теплая и я захотела проверить — голос стал совсем тихим под осуждающим взглядом мастера.
— Гримуары активируются кровью — учитель покачал головой.
— Вам придется это купить, мастер Руфус — я повернулась к прилавку и встретилась взглядом с гномом. Спутать представителя этой расы с кем-то другим было невозможно. Низкий ростом, но коренастый, широкий в плечах и с большой головой. Волосы были заплетены в несколько косичек, как и борода.
— Не беспокойтесь об этом, трес[1] Бальтозар. И нам нужно всё по списку номер семь – ответил учитель господину гному, а мне стало неловко, я как-то не задумывалась о том, что у меня нет денег.
— Конечно, мастер Руфус. Гримуар добавлю к вашим покупкам, куда доставить?
— Гримуар мы заберем сейчас, а покупки доставьте в трактир “Пьяный дракон“. Все на мой счет, трес Бальтозар — и мастер повернулся ко мне.
— Лаура, забирай свой гримуар, раз ты его выбрала — я в растерянности смотрела на учителя. Я выбрала? Но понимая, что спорить бесполезно взяла тетрадь, нет гримуар. Он и правда был теплым, появилось желание его погладить, как живого котенка.
Мастер попрощался с Бальтозаром и подхватив меня под локоть пошел к выходу. Уже на улице я посмотрела на учителя. Он не был расстроен или огорчен, скорее даже приятно удивлен. И я тоже немного успокоилась, но пообещала себе уточнить у мастера про плату за обучение и проживание. Надо взрослеть, за эти два с небольшим месяца я даже не задумывалась о деньгах. Меня больше волновало, что я живу одна в доме мужчины, это неприлично. Но так как при первом знакомстве я соврала о своем происхождении, я молчала.
О том, что я сглупила, стало понятно сразу. Ну какая я служанка? Что я знаю об их обязанностях и что я умею из этого делать? Мастер часто ставил меня в неловкое положение, когда просил приготовить ему что-нибудь перекусить, а то и помочь с растопкой камина. Я каждый раз терялась, а учитель делал вид что передумал и занимался всем сам. Я уже давно поняла, что в мою историю он не поверил, но и не требовал тотчас же рассказать правду. Мастер подтрунивал и видимо давал возможность самой во всем сознаться, но я не решалась, фамилия Тремми меня останавливала. Я даже не решилась назвать свое родовое имя и взяла фамилию нянюшки Эвонс. Надолго ли хватит его терпения?
В рассеянности, думая о своих проблемах, я не заметила, как поглаживаю корешок гримуара. В момент, когда я это осознала, отдернула руку. Увидев это, мастер успокоил меня, сказав, что это нормально. Первые часы, или дни, в зависимости от силы хозяина, мы с гримуаром будем привыкать друг к другу и обмениваться энергией. Своего рода привязка, благодаря которой гримуар невозможно будет потерять или сжечь, украсть его у меня тоже будет невозможно. Учитель считал, что это не нужная вещь для хорошего мага. “Маг должен полагаться только на свою память и оружие, пока он будет искать нужное заклинание в тетрадочке, его трижды растерзают и съедят“. Но и осуждения в его глазах я не видела.
За этими разговорами мы подошли к еще одной лавке. При входе звякнул колокольчик и к нам сразу вышла стройная молодая дама. Строгое платье, полностью закрытое под горло, высокая прическа и умеренный макияж. Всё-таки не все тут ходят в штанах. Я оглянулась, рассматривая лавку и не понимая, чем тут торгуют. Пространство вокруг нас было пустым, стояла только пара мягких кресел и диванчик в отдалении.
— Мили, рад тебя видеть, ты как всегда прекрасна — проговорил учитель приветливо – теплым голосом. А я и не знала, что у него бывают такие бархатные интонации. Откуда-то из глубины поднялась обида, но я тут же себя одернула.
— Я тоже рада тебя видеть, Руфус, ты редкий гость. Да еще и не один! Кого ты ко мне привел? – дама разглядывала меня с интересом — Будущая митрес[2]?
— Надеюсь, что будущий магистр — “митрес”, “магистр” ... О чем они говорят?
— О, даже так! — Мили посмотрела на меня с новым интересом.
[1] Трес - уважительное обращения к магу мужчине.
[2] Митрес - уважительное обращение к магу женщине.