Похоже, что сенатор Елена Мизулина близка к победе в своей многолетней борьбе за изменение российского семейного законодательства. На этой неделе в Госдуму внесены поправки в Семейный кодекс РФ. Поправки, по словам Е.Мизулиной, уже практически поддержаны в Совфеде, Госдуме, Генпрокуратуре и в РПЦ. Так что осталось лишь пройти формальные этапы обсуждения и принятия, и новый Семейный кодекс станет реальностью.
Новая редакция кодекса содержит понятие семьи, как «основанной на браке, родстве, свойстве общности людей, связанных общими семейными традициями, ценностями и обязанностями перед друг другом».
Краеугольным камнем семейного права станет презумпция добросовестности семьи, гласящая, что действия родителей считаются добросовестными (соответствующими правам и законным интересам детей), пока иное не установлено вступившим в законную силу судебным решением.
Детей нельзя будет забирать из семьи без решения суда, изъятие ребенка из семьи должно рассматриваться как исключительная мера. Также родители должны получить право передавать ребенка родственникам на попечение без разрешения от опеки, а именно, если родители не могут исполнять свои обязанности, то ребенка будут передавать по «преимущественному праву на устройство в семью». Сейчас статья 77 Семейного кодекса позволяет органам опеки и попечительства изъять ребенка из семьи при угрозе жизни и здоровью.
Поправки предполагают исключение из ст.65 СК РФ таких формулировок, как «родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей», «родители не вправе причинять вред физическому и психическому здоровью детей, их нравственному развитию», «способы воспитания детей должны исключать пренебрежительное, жестокое, грубое, унижающее человеческое достоинство обращение, оскорбление или эксплуатацию детей».
Два года назад правительственная комиссия по законопроектной деятельности и Совет по правам человека (СПЧ) при президенте РФ единодушно дали отрицательный отзыв на законопроекты сенатора Мизулиной. Тогда эксперты правительства отметили, что поправки Мизулиной дают родителям существенное и несбалансированное правовое преимущество, а кодификация объектов семейных отношений, вводимая законопроектами, страдает нечеткостью.
Из нового варианта удалено положение о том, что родителями должны считаться только кровные отец и мать ребёнка, и некоторые формулировки, являвшиеся, по мнению экспертов более идеологическими, чем правовыми. Однако сенатор М.Павлова из комитета по обороне и безопасности, приветствуя поправки Мизулиной, отметила, что они «станут надежным щитом для всех родителей и помогут убрать ловушки, расставленные в 1990-е геополитическими противниками России для разрушения института семьи в РФ». Это не слишком правовая оценка.
Обсуждая положение об изъятии ребёнка из семьи только на основании вступившего в силу судебного решения, специалисты указывают, что перегруженные российские суды решения принимают долго, а в случае реальной угрозы жизни и здоровью ребёнка время имеет первостепенное значение.
Да и в целом юридический анализ изменений, решительно и упорно вносимых Е.Мизулиной в семейное законодательство, скорее свидетельствует в пользу выводов правительственных экспертов двухлетней давности, чем в пользу высокой оценки, данной сенатором М.Павловой.
