Продолжаю знакомить читателей с публикациями в европейских СМИ на тему обострившихся отношений с Россией и последствий введённых против неё санкций. На этот раз перевод статьи «Cipro si scopre povera senza i rubli degli Oligarchi russi» из итальянского издания L'Espresso (ссылка на оригинал публикации в конце).
Российские <КИПРНАШ: в тексте «Московские»> инвесторы и туристы обогатили средиземноморский остров, в том числе, воспользовавшись политикой «золотых паспортов». Но в связи с войной на Украине и санкциями многие его покидают, туризм чахнет, а жители Кипра не знают, что будет дальше...
Руководство по выживанию после санкций против России можно свести к трем пунктам:
- в Telegram получаете доступ к черному рынку обмена евро и рублей;
- Сербия и Грузия — это страны, где вы можете сделать остановку, чтобы сейчас, когда рейсы прерваны, добраться до Родины;
- и, если ваш банковский счет был заморожен, есть сеть юристов, к которым можно обратиться, чтобы его разблокировать.
— Это касается только тех, у кого российский паспорт. Олигархи со времен Крымской войны научились защищать свое состояние от санкций» <КИПРНАШ: здесь и далее выделено в оригинале>, — говорит Екатерина.
Побитые ветром пальмы и температура под 40 градусов и фронт войны так далеко. Но при этом во втором городе Кипра Лимассоле последствия конфликта не заставили себя долго ждать.
На набережной множество подсказок, подтверждающих репутацию города как «Москвы Средиземноморья». Надписи кириллицей на вывесках киосков, моторные лодки с названиями типа «Спутник» и «Кирилл», кассиры в супермаркетах, сообщающие сумму по-русски. Всё создаёт нереальное ощущение пребывания на черноморском курорте, а не на Средиземноморье.
Лимассол с 50000 российских экспатриантов представляет собой памятник дружбе между маленьким островом и русским гигантом.
На протяжении десятилетий Кипр культивировал исключительные отношения с инвесторами и туристами из далёкой страны. Но теперь, когда Кипр, как государство-член ЕС, присоединился к политике санкций против Москвы, судьба сообщества и привыкшей полагаться на него местной экономики висит на волоске. «Как же мы будем без русских?» — вопрос, интересующий горожан.
О будущем вынуждены думать и экспаты с двойным гражданством, зажатые между европейскими санкциями и ограничениями, наложенными Россией.
— Счета многих из нас были заморожены кипрскими банками в качестве меры предосторожности, — говорит Екатерина С.
Она приехала из Санкт-Петербурга десять лет назад и теперь владеет тут рестораном, но соглашается представиться лишь под именем.
— С другой стороны, самые удачливые перевели свои деньги в другие государства, такие как Болгария, и рассматривают возможность отъезда.
Чтобы справиться с блокировкой денежных переводов между двумя странами, многие полагаются на черный рынок Telegram.
«Продаю 100 тысяч евро за рубли», читаем сообщение одной из групп. «Евро в обмен на рубли, максимальная срочность» — в другом объявлении.
В течение нескольких недель после вторжения в Украину <КИПРНАШ: так в тексте о начале СВО> группа людей прошла маршем вдоль набережной в знак солидарности с Родиной. Затем сообщество замкнулось в молчании.
Самая популярная радиостанция «Русская волна» продолжает транслировать песни любимых звезд московской эстрады, но отказывается давать <актуальные политические> комментарии. Такой же выбор делает «Вестник Кипра», издающийся на русском и являющийся одновременно русским культурным центром на острове.
Проводимый каждый год фестиваль российско-кипрской культуры, который оживляет город, перенесён на более поздний срок.
— Это был шок! Ещё мгновение назад нас любили, а теперь с нами обращаются, как с паршивой овцой в семье. И еще, у нас кипрское гражданство и этот остров — наш дом», — делится Екатерина.
Многие чёрно-белые фотографии, выставленные на продажу на лимассольской барахолке, рассказывают о связи между островом Афродиты с Москвой. Выцветшие открытки с молодыми людьми, позирующими на Красной площади, свидетельствуют о том, что влиятельная кипрская коммунистическая партия, основанная в Лимассоле и до сих пор являющаяся второй <по величине> политической силой, подпитывала культурный обмен между двумя странами.
C распадом Советского Союза, отношения только укрепились: остров стал популярен благодаря предоставлению налоговых льгот.
Когда после греческого долгового кризиса банки Кипра рухнули, многие российские вкладчики получили стимул вкладывать свои средства в местный рынок недвижимости.
Однако решающую роль сыграли, прежде всего, «золотые паспорта». Благодаря правительственной инициативе, позже заблокированной в 2020 году, иностранцы, вложившие в остров более 2,5 млн евро, могли получить кипрское гражданство, а значит и европейские паспорта, для себя и членой своих семей. Бенефициарами программы стало почти 7 тысяч человек, из них половина — россияне.
«Здесь, на Кипре, возможно всё», — говорили политики подставному «инвестору», не подозревая, что их снимает в ходе расследования «Аль-Джазира» скрытая камера. Два года назад результаты этого расследования вынудили правительство <Республики Кипр> прикрыть программу, раскрыв, сколько паспортов было продано незаконно.
По данным независимой комиссии, созданной для расследования скандала, треть бенефициаров получила паспорта, несмотря на отсутствие необходимых условий. С тех пор правительство острова заявило, что готово внести ясность, и отозвало документы у 39 человек. Затем, в апреле прошлого года, четверо олигархов, подвергшихся санкциям Брюсселя, в том числе Александр Пономаренко, председатель совета директоров московского аэропорта <Шереметьево>, лишились кипрского гражданства.
Ещё одним следствием конфликта на Украине стало то, что четвёртый <КИПРНАШ: по размеру капитала> банк на острове, Российский коммерческий банк, до начала конфликта наполовину принадлежавший российскому банку ВТБ, прекратил финансовую деятельность <КИПРНАШ: неточность. Банк прекратил банковскую деятельность, став инвестиционным управляющим>.
Когда российские войска вошли на Украину, министр финансов Константинос Петридес заверил, что кипрские банки не понесут убытков, при том что Россия остаётся основным экономическим партнером страны, на которого приходится более 25% иностранных инвестиций.
Стоит только побродить по набережной, чтобы заметить первые последствия этой зависимости. Конторы бухгалтеров и юристов, привыкших иметь дело с русскими клиентами, закрылись. А знаменитая вывеска с надписью «Лимассолград» — шутливое прозвище города — болтается перед заброшенным зданием офиса агентства недвижимости.
До прекращения авиасообщения между двумя странами, туристы из России <КИПРНАШ: в оригинале "из Москвы"> были вторыми после британцев по количеству и первыми по готовности к тратам.
Сегодня на шаттлах, курсирующих по набережной, где остановки названы в честь бутиков, расположенных вдоль побережья, многие места остаются пустыми.
— Только русские могли оставить 100 тысяч евро за один раз, — комментирует ювелир Маринос Димитриу, выставляя на витрине роскошные водостойкие часы.
— Сомневаюсь, что смогу продать их этим летом.
По данным правительства, из-за отсутствия русских туристов острову суждено потерять более 600 миллионов евро.
#кипр #кипрнаш #евросоюз #санкции #россия
— Глупость! Туристы, которых мы не пускаем на остров, отправятся в соседнюю Турцию, страну, которая почти пятьдесят лет оккупирует северную часть Кипра, — комментирует Харис Теохарус, президент Союза отельеров Лимассола.
— Мы солидарны с Украиной, но наш маленький остров платит несоразмерную цену по сравнению с другими европейскими странами.
В первые месяцы <сезона> отели в основном были заполнены украинскими беженцами.
В окрестностях столицы Никосии сверкают на солнце пять золотых куполов, привезенных из Санкт-Петербурга. Построенный на средства магната* православный храм Андрея Первозванного и всех святых, в земле Русской просиявших, является местом встречи славянской общины острова. Отец Исайя бродит среди приехавших из Киева семей, играет на церковном дворе и щедро раздаёт благословения.
* <КИПРНАШ: Вячеслав Заренков, основатель группы строительных компаний «Эталон» и фонда «Созидающий мир», изобретатель, художник, писатель и меценат>
— До войны никто не делал различий между русскими и украинцами. Мы все молились на одном языке. Это то, что мы пытаемся продолжать делать и дальше, но чем дольше будет продолжаться война, тем сложнее будет, — признатся он.
Пока островитяне задаются вопросом о продолжительности конфликта, найти свободную квартиру в Лимассоле становится всё труднее. С начала войны на остров прибыло более 20000 человек: украинские беженцы, а также сотрудники российских компаний, базирующихся на Кипре, которых переводят сюда. Как доказательство того, что будущее отношений с древним союзником еще не перечёркнуто.
— Остров уже рассчитывает на других инвесторов, таких как ливанцы и израильтяне. Но русские были наиболее стабильными, заинтересованными в финансировании долгосрочных проектов, таких как университеты и больницы, — объясняет Павлос Лойзу, директор Wire, компании по анализу данных о недвижимости.
— Кто займет их место? Пока рано говорить.
В то время как круизные лайнеры проплывают мимо Лимассола, небольшой остров, бывший на протяжении веков под управлением тамплиеров, венецианцев <, затем османов> и англичан, пребывает в ожидании следующего незнакомца, который сойдет на берег, вооруженный амбициозными проектами и, прежде всего, наличными.