Было, было в жизни Марины такое трудное и страшное время, когда казалось, что весь мир ополчился против нее: предали самые близкие люди, потеряла возможность заниматься любимым делом, здоровье куда-то делось, и самые простые решения давались с невероятным трудом…
Казалось, что впереди уже никогда не будет света и радости…
Не было денег даже на третье яблоко… Возвращаясь с работы, которая нужна была просто для того, чтобы выжить, купила два яблока для ребенка… Ведь нельзя же одной гречкой с макаронами кормить…
По дороге домой зашла в «сбербанк» заплатить за свет.
На другие коммунальные платежи денег не было, а за свет платила! В смысле за электричество…
Казалось, что свет важнее всего, да и платежка за электричество была на самую маленькую сумму.
Марина привыкла платить за все аккуратно и регулярно, но наступили трудные времена…
Терминалов для оплаты в то время еще не было - очередь в окошко скопилась большая.
Все спешили и нервничали, но никуда не денешься – надо стоять. Ведь завтра будет ничуть не лучше…
Молодую женщину с ребенком заметили все: она пробиралась к окошку, требуя пропустить ее без очереди, ведь она с ребенком…
Марину ребенок ждал в детском саду, и забрать его надо было вовремя…
Но сил на то, чтобы спорить, у нее не было, поэтому молча подвинулась, пропуская эту женщину впереди себя.
Ребенок все время что-то кричал, вертелся во все стороны и вдруг начал дергать Марину за пакет, который она держала в руках.
«Дай! - требовательно заявил он, - хочу яблоко!»
Дала, хоть и было жалко… Вообще по жизни Марина совсем не жадная, а уж о том, чтобы едой не поделиться, ребенка не угостить, об этом и думать смешно, это совсем не про нее.
Щедрой рукой делилась, когда было чем…
Яблок в пакете было два, поэтому одно вынула и отдала, предупредив, что оно немытое.
Ребенок повертел это красивое яблоко в руках и бросил на пол… Яблоко укатилось куда-то в сторону… Ну, не поднимать же его… Не сердиться на ребенка… А мама его сделала вид, что всей этой сцены просто не видела…
Сыну в этот день Марина принесла одно-единственное яблоко…
Когда ехала в автобусе, к ней подсела какая-то маленькая старушка, чистенькая и говорливая.
Не было у Марины настроения вступать в разговоры с кем-то, но ведь не повернешься к старому человеку «задом».
Слушала, кивала, не особенно вдаваясь в то, о чем говорила старушка.
Только отметила про себя, что старушка не местная: свои деревенские давно примелькались, ведь всегда примерно в одно время возвращались с работы…
Голос старушки журчал, успокаивал, ненадоедливо убеждал в чем-то… Казалось, что старушка давно знает и Марину, и все ее беды…
Потом старушка взяла Марину за руку и заглянула в лицо так близко, что Марина хотела отодвинуться.
Но куда отодвинешься на одном сидении старенького автобуса, когда весь проход плотно забит людьми…
И старушка сказала, вернее, велела таким серьезным тоном, что Марина запомнила каждое ее слово…
«Водки купи бутылку, деньги, все, какие есть в монетках, собери. Выйди в полночь на перекресток и в середине прямо на дорогу бутылку поставь и монетки высыпи. Скажи: «За все заплачено!» И уходи, не оглядывайся. Все будет у тебя хорошо - бедовать больше не будешь».
Пока Марина бежала от остановки к детскому садику, пока вернулись домой… А дома обычная круговерть: ребенка накормить, помыть, книжку почитать…Надо на завтра одежку приготовить, с собой на работу хоть что-то прихватить…
Как-то удивительно легко и быстро сделались эти обычные дела, и ребенок уснул без капризов…
А слова старушки не выходили из головы…
И тут Марина вспомнила, что в доме есть непочатая бутылка водки – эта деревенская валюта, без которой ни один гвоздь тебе в стену не вобьют, ни один кран не починят! Денег, может, и не спросят, а стакан - налей!
И копилка была, куда монетки в хорошие времена сбрасывали…
Старушка сказала «все деньги», и Марина обшарила все карманы, все сумки и даже старый свой школьный портфель… Монеток набралось горсти две…
И решила: «Пойду!»
Перекресток был далековато, в конце улицы. И не совсем перекресток, но дороги расходились на три стороны. Фонарей там сроду не было, но луна немножко подсвечивала дорогу.
«Да и чего бояться в своем поселке? Все спят давно, а чужих тут нет», - это Марина так себя успокаивала, когда шла, вернее, почти бежала по улице к перекрестку.
На часы вот только забыла посмотреть, может, еще не полночь?
Но не возвращаться же...
На перекрестке было тихо и пусто… Поставила бутылку посредине. Высыпала из пакета все монетки. И громко, как в школе на уроке, объявила: «За все заплачено!»
Моментально успокоилось сердце, которое до этого колотилось, просто выпрыгивая из груди.
Дыхание выровнялось после бега, и такое спокойствие охватило всю Маринину душу, что домой она зашагала степенно и свободно.
Уснула сразу, а утром по будильнику началась обычная круговерть: ребенка накормить и в садик доставить в хорошем настроении. На автобус успеть, потом на электричку , на работе вовремя оказаться… Жизнь продолжается!
И что вы думаете?
Как-то легче все пошло: и мешки с землей, которые нужно было в отделе разместить, словно стали полегче.
И коробки с «бытовой химией» не так одуряюще пахли и не казались такими неподъемно тяжелыми…
Работа пошла повеселее, покупатели не привередничали, сотрудники не «наглели» - в общем, постепенно все вошло в какую-то «нормальную» колею.
Иногда вспоминала ту маленькую старушку и оглядывалась в автобусе по сторонам, но так больше и не встретила.
Потом жизнь и вовсе наладилась: перебралась в город, вернулась в школу и совсем счастливой стала…
Только иногда в голове звучат слова: «За все заплачено!»
Но Марина не пытается понять, что это было и как «это работает…»
Она просто живет и всегда за все, даже за самую малость сделанного ей добра, старается отблагодарить.
Никогда не забудет прихватить с собой «гостинчик», положить в карман парикмахеру или маникюрше денежку, доктору «флакончик» чего-нибудь подороже, да и в гости с пустыми руками никогда не ходит…
И не бедствует Мариночка: и работу не теряет, и люди к ней часто поворачиваются «добрыми лицами».
Помните римского Двуликого Януса? Одно лицо доброе и молодое, другое старое и суровое…
Не зря римских богов в те далекие времена «умасливали» и одаривали… Все хотели, чтобы к ним было повернуто доброе лицо… Может, не так глупо поступали эти древние римляне…