Эпизод 52. "Я Шаганов по Москве".
Поэт Заболоцкий сказал. А Вознесенский свойственно ему добавил: «Отращивайте глаз».
В девятом классе поручили нам подготовить вечер факультативный о творчестве Левитана. В учебниках «Родная речь» в приложениях всем известные его картины «Золотая осень», «Берёзовая роща». В последней кроны деревьев на переднем плане изображены так, что создаётся полная иллюзия: входишь в это белоствольное царство. Недолгая жизнь была уготована Исааку Ильичу – сорок годков. И в окончании жизни Кусково присутствовало. Заглядывал сюда художник в тысяча восемьсот девяносто девятом году.
Об этом нынешнем парке столицы можно будет даже написать отдельно. Все тропинки его исхожены, очень творчески настраивают поэтическую лиру. У меня там отдельный маршрут свой есть. Пройдёшься по нему – и сразу образы стихотворные заиграют. Недавно бродил с Лизой тамошней июльской округой. Как ребёнку объяснить, где мы? Говорю дочери: «Здесь живёт сказка». Идёт моя четырехлетняя кроха и оглядывается – вроде, понравилось…
А Левитан с Чеховым дружками были. И однажды на день рождения Антона Павловича живописец принес ему в подарок свою работу, а тот – ни в какую!
– Принять не могу, а купить даже для меня, небедного Чехова, дорого.
У одного моего знакомого дома висел небольшой эскиз левитановский. Откуда, спрашиваю.
– Из блокадного Ленинграда, бабка выменяла на хлеб, она на хлеборезке во время войны работала, много барахла народ с голодухи тащил.
С тем парнем я больше песен не писал, хотя, конечно, он-то тут не причем.
И вот осознанным юношей, в здравии и рассудке я очутился в Третьяковке. Специально зашел посмотреть воочию на картины, о коих будет докладик на факультативе школьном. И в зале, главном для меня, во всю ширину стены открылась «Над Вечным покоем». Более русского пейзажа я не видел. В этой церквушке на круче, в этом просторе – вся Расея. В начальных же набросках у художника был замысел изобразить только один рукав реки, а на полотне этой угрюмости нет. И когда сочинял я стихи «Владимирская Русь», то так и сложились строки о срубах, где «есть сердце и вены». И Левитан со своим великим творением благословил, не иначе.
А уж совсем недавно, лет пять назад, прогуливаясь с Катей по переулкам Покровки, что недалече от Таганки, совершенно нежданно набрёл на здание во дворах, и массивная доска мемориальная сообщала, что в этом доме была мастерская Левитана в его последние два года жизни. Очень я удивился и обрадовался такой близости расположения мест моего сегодняшнего проживания и творческой мастерской гения.
Захаживаю изредка.