Продолжаю историю о Петропавловском соборе, начатую тут и тут. У стен собора, с восточной стороны, за невысокой оградой находится самое маленькое кладбище Санкт-Петербурга.
Не только самое маленькое, но и, пожалуй, самое уникальное. На этом кладбище хоронили комендантов Петропавловской крепости, лютеран и православных - рядом, объединенных одним: службой городу и стране.
Территория Комендантского кладбища закрыта для посещений, но там всего 19 захоронений, и бОльшая их часть видна через ограду.
В XVIII веке комендант Петропавловской крепости считался третьим человеком после императора и генерал-губернатора, и имел должность обер-коменданта - то есть в его подчинении находилась не только крепость, но и весь Санкт-Петербург. Ему же подчинялись коменданты Кронштадта, Шлиссельбурга, Выборга, Ямбурга, Копорья, Кексгольма.
Только в 1796 году была введена отдельная должность коменданта Санкт-Петербурга, и с тех пор в подчинении комендантов Петропавловской крепости оставался лишь ее гарнизон. Но все эти годы, от самого основания крепости и до революции, коменданты жили на территории крепости - и там же их и хоронили.
Первым обер-комендантом недолго, в 1703-1704 гг., служил Карл Ренне, но умер в Польше. История же Комендантского кладбища началась, когда скончался его преемник - генерал-лейтенант Роман Брюс. Случилось это в 1720 году, и Петр Великий приказал захоронить своего соратника и друга у стены строящегося Петропавловского собора.
Даже после смерти коменданты продолжали хранить вверенную им крепость... Всего с 1703 по 1917 год сменился 31 комендант, и 19 из них так и не покинули свой пост до конца. Те, кто уходил в отставку раньше своей смерти, были захоронены на других кладбищах. Последним захоронением стала могила Данилова Владимира Николаевича в 1914 году.
Следующий комендант Никитин Владимир Николаевич эмигрировал в 1917 году и умер в Париже. Далее совсем недолго этот пост занимал Лисунов Сергей Михайлович, но уже до конца 1917 года должность была упразднена (а Лисунов впоследствии сгинул где-то в ссылке).
В 70-80хх годах подзаброшенный некрополь отреставрировали, но, пожалуй, не хватает какой-то памятной таблички.
И напоследок приведу прекрасное стихотворение.
Петропавловская крепость
У самых вод раскатистой Невы,
Лицом к лицу с нарядною столицей,
Темнеет, грозный в памяти молвы,
Гранитный вал с внушительною спицей.
Там виден храм, где искони внутри
Опочивают русские цари,
А возле стен зарыты коменданты,
И тихий плач в гробницы льют куранты,
И кажется, на линию дворцов,
Через Неву, из недр иного света,
Глядят в столицу тени мертвецов,
Как Банко тень на пиршество Макбета..
Завидна ль им исторгнутая власть?
Полна ль их совесть запоздалой боли,
И всем царям они желают пасть,
А всем гнетомым встать из-под неволи?
Или свои алмазные венцы
Они сложили кротко пред Еговой
И за грехи народа, как отцы,
Прияли там иной венец, терновый?
Иль спор ведут перед Царем царей
Повешенный с тираном на турнире,
Чей вздутый лик величия полней,
Раба в петле — иль царственный, в мундире?
Иль, убоясь своих кровавых рук,
Крамольники клянут свои деянья?
Или врагов на братские лобзанья
Толкнула смерть, в забвеньи зол и мук?..
Но я люблю гранитную ограду
И светлый шпиль при северной луне,
Когда куранты грустную руладу
Издалека разносят по волне.
Они поют в синеющем тумане
О свергнутых земных богатырях,
О роскоши, исчезнувшей в нирване,
О подвиге, задавленном впотьмах, —
О той поре, где всякий будет равен,
И, внемля им, подумаешь: «Коль славен…»
Сергей Андреевский, 1881г.