Новый тренд у творцов – обсудить, как стало невозможно жить после 24 февраля.
Как стало в России опасно и страшно. Как их запрещают. Как им слова не дают сказать.
Произносится всё это на серьёзных щах и с некой ироничной усмешкой и транслируется в суперпопулярных ютуб-программах, которые собирают миллионы просмотров.
Например, участники Anacondaz рассказали «Вписке» про то, как им живётся запрещённой группой. Были огромные залы, а теперь их выступления нежелательны, несвоевременны. Беспредел.
Парни жутко обо всём сожалеют; они думали, что «Россия совсем другая», а тут на тебе; респектуют Oxxxymiron, Noize и Монеточке; сами уезжать не планируют, но часто об этом думают; прощают Хаски его поездки на Донбасс, потому что он странный; ну и в целом ребята немного в шоке от собственной страны, от того, что до сих пор войны случаются, от того, что все мирно не катаются на скейтах.
Ну… музыканты, в общем. Они не обязаны быть умными.
Но всякий раз, когда я натыкаюсь на подобные интервью, где ребята на миллионную аудиторию с дорогостоящими рекламными интеграциями жалуются, что из-за их чудесно-мальчишески-свободолюбиво-скейтерских взглядов вдруг кончились концерты и страна большая и злая давит на них, то хочется смеяться.
Смеяться и плакать от этих вегетарианских протестантов, чьи «смелые» музыкальные высказывания разносятся по всем культурным порталам, чьи «смелые» истории про кровавый режим собирают миллионы просмотров, чьи «смелые» прогрессивные взгляды используются старыми хитрыми либералами, которые тупо отрабатывают повестку.
В это же самое время в соседней почти европейской стране известный продюсер и музыкант Юрий Бардаш настойчиво вправляет мозги соотечественникам, мол, хватит умирать за просто так, хватит агитировать против России, хватит восхвалять Бандеру.
На него объявляется охота, настоящая. Не как на Anacondaz.
Юра успевает выпустить песню.
Там такой текст:
Родина поставила мне мат.
Волонтёры дали автомат.
Благословили отец и мать:
Брата убивать.
Да, родители – тяжёлый контент.
Она – страна, а он – президент.
Ну, а правда, чё здесь такого?
Футбольных хулиганов превратил в убийц,
Душегубов и кровопийц.
Вопрос: зачем востоку Бандера?
Это не наш герой. Не наша вера.
У нас Стаханов. Алчевск у нас.
Герой труда. Спецкласс.
Женщины немые от боли —
Хер пойми за шо. Вова, ты болен.
По лицу же видно, что ты «торчишь».
Гундосишь под нос, мычишь.
Уедь и спрячься. Тебе помогут.
Сохрани народ. Не разжигай!
Уходи. Исчезай.
То есть парень решил пойти до конца. Высказал всё то, за что людей на Украине тупо убивали. Открыто рассказал о своей гражданской позиции. Он же живёт в свободной стране, где плюрализм мнений и всё такое прочее.
Песня, конечно же, нигде не форсится.
Никто за Юру не вступается.
Никто из журналистов, активистов, музыкантов не стал писать, что нельзя преследовать человека за его позицию (песня так и называется – «Позиция»); «Вписка» не поехала делать сюжет про Юру; Шихман, Дудь и Гордеева не заинтересовались смелым, протестным и ярким жестом Юрия.
Вот это панк. Вот это позиция. Вот это протест.
А вы просто жалкие нытики под мышкой у огромной и доброй страны, которая ради вашего же блага прикрыла вам парочку концертов.