Всё больше убеждаюсь год за годом, Что жизнь это какой-то сюр, Что на душе всё чаще непогоды Поёт прерывисто ноктюрн. Когда стою я безучастный На пепелище прошлых дел. Мне молвить бы, да всё напрасно, Как будто я того хотел? Как будто я, поднявши веки, Смотрю и скалюсь, будто зверь? Вы все внутри моральные калеки, А я всё ещё слышу колыбель. Я слышу ноты, что сковали моё тело, В сумерках среди крестов, То фигура в чёрном балахоне пела, Сжимая мою душу на фоне догорающих костров.
Всё больше убеждаюсь год за годом,
Что жизнь это какой-то сюр,
Что на душе всё чаще непогоды
Поёт прерывисто ноктюрн.
Когда стою я безучастный
На пепелище прошлых дел.
Мне молвить бы, да всё напрасно,
Как будто я того хотел?
Как будто я, поднявши веки,
Смотрю и скалюсь, будто зверь?
Вы все внутри моральные калеки,
А я всё ещё слышу колыбель.
Я слышу ноты, что сковали моё тело,
В сумерках среди крестов,
То фигура в чёрном балахоне пела,
Сжимая мою душу на фоне догорающих костров.