Пронзительный детский крик раздался в трубке телефона, которую посреди ночи схватил полусонный диспетчер скорой помощи.
— Да, скорая. Что случилось? – спросил не очень приветливый голос.
— У меня мама… Она упала и не шевелится, и не разговаривает. Если заснула, то почему не просыпается. Я зову её, зову. А она не отвечает. Мне очень страшно за неё. Приезжайте, спасите мою маму! Пожалуйста, — умолял срывающийся на плач ребёнок.
Услышав детский голос, с диспетчера как рукой сняло остатки пытающегося завладеть им сна.
— Не плачь, называй адрес. Сейчас приедем.
Через две минуты машина скорой помощи направилась в путь, и вскоре подъехала к дому мальчика. Хотя, домом это назвать сложно. Старый, полуразвалившийся барак, больше напоминающий убежище бездомных бомжей. Казалось, ещё немного и он рухнет, под тяжестью прошедших лет. На стук дверь со скрипом открылась. На пороге стоял испуганный, заплаканный мальчуган лет семи. Он неустанно повторял:
— Помогите, помогите, мама… она без сознания.
На полу лежала женщина, с белым как снег лицом и посиневшими губами.
— Она без сознания, но жива. Похоже, инсульт. Нужно везти в больницу, – сказал один из приехавших мужчин, — Олег, давай за носилками, попроси Сергеевича помочь.
— Мальчик, тебя как зовут? – обратился он к испуганному парнишке.
— Егор… а что будет с мамой? Она поправится? — взволнованно спрашивал он, своим детским умом понимая, что случилось что-то страшное.
— Будем надеяться. Мне нужны документы на маму. Полис, паспорт. И позвони кому-нибудь из взрослых. Папе, может, бабушке, или тёте, — сказал врач.
— Некому звонить. Мы с мамой вдвоём живём. Я сам взрослый, — гордо сказал мальчишка.
— Всё, давай, кладём и понесли. Времени у нас мало, — сказал врач, увидев в дверном проёме напарника.
— А можно, можно, я с Вами, пожалуйста? — всхлипывая, просил мальчик.
— Ну… хорошо, — неуверенно ответил мужчина.
За его десятилетний опыт работы впервые за старшего, в доме оставался маленький ребёнок, почти ещё малыш. Но такой самоотверженный, что его выдержке позавидует любой взрослый.
— Мама, мамочка, только живи…- всё время, пока ехали, повторял Егорка, держа женщину за руку.
А ещё вспомнил, что, когда была жива бабушка, она часто водила его в церковь и учила молитвам. Одну из них, по его мнению, самую сильную, он как заклинание несколько раз шепотом проговаривал. В тот момент он ещё не осознавал, что в дом пришла настоящая беда. А несчастья, которые случились с ним и его мамой раньше, покажутся мелочью…
Через несколько дней первоначальный диагноз, сходу поставленный врачом скорой помощи, подтвердился окончательно. Он прозвучал как приговор:
«Инсульт с парализацией правой части тела».
Что такое инсульт было понятно для врачей, медсестер, санитарок, но не для Егора. Егорушки, как ласково называли его все в отделении неврологии, где лежала его мама Надежда. Мальчик не отходил от кровати мамы. Она не разговаривала, не ходила, практически не шевелилась, а её взгляд был направлен куда-то в сторону, не на него. Егорка не понимал, что случилось, почему мама стала такой. Но он был рад, что мама жива и всегда повторял:
«Мамочка, я тебя люблю. Ты поправишься!»
Он думал, что мама полежит несколько дней, а потом встанет и они поедут домой. Всё будет как прежде. Совместные прогулки в парке, готовка вкуснейших пирожков, чтение любимых книжек, хохотушки и обнимашки перед сном. Надо только немного подождать. И он ждал, терпеливо и старательно.
Но мама не вставала. Вместо этого, каждый день к ней приходили дяди, в белых халатах осматривали её и что-то записывали, качая головой. О мальчике Егорке, который не отходил от своей мамы, знали не только на отделении неврологии, но и за его пределами. Все прекрасно понимали, какая участь ждёт Надежду. За ней нужен постоянный уход. На её хотя бы небольшое восстановление уйдут месяцы, годы. А тут мальчик маленький, совсем один…
Все очень жалели Егорку. Приносили ему книжки, игрушки, вкусняшки. Особенно прониклась к мальчонке медсестра Татьяна. Она расстраивалась, как малыш вечерами сидит дома один без мамы и папы, что кушает, кто о нём заботится. Ведь ему только семь лет, он даже ещё в школу не ходит.
— Егорушка, ты не голодный? Кто тебя кормит? Что ты кушал сегодня? – участливо спрашивала она.
— Тётя Таня, я же не маленький, почти мужчина. А мужчина должен уметь всё. Я и сам уже могу кое-что приготовить. Мне помогает тётя Света, наша соседка, — уверенно, по-взрослому, отвечал Егор.
— А где же твой папа? – не смогла удержаться от вопроса Татьяна.
— Не знаю, мама говорила, что он променял нас на бутылку, — ответил Егор и замкнулся.
Сразу стало ясно, что мальчик не хочет говорить на эту тему. Потом Татьяна всё же узнала, что раньше Егорка жил обычной жизнью вместе с папой и мамой. Семья была небогатая, но дружная. Вскоре отец начал выпивать, и за короткий промежуток времени превратился в запойного алкоголика. Когда напивался, распускал руки и ругал Надежду на чём свет стоит. Она всё покорно терпела ради сына, а потом поняла, что ребёнку с таким отцом будет только хуже. Решила, как отрезала. Собрала вещи, свои и Егорки, и переехала жить в барак. Ведь квартира, где они жили, принадлежала мужу.
Жизнь у Надежды была сложной. Судьба никак не хотела быть благосклонной к ней. Но женщина не сдавалась, главной целью для неё было вырастить из сына настоящего мужчину. Её мечте суждено было сбыться, если бы не внезапный инсульт, страшный, делающий беспомощным её тело и уничтожающий душу. Совершенно точно, что издевательства и переживания за свою семью, не прошли для Нади бесследно.
Татьяна в ужасе думала о том, что скоро Надежду выпишут. И что тогда? Её кинут в интернат, а Егорку – в детский дом. Сердце Татьяны сжималось от боли. Ведь мальчик так любит маму. Разлука будет убийственной для него. К сожалению, опасения женщины оказались не напрасными.
Вскоре врачи заговорили о выписке Надежды, а ещё через пару дней в больницу нагрянули органы опеки.
Днём, когда Татьяна пришла ко второй смене на работу, она при входе в отделение содрогнулась от громкого крика, выворачивающего душу наизнанку. Крик раздавался из палаты, где лежала Надежда. Егорка обеими руками держался за спинку кровати, его пытались оттащить две женщины. Когда он понял, что силы неравны, укусил одну из них за руку. Та взвизгнула и закричала, толкнув мальчика:
— Дрянной мальчишка! Совсем распоясался. Мы тебя в детдом отправим, там научат уму-разуму.
— Вы что с ума сошли! Как Вы можете так обращаться с ребёнком, он же ещё совсем маленький, — не сдержалась прибежавшая в палату Татьяна.
— Мы из органа опеки и попечительства, и имеем полное право на изъятие ребёнка в детский дом. Его мать парализована и абсолютно беспомощна. Понятно, что никогда не встанет и уж тем более не будет нормальным человеком. Ребёнок не может находиться при ней, — не стесняясь в выражениях, гневно сказала одна из женщин.
— Не правда, моя мама поправится! И никуда я с вами не пойду, — глотая слёзы, крикнул мальчик и спрятался за спиной тёти Тани.
— Вы не имеете права отдавать его в детдом. У мальчика есть родственники, которые согласны взять к себе и его, и больную мать. Я вам это докажу на документах, — уверенно дала отпор Татьяна.
«Боже мой, зачем я такое ляпнула. Ни про каких родственников я не знаю. Что же теперь будет?» — сама себе удивлялась Татьяна.
Так она не хотела, чтобы Егорка страдал. Ей это было как ножом по сердцу.
— Документы, говорите, есть? Даю вам два дня, чтобы их предоставить. А если выяснится, что информация ложная, сообщим вашему руководству и вас накажут, — сквозь зубы, прошипела от злости женщина из опеки.
И через несколько секунд обе удалились из палаты. Егор ещё крепче обнял любимую тётю Таню.
— Егорка, а может, у тебя и, правда, есть родственники, которые согласятся приютить вас с мамой, — спросила Надежда, не надеясь на положительный ответ.
— Об этом знает тётя Света, наша соседка, мама часто делилась с ней переживаниями о нашей жизни.
На следующий день Татьяна пришла к Светлане, не зная сама, на что, рассчитывая. После сбивчивого рассказа Татьяны, на удивление лицо Светы преобразилось.
— Знаете, Татьяна, а ведь у них и правда есть родственники. Двоюродная, а может, и троюродная сестра Надежды. Что-то в этом роде припоминаю. Я постараюсь с ними связаться, обещаю Вам, — ответила Светлана.
«Как же всё здорово складывается. Неужели удастся отстоять мальчишку?»– не верила самой себе Татьяна.
Но всё получилось. Двоюродная сестра Надежды Ольга, с мужем Сергеем были крепкой, дружной семейной парой, правда, бездетной. С годами боль по поводу отсутствия детей притупилась, и они свыклись со своим положением.
— Ну, что же, будем коротать дни вдвоём. Ведь это тоже большое счастье, что мы есть друг у друга, — искренне сказал Сергей.
С тех пор тема детей в семье не поднималась. Но горечь никуда не исчезла, и каждый по-своему переживал её. А тут такое известие…
Как гром среди ясного неба.
Ольга с Сергеем знали Егорку. Хороший мальчишка, добрый, мамин помощник. Они полюбили его. И поэтому не стали возражать, когда узнали, что Егорка приедет к ним.
«Надежда… Да. нелегко придётся. Но мы родственники, и в жизни всё бывает. Никто от беды не застрахован».
На семейном совете решили оформить опекунство над Егоркой и взять родственников к себе. Так будет по-человечески, по-семейному. Но, когда увидели, что сталось с Надеждой, некогда молодой и цветущей женщиной, постепенно осознали, что погорячились, согласившись на их переезд. Бесконечные ухаживания за Надеждой быстро вымотали Ольгу, настолько, что уже и Егорка не радовал. Они с Сергеем решили, что им такая обуза не нужна. Однажды, не выдержав, Ольга сказала Егору:
— Понимаешь, Егорушка, ты только не расстраивайся. Такое бывает в жизни. Но нам придётся расстаться.
— Как, тётя Оля? Почему? – со слезами на глазах спросил Егор, но ответа не получил.
Бедный мальчик очень старался понравиться дяде Сергею и тёте Оле.
«Но почему, почему они от меня отказываются? – с обидой в который раз спрашивал себя Егор.
А через день, Егора вместе с его матерью новоиспечённые родственники выставили за порог. Горю Егорки не было границ. Это – предательство. Хорошо, что он написал об этом заранее тёте Тане – любимой медсестре из больницы и она позаботилась о транспортировке Надежды. Когда Егорка увидел тётю Таню, бросился ей на шею и зарыдал:
— Тётя Таня, меня теперь заберут в детдом? Я не хочу, не поеду! Я буду ухаживать за мамой. Пожалуйста, помогите мне!
— Бедный мальчик, как же быстро тебе пришлось распрощаться с детством и повзрослеть. Я тебя спасу от интерната, обещаю! – поклялась Татьяна.
Она видела, как Егорка любит свою маму и как Надежде будет невыносимо тяжело без сына. Её жизнь закончится в тот же момент. В этом у Татьяны не было никаких сомнений, и она решилась на оформление опекунства над Егоркой, хотя у неё самой двое детей.
Одна только Татьяна знает, сколько кругов бюрократического ада пришлось её пройти, но она с честью выдержала все испытания. Добилась самого главного. Егорку не заберут в детдом, и он будет вместе с мамой.
— Спасибо, спасибо тётя Таня, — Егор прыгал от радости около неё.
— Собирайся, Егорушка, поедем к нам жить, — предложила Татьяна, она уже предупредила своих домашних.
— Нет, тётя Таня, нет. Мы будем жить с мамой здесь, в нашей квартире. Я сам буду ухаживать за ней, обещаю! – не по-детски ответил мальчик.
Он испугался, что тётя Таня также бросит его, как Ольга с Сергеем.
— Но, Егорушка! Как же ты будешь жить в этом полуразрушенном бараке? Здесь даже отопления нет, нужно печку топить и воду из колодца таскать. Как же ты справишься? Поедем к нам, — настаивала Татьяна.
— Нет, тётя Таня я сам всё буду делать. Сам! Я сумею. Знаете, какие у меня руки сильные. Потрогайте мышцы! – впервые за долгое время улыбнулся Егор.
Татьяна не смогла сопротивляться желаниям Егора и согласилась.
— Хорошо, попробуй, — отпустила Егора Таня.
Господи, сколько же сил и мужества в этом мальчике! Он настоящий герой нашего времени. Но на деле не всё оказалось так просто, как представлялось Егорке.....