“Тот, кто в 15 лет убежал из дома, вряд ли поймет того, кто учился в спецшколе…” Виктор Цой.
“...Я смеюсь, умираю от смеха:
Как поверили этому бреду?!
Не волнуйтесь — я не уехал,
И не надейтесь — я не уеду!” Владимир Высоцкий.
Зажгла старая гвардия! Показала, что такое рок-н-ролл. Собралась и спела… И песню взяли… Красивее и правильнее сейчас не придумаешь. Автор ее, Анатолий Крупнов, лидер группы “Черный обелиск”, трагическая жертва всего того бардака, который творился в 90-х. Песня написана в 94-ом, а в 97-ом Анатолий умер, не дожив до 32 лет месяца. После “революций” 91-го и 93-го очень быстро стало ясно, что “демократы”, это такие же коммунисты… только еще хуже. Если у коммунистов хоть какие-то святыни были, которые объединяли людей, у демократов не было ничего святого. Один дикий рынок с долларом, в качестве иконы. Неслучайно Пелевин писал про “чемодан с миллионом долларов”, который стал символом и образом той жизни. Без этого чемодана ничего не имело значения.
Тогда не было вопроса “валить или не валить”. Все, кто мог, просто уезжали. Уезжали от голода и разрухи, почти как при Октябрьской революции. От невозможности реализоваться в профессии. При этом никто никого не запрещал. Просто никто, кроме тех, кто умел делать деньги, НЕ БЫЛ НУЖЕН. Тогда даже мне песня понравилась, хоть я и не ходил в больших поклонниках “Обелиска”. Но, Крупнов потом играл с Сукачевым в “Неприкасаемых”. А “Неприкасаемых” я любил. Одним словом, песня была выстрадана.
“...Ты говоришь, что здесь достаточно зла,
И ты спешишь скорей отсюда уйти,
Ты говоришь, что мне неволя мила,
И свято веришь в правду другого пути.
Бежать и плыть, лететь, куда, все равно,
Лишь бы туда, где нет и не было нас.
Ты говоришь, здесь все погибло давно,
И слишком много чужих среди нас…”
Это все о той жизни, если кто о ней ничего не знает. Я сейчас, благодаря песне, вспоминаю ощущения и настроения того времени и хочу сказать, что то коллективное отчаяние от великого “на е…лова” ни в какое сравнение не идет с сегодняшними нюнями уехавших. И тем, не менее, сегодня песня стала не только актуальней, но и глубже.
“...Я здесь привык, хоть здесь я словно в строю,
Я вижу все, хоть здесь и мало огней,
И на ногах я здесь так прочно стою,
А чтоб стоять, я должен держаться корней…”
Тогда это были метафоры относимые к формальному выбору: остаться или уехать. Сегодня, “я остаюсь!” это экзистенциальный выбор. “Я остаюсь, чтобы жить!” И какие же ребята молодцы. Хотя какие ребята… Мужики… Старики-разбойники! НО… дали шизгары! Могем! Настоящий ответ всем этим… малохольным, ноющим и стыдящимся.
И еще важный момент-размышление. Эти собраться смогли. Собрались и спели. Потому что объединены общими смыслами. Они все “за жизнь”. А вот те, которые “за мир”... Что-то мне подсказывает, что вряд ли смогли бы собраться вместе и спеть. Такой большой бандой… Потому что нет в них ничего объединяющего. Один индивидуализм и личная выгода…
