Каждый год в нашей Томской писанице проходят мероприятия в честь дня Ивана Купалы: ночью пляски для взрослых, а на следующий день - детский праздник.
К сожалению, ритуальные прыжки через костёр и прочие игрища прошли без моего участия, так что никаких позорных историй не ждите. Придётся про приключения Всадников Апокалипсиса читать.
Всадники: Паша, 6 лет, Вадим, 4 года.
В общем, приехали мы в прошедшую субботу в Томскую писаницу.
Сразу же у входа дети разругались. Всё было как обычно: Паша хотел гулять, а Вадя хотел есть. Да, по мнению Вадима, мы шестьдесят километров по щербатой дороге ехали, чтобы поесть. А вы что, так не делаете? Нет? Ну, я прям тогда не знаю...
Чтобы немного разрядить обстановку, я в приказном порядке заявила, что сейчас мы пойдём смотреть новую экспозицию, Сибирский острог.
Паша обрадовался, а вот Вадя воспринял мои слова, как личное оскорбление, и всю дорогу намекал, что шашлыки, вообще-то, продают в другой стороне.
Дошли мы до места, и там дети увидели высокую башню, в которую можно было забраться по крутой и узкой лестнице. Решив показать, кто тут самый смелый и самый быстрый, Вадя побежал ко входу.
-Атайди! - прокричал он, схватился одной рукой за перила, второй за ступеньки и полез вверх.
-Да постой! - простонал в небо Паша, догнал брата и полез следом.
Вадим лез быстро, не забывая напоминать всем, что тут высоко. Насколько тут высоко, до самого Вади дошло только на последней ступеньке.
-Папа! Сними меня отсюда! Мне страшно! - внезапно заорал он и попытался спуститься обратно.
-Мне зато не страшно, - флегматично заявил Паша, который подпирал Вадю снизу.
Поднимаясь всё выше и выше, он просочился между братом и стеной, полез дальше и наступил Ваде на руку. Тот разжал пальцы и свалился прямо на меня.
Пока я успокаивала Вадима, Паша с папой успели побывать на самом верху башни и уже спускались обратно. Паша, пытаясь заставить ноги не трястись, а голос - не дрожать, убеждал меня, что вообще не испугался.
Мы хотели ещё спуститься к реке, но Вадя нам вовремя напомнил, что и там шашлыки не продаются. Пришлось сменить курс и пойти в шашлычку.
И вот идём мы на запах шашлыков. Проходим мимо сцены. Дети туда забегают, начинают носиться, а я прошу Пашу встать красиво, чтобы его сфотографировать.
-Представь, - говорю, - будто ты перед зрителями на сцене выступаешь.
-Ой, не! - замахал на меня руками Паша. - Это я, мама, страх высоты в башне перебороть смог, а страх сцены у меня ещё остался!
Но настоящий страх, ребята, нас ждал позже, когда мы дошли до шашлычки. Дело в том, что шашлыков там не оказалось. Кончились шашлыки, понимаете? Прямо перед нами последние раскупили.
Когда об этом узнал Вадим, он завыл так, что ему из зоопарка волки начали подвывать. Жутко было - не передать словами.
С болью в душе и тревогой в сердце, Вадим кое-как дождался новых шашлыков.
Перед ним ставят тарелку с дымящимся и ароматным мясом. Он подцепляет кусок вилкой и начинает его есть. Ест и ест этот кусок, а он всё не заканчивается и не заканчивается, даже меньше не становится. Я присмотрелась, а там какая-то жила толстая.
-Вадя, - говорю сыну, - отложи этот кусок, возьми другой.
Вадя на меня как зыркнул, зубами ещё сильнее в жилу вцепился и недовольно пробурчал:
-Нет!
Догрыз жилу, закусил хлебом, вытер губы и сказал, что наелся. Да, с одного жилистого куска, а что не так? И вообще, сразу надо было сюда идти, а не по чердакам всяким скакать. Перебили пацану аппетит, и кто в этом виноват?
Короче, шашлык доедал муж. Он большой, в него влезло. Тем более, что когда мы пошли на выход, у обоих детей внезапно от усталости перестали ходить ножки.
Пришлось отцу тащить их на себе до самой машины.