Несмотря на глубокую ночь, освещения на мосу хватало, чтобы в деталях видеть происходящее. Вода забурлила, закрутилась воронкой, затем все стихло. И вдруг, вопреки законам физики, из воды показалось колесо от "Лексуса". Оно поднималось вверх, к мосту, за ним еще колесо, и еще одно, и еще... Все детали утонувшей машины, описывая правильную дугу, непрерывной каруселью стремились вверх - на мост, на дорогу, и становились каждая на свое место. Вот рулевая колонка ... Лобовое стекло...сиденье... Еще одно, и наконец, кузов.
Внутри образовавшегося автомобиля нарисовался водитель - целый и невредимый Светлояров, собственной персоной. В боковом окошке возникла белая мордочка собаки.
"Лексус" спокойно тронулся с места и устремился к прежней цели. Но будь проклят Коробов, если он ошибся - вражина за рулем подмигнул ему напоследок!
Через пару минут упование на Бога перешло у сидельца в приступ неконтролируемой ярости. И направил он ее на Льва Коробова. "Кореш" схватил своего "работодателя" за грудки, и тихо, пока еще сдерживая себя, спросил:
- Что это было, а?! Что за цирк? Это же не человек! Во что ты меня втравил, ублюдок столичный?!
Беспомощный Лева смотрел на дружка щенячьими глазами, ничего не отвечал и дрожал от страха. "Кореш" сорвался. Он несколько раз ударил бывшего менеджера по лицу, бросил на землю и отпинал ногами как следует. Затем подтащил бесчувственное тело на мост, к перилам, и спихнул в воду.
Эта расправа, как ни странно, успокоила бывшего заключенного. Он смачно сплюнул, водрузился за руль мусоровоза и уехал с места событий. Крутил руль и чертыхался про себя:
- Тварина московская! Г..да! Если выплывет - пусть живет. А если нет - туда и дорога. А я, пожалуй, залягу на дно. Кто знает, чего ожидать после такой напасти?
Несостоявшийся наемный убийца аккуратно вернул машину на место и пешочком добрался до железнодорожного вокзала. Успел на первую утреннюю электричку и растворился в необъятных просторах нашей Родины ...
... Через пару лет в маленьком приходе одной из старинных уральских деревушек появился благообразный батюшка Никодим. Которого полюбили прихожане, к которому тянулись дети - таким он был добрым, милым и внимательным.
Никодим пристрастился к рыбалке - особенно на хариуса, которым богаты местные воды. Иногда, когда сидел он с удочкой на берегу Лемезы, перед глазами всплывала картина - колесо из воды ... за ним другое ...
Тогда он истово крестился, забывая про клев:
- Свят, свят, свят!
...Холодная ночная вода отрезвила Льва Коробова. Заставила его плескаться, подобно крупной рыбе, стремиться на берег и бороться за жизнь.
На берегу он некоторое время отлеживался. Потом добрые люди подбросили его до гостиницы, невзирая на внешний вид - ну, подрался мужик, с кем не бывает! И далее он отлеживался уже в своем номере, чуть живой.
А Костя - второй благополучно добрался до места. Обнаружил растерянного Махмута и хотел вести его в больницу - как было велено. Но бедняга клялся, что он здоров, что его заставили, каялся и просил прощения. Двойник пожал плечами, увел татарина в машину и доставил его на квартиру к реальному Косте.
А настоящий Костя тем временем спокойно дремал в обнимку с теплой, такой родной Альмой. Не той, что сидела в машине у его двойника. А что бы не поспать? Помня приключения фантома во владениях Яцкевича, он доверял второму себе как ... самому себе!
И тут Второй входит в комнату, приложив палец к губам. Почему - то двойник прекрасно изъяснялся с другими людьми, но с ним, с "родителем" мог объясняться только жестами или мысленно. Иначе он никогда не обращался к Косте - первому. Вскоре вся информация о происшествии на мосту была у Первого в голове.
Они с минуту смотрели друг на друга, потом Костя - настоящий кивнул головой - мол, понял тебя. Сам разберусь. Фантом исчез, будто его и не было. А Костя - Иннокентий Светлояров - вышел на кухню, где предупредительно был оставлен работник - сторож Махмут.
Хозяин напоил несчастного обманутого человека горячим чаем и постелил ему на диване. Велел успокоиться и не думать о плохом - он, Иннокентий, все разрулит...
... На другой день Иннокентий в своем кабинете появился несколько позже обычного - отвез на объект своего ночного гостя. И немного ускорил и проконтролировал процесс стройки коттеджа.
А появившись, первым делом отправился в бухгалтерию фирмы. Имел беседу со своим главным бухгалтером - дородной Маргаритой Петровной. Вместе они приняли решение перевести на счет, указанный Максимом, необходимую сумму на операцию маленького Артема. Опытная Маргарита предложила статью "благотворительность", согласно которой налоги для "Каравеллы несколько снижались"...
Костя был удовлетворен - он сделал доброе дело.
- Вообще надо учредить фонд, и часть прибыли перечислять больным детям ... они должны жить! Я, как никто другой, знаю, каково это - прощаться с жизнью, когда ты в расцвете сил ... - думал и планировал мужчина.
Но и прощать Коробову покушение на собственную жизнь он не собирался. Разумеется, с фантомами ничего не случилось, и на призрачной машине ни царапины. Но! Если бы он не выпил в тот вечер, то сам бы поехал спасать Махмута! Конечно поехал бы. И их с Альмой ждала неминуемая гибель!
... - Дежавю. Снова я глажу Альму и планирую в лице Кости - второго нанести визит злоумышленнику. Вот она, моя новая, яркая жизнь - борьба, борьба и еще раз борьба за свое место под Солнцем ... Этого ли я хотел? - думал мужчина, поздним вечером сидящий на скамейке напротив гостиницы. Рядом смирно сидела большая белая собака.
Окошко гостиничного номера, за которым следил припозднившийся собачник, светилось голубым - это Коробов, за неимением возможности сносно передвигаться, тупо смотрел телевизор.
- Но сдаваться рано! Так что, давай друг, появляйся уже - и вперед!
... Лев Коробов находился в не лучшей форме - его физиономия переливалась всеми цветами радуги. Отбитые ребра изрядно болели. Мозги, по все вероятности, подельник ему тоже отбил - потому, как связно мыслить Льву не удавалось.
В какой - то момент Коробов понял, что уже не один в номере. И действительно - чья - то рука решительно забрала у него бутылку с пивом и поставила на журнальный столик. Лев поднял глаза - и вздрогнул - напротив него сидел Иннокентий Светлояров собственной персоной. А в руке врага отливал вороненной сталью самый настоящий пистолет!
Лев инстинктивно начал прижиматься к краю кровати, трясясь всем телом и еле - еле хрипя:
- Ты ... Вы ... пришли меня убить!
Ничего не было в глазах его противника, кроме холодной стали. Спокойно и совершенно буднично Светлояров ответил, слегка пожав плечами:
- Конечно! Ты же пытался убить меня?
- Не надо ... я заплачу! Не надо ... - гундосил Лева, пытаясь раствориться в складках одеяла.
Ночной визитер пододвинулся ближе и уставился ему прямо в глаза:
- Заплатишь! Конечно, заплатишь! Но не мне. А той женщине, что родила тебе сына. Снежане! Я прослежу, чтобы ты купил ей квартиру! И еще - выполнишь это - и уберешься из города. Повторять не буду ... А мои возможности ты видел!
Продолжение следует ...