Кинодраму Алексея Балабанова «Груз 200» критики называли «антивоенным фильмом», хотя сами боевые действия в Афганистане в нём не показаны. Мало кто знает, что часть эпизодов ленты основана на личном опыте режиссёра, служившего в армейской транспортной авиации в эпоху Афганской войны. Имя Алексея Балабанова регулярно и вполне заслуженно упоминается в списках знаменитостей-«афганцев». Хотя его реальная роль на войне оказалась достаточно скромной, афганские впечатления отразились во многих фильмах режиссёра.
Армейскую судьбу уроженца Свердловска определила его первая профессия переводчика, которую Балабанов получил, окончив переводческий факультет Горьковского педагогического института иностранных языков. Будущий режиссёр с детства хотел путешествовать по миру, но даже не подозревал, что его мечта исполнится сразу же после института. Будучи призванным в армию, Балабанов в качестве военного переводчика посетил Эфиопию, Анголу, Гвинею, Южный Йемен и Сирию – государства, в которые Советский Союз поставлял оружие. Службу он проходил в 339-м военно-транспортном авиационном полку Витебской 103-й парашютно-десантной дивизии. Примечательно, что в одной дивизии с Балабановым служил актёр Александр Мосин, впоследствии снимавшийся в пяти фильмах мэтра.
«Интересно, когда работаешь, значит, летаешь – но ты ж не все время работаешь, ты ещё и служишь. Вот я служил в управлении дивизии. Со мной служил майор Малыхин, который отвечал за то, кто когда и куда полетит. Чтобы он поставил меня на полёт, я должен был его бестолкового сына каждый день учить английскому, — признавался режиссёр в интервью, опубликованном в журнале "Медведь"».
Что касается Афганистана, то там, как рассказывал режиссёр, ограниченный контингент советских войск в основном обходился без переводчиков, имея собственных диспетчеров. Впрочем, как минимум однажды Балабанову пришлось слетать туда вместе с лётчиком-офицером Валерием Найдо, жившим с ним в одной комнате.
«Пока служил в транспортной авиации, налюбовался на гробы, которые выносили из Илов, наслушался соседа по комнате, регулярно летавшего в Афган. Валера Найдо возвращался оттуда и мрачно глушил водку стаканами», — рассказывал Балабанов.
Алексей Балабанов служил с 1981 по 1983-й год, причем последние несколько месяцев уже не в авиации, а в Военно-морском флоте, где полюбил носить тельняшку.
Кто знает, что пришлось пережить Алексею Балабанову, пока он находился на борту «чёрного тюльпана» (так называли транспортные самолёты, привозившие погибших советских солдат). Так или иначе, в творчестве режиссёра «афганская тема» нашла отражение во многих фильмах. В «Грузе-200» самолёт увозит на войну новобранцев-десантников, выгрузив в провинциальном Ленинске цинковый гроб (впоследствии тело погибшего оказывается рядом с его невестой, похищенной маньяком). Жёсткий натурализм своих лент Алексей Балабанов оправдывал тем, что кино «нужно снимать искренне», опираясь на то, что «сам пережил».
«Я в армии служил, был в Афганистане и знаю, что человек, который вернулся оттуда – потерянный человек», — рассказывал режиссёр, описывая, как у него в сознании родился образ Данилы Багрова из фильма «Брат».
Тема войны проскальзывает и в фильме «Кочегар», в котором контуженный ветеран Афганистана сжигает мертвецов в печи, а его бывший сослуживец, полковник, упоминает, что продаёт оружие.
Наконец, военные впечатления Балабанова нашли отражение в ленте «Война», которая, правда, посвящена другой «горячей точке» — Чечне.