Первая часть заметки с привкусом юношеской обиды.
Когда мне исполнилось восемнадцать лет, и я сдала успешно свою первую сессию в универе, мама поставила меня перед фактом. Я должна идти работать. И точка. Детство кончилось. Теперь настала моя очередь содержать семью.
В то время мама ушла с работы по причине усталости от таковой, и я пребывала в жутком неописуемом стрессе, ибо денег у нас было – только на один месяц вперед. Дальнейшее существование зависело лишь от меня. За квартиру платить уже нечем. Времени на выбор у меня толком не было. Я ткнула в первое попавшееся объявление, куда брали без опыта работы, и поехала на собеседование.
- Да, это была автомойка. В часе езды от дома. Обещали заплату в районе 20 тысяч, официальное трудоустройство и 12- часовой посменный график.
Помню, что сидела перед учредителем автомойки и старательно прятала руки под стол.
Их жутко трясло. Однако мой страх полностью сосредотачивался на том, что нам нечего есть, нечем платить за ЖКХ и очень скоро мне будет не на что ездить на те же собеседования. Я боялась потерять работу, о которой ничего не знала. Мне была нужна ЛЮБАЯ работа и точка. В ход пошли все хитрые приемы: я рассказывала о своей неземной любви к автомобилям (нет, я тогда вообще ничего о них не знала), о своей чудесной физической форме – годы занятия боксом якобы не могли пройти даром; о том, что согласна учиться автомоечному искусству и вкладывать в эту работу все свои силы. В какой-то момент я даже сама себе поверила.
Молодой учредитель смотрел на меня, как на диковинку. Мне до сих кажется, что он не поверил в увиденное и услышанное. Зачем восемнадцатилетней москвичке заниматься такой тяжелой физической работой, когда она спокойно учится на журналиста, а вокруг вполне можно найти менее трудную подработку?
- Он и впрямь не понимал, что мы с мамой намеревались жить на эту зарплату.
Работу я получила. Домой я вернулась самым счастливым человеком на свете.
Осталось проработать хотя бы месяц, а дальше – дело опыта. Это была довольно большая автомойка + автосервис с новым коллективом. Все сотрудники очень хорошо ко мне относились, помогали с обучением и даже разрешали участвовать при диагностике автомобилей. В психологическом плане моя ранимая юная душа чувствовала себя там максимально комфортно. Конечно же я выкладывалась по полной. Я очень старалась. Мне нужна была эта работа, эти деньги. Мне казалось, что удача в кои-то веки оказалась на моей стороне…
- Спустя четыре месяца меня попросили уволиться.
Ничего личного. Помню, как сидела в кабинете бухгалтера, опустив голову, и с дрожью в ногах выслушивала степенный монолог шефа, внушающего о важности получения образования и умственной работы. Якобы автомойка – это не для девочек. Не знаю, скольких трудов мне стоило сдерживаться и не заплакать…они не понимали, они ведь ничего не понимали…
Оказалось, что мой новый коллега-напарник успевал вымывать большее количество автомобилей за меньший срок.
К тому же он любезно изъявил шефу желание работать без выходных, чтобы заработать больше. Тобишь, забирать мою зарплату. Вероятно, это предложение показалось начальству выгодным…
Никто меня не обидел. Бухгалтерия выплатила мне отпускные и расчетные. В трудовой книжке появилась соответствующая запись с печатью. Первый стаж. Первая официальная работа.
Я понимаю, что любая компания желает себе процветания. Наверное, я и впрямь была недостаточно хороша, быстра, аккуратна и физически сильна для такой работы. Впоследствии я снова устроилась на автомойку вблизи от дома, где успешно проработала где-то три месяца. Там был гораздо более активный поток машин, а зарплата имела сдельный характер. График: сутки через сутки. Однако 10-15 тысяч в месяц уже считались неплохим исходом…
Спустя вышеуказанный срок я попала в поликлинику с вывихом плеча и строгим наказом врача не заниматься физической работой хотя бы два месяца. Эта история сильно подкосила мою мотивацию и желание работать. Мечта о журналистике отошла на далекий план. Былые цели оказались заменены вопросами пропитания и оплатой крыши над головой.
Неужели, вот это – и есть взрослая жизнь? Не счастливое гармоничное существование, а ежедневное мучительное выживание, остервенелое вырывание возможности и права на жизнь в этом дне, этом моменте, этом мире? В школах нас готовят к светлому будущему, внушают, что мы сумеем стать, кем захотим, а на деле?
Мы забываем о детских мечтах, утопая в суровой реальности...
(продолжение следует…)