Спустя некоторое время после событий рассказа "Осторожно, двери закрываются..." и задолго до произошедшего в "Ведьме". Ссылка на первую главу:
Из-за высокого забора красного кирпича проглядывало мрачноватое здание, напоминавшее собой нечто среднее между готической церковью и приснопамятной гостиницей "Россия", снесенной в угоду желаниям московского руководства заиметь свой собственный Сентрал-парк, только с видом на Кремль. Ну, в этом городе хотя бы плитку не перекладывали каждый сезон, и то хлеб. Хотя асфальт что на узеньком тротуаре, что на проезжей части оставлял желать лучшего. И это так называемая столица "цивилизованного" мира? Позор!
Смирнов был разочарован. От знаменитого Вашингтона он ожидал куда большего, а тут его встретили обветшалые фасады, ямы на дорогах, толпы бомжей и городских сумасшедших, а также огромная лингвистическая пропасть: несмотря на неплохое знание языка (пусть и больше в научной сфере), туземцев заезжий гость понимал с большим трудом. И вдобавок, разумеется, заоблачные цены. Инфляция летела по Соединенным Штатам семимильными шагами.
Ладно, приехал, сделал дело - и назад в Москву (правда, круголями, поскольку прямых рейсов из-за обострения международной обстановки не было, но в бизнес-классе это не столь важно). На экскурсию в Белый дом или библиотеку Конгресса Смирнов не собирался, поэтому оставаться в этом городе дольше, чем необходимо, и транжирить драгоценные денежки никакого смысла не было.
А они в последнее время улетали в трубу: на адвоката по бракоразводным процессам (и толпу юристов по другим вопросам), на съем квартиры в нормальном районе (потому что жилье фактически отобрала хитрая жена, пока еще, увы, не бывшая), на психотерапевта (который брал за прием столько, будто готовил Смирнова к полету в космос, но, справедливости ради, был специалистом высочайшего класса), на лекарства (а хорошие антидепрессанты оказались весьма недешевым удовольствием), на такси (потому что в толпе в последнее время было ездить страшновато, да и физически тяжело из-за невыносимой летней духоты) и на ремонт машины, а также на кучу других полезных и приятных вещей, включая массажи, йогу и т.п.
При всем при этом пришлось взять дополнительные заказы и часы в университете, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Времени на отдых и полноценное восстановление, настоятельно рекомендованные врачом, катастрофически не хватало. Но Смирнов, чтобы забыться, взваливал на себя все больше и больше. И чувствовал, что силы на исходе.
А обещанного дядюшкой Кра денежного дождя что-то пока не наблюдалось. Хотя его посланец - некто С.Николай, приходивший по ночам, чтобы пожаловаться на свою жизнь и узнать что-нибудь интересное из жизни самого Андрея и его окружения, - уверял, что скоро все будет. Вот-вот. Минут через пять. Понятное дело, что сомнения в правильности сделанного выбора Смирнова нет-нет да и грызли, но какой у него теперь был выбор? Маховик запущен. Фарш назад не прокрутишь.
Хорошо еще, что билеты на самолет не пришлось покупать за свои кровные. Кресло в бизнес-классе и отменная еда были приятным бонусом от заказчика. Правда, кто он, Смирнов не имел ни малейшего понятия, поскольку заказ был связан не с основной его работой, а со "второй", как он ее про себя называл.
С.Николай, как всегда, заявился без предупреждения (заняться ему нечем, что ли?) и анонсировал для Андрея скорую "командировку". Детали, мол, получишь своевременно. Смирнов был одновременно и напуган, и заинтригован. Что за командировка? Куда? Прямиком на тот свет (мужчина, несмотря на глубокие познания в физике, никак не мог взять в толк, в каких конкретно пространствах обитает его "куратор", и потому для себя решил называть потусторонний мир "тем светом")? С кем? Зачем?
Серьезные опасения вызывало состояние собственного здоровья. Он и с нормальной-то жизнью едва справляется, а тут целая "командировка"! За чей счет? Что он скажет начальству в университете и заказчикам в госкомпаниях, которые ой как не любили, когда в работе что-то шло не по придуманному ими сценарию? Справится ли без поддержки терапевта?.. Вопросов было миллион, ответов ровно ноль. И оттого тревожность усугублялась.
Ответ пришел на следующий же день в виде конверта, брошенного в почтовый ящик. Внутри оказались билеты на самолет (причем обратный - с открытой датой) и клочок бумажки с адресом. И вот теперь Смирнов стоял рядом с нужным домом, подозрительно разглядывая его со всех сторон.
На всякий случай он сверился с навигатором: сомнений быть не могло, это было то самое, искомое, здание.
"Ребята, вы серьезно? Вот так открыто, у всех на виду?" - подумал он, все еще не веря своим глазам.
Табличка на заборе недвусмысленно указывала на то, что в здании располагается масонская ложа. Рядом разумеется была куча надписей о том, что за стеной располагается частная собственность, а значит, любой, кто решит на нее посягнуть, поплатится по всей строгости закона.
"Даже не скрываются", - с удивлением, смешанным с легким раздражением, покачал головой Смирнов и нажал на кнопку домофона.
Он представился и его без всяких вопросов впустили внутрь. Удивление усилилось еще больше. Совсем не так он представлял себе тайное логово подельников дядюшки Кра. В его представлении, это должен был быть какой-нибудь темный, мрачный подвал или, на худой конец, неприметный офис где-нибудь на окраине города. А никак не помпезный дом в центре Вашингтона, да еще и с надписью, прямо указывающей на занимающую его "неоднозначную" контору.
Вообще, Смирнов никогда особо не погружался в тему "масонского заговора", считая ее не заслуживающей внимания. То ли дело физика, где все ясно и понятно, а тут какие-то таинства, секреты и ритуалы, круто замешенные на политике. Ничем из перечисленного он не интересовался. Видимо, настало время погрузиться и в эту сферу, если он действительно хочет подняться к вершинам влияния и власти, как ему напророчил загадочный "директор театра". Может быть, прямо сегодня его посвятят в какую-нибудь невероятную тайну, откроют глаза на истинное устройство мира? Он прямо кожей почувствовал это предвкушение.
Пройдя по выложенной брусчаткой тропинке мимо аккуратных газончиков, Смирнов оказался перед парадным входом. Подергал дверь - закрыто. Подождал некоторое время и снова подергал. По-прежнему закрыто. Да что же это такое? Сами позвали, а теперь не хотят впускать?
- Мистер Смирнофф? - раздался откуда-то сзади мужской голос.
Андрей обернулся и увидел высокого худого мужчину в сером костюме, с ничем не примечательным лицом и аккуратно зачесанными назад темными с проседью волосами.
- Да, это я, - подтвердил свою личность Смирнов, который терпеть не мог, когда иностранцы называли его на манер известнейшего бренда водки. Которую он тоже на дух не выносил, предпочитая из крепких напитков лишь коньяк (о чем, естественно, знали все его студенты и партнеры, поэтому коллекция этого напитка у него была весьма неплохой, но с ней он, несмотря на финансовые неурядицы, не торопился расставаться). Но на этот раз не стал выказывать своего неудовольствия, не в полной еще мере понимая, с какими людьми имеет дело.
Худой лишь коротко кивнул и жестом пригласил следовать за ним. Что ж, публика здесь не очень разговорчивая. Но оно и понятно - с такой-то вывеской!
Его провели сквозь узкую дверцу, прятавшуюся за одной из обрамлявших здание колонн (тут он решил, что это неплохое начало посвящения в тайны и мира), потом через маленький холл, увешанный портретами неизвестных мужчин (членов ложи?), затем по винтовой лестнице на второй этаж, по длинному коридору с еще одной порцией портретов мрачных мужиков в черных нарядах и остановили перед входом в одну из дверей.
- Мистер Эверетт вас ожидает, - возвестил худой, аккуратно постучал в дверь и, чинно раскланявшись, удалился.
- Прошу вас, входите, - раздался изнутри глухой голос.
Обладатель его оказался весьма импозантным джентльменом глубоко за семьдесят, в очень дорогом костюме-тройке и старомодном пенсне. Он поднялся из-за стола, приветствуя гостя, пожал ему руку и усадил в глубокое кожаное кресло, которому на вид было лет сто, не меньше.
- Сигару? - предложил он.
Смирнов, никогда в жизни не пробовавший ничего подобного, внезапно испугался, что отказ будет истолкован хозяином как неуважение, но после некоторой паузы все же вежливо отклонил предложение.
Эверетт на это никак не отреагировал и, вновь устроившись за своим антикварным письменным столом, принялся пристально рассматривать заморского гостя. Его взгляд был цепким, как когти зверя, и, казалось, испускал рентгеновское излучение. Смирнов чувствовал, что его видят насквозь. Наверняка от хозяина не укрылась ни его тревога, ни все еще достаточно болезненный вид, ни растерянность от обстановки.
"Черт, сейчас он меня прогонит отсюда взашей", - с грустью и разочарованием подумал Андрей. - "И не видать мне секретов мирового закулисья как своих ушей".
Но Эверетт, к удивлению Смирнова, ничего такого не сделал. Вместо этого он вдруг широко, весьма приветливо улыбнулся и произнес:
- Мистер Смирнофф, очень рад, что вы нашли время заглянуть к вам. - Эта фраза, с учетом того что с момента знакомства прошло уже минут десять, прозвучала крайне странно, но Андрей постарался не подать вида, что удивлен. Хозяин же как ни в чем не бывало продолжал:
- Надеюсь, вы любите классическую музыку? Сегодня вечером в Конститьюшн-Холле будет замечательный концерт. Как раз, кстати, будут русских классиков играть - Чайковского и Рахманинова. Обожаю его Второй концерт! Незабываемо! И какой солист будет! Клэй Орборн - наша знаменитость!
Смирнов, который в классической музыке разбирался по большей части как свинья в апельсинах, а про Клэя Орборна слыхом не слыхивал, кивал в такт словам Эверетта, чувствуя, как внутри нарастает паника. Зачем он только во все это ввязался?!
- Так вот, мистер Смирнофф, у меня как раз остался последний билетик. И не куда-нибудь, а в первый ряд, прямо рядом с солистом! Бешеных денег стоило раздобыть такое место, но что такое деньги по сравнению с великим и бессмертным искусством? Думаю, вам стоит сходить. Обещаю, не пожалеете.
Андрей снова судорожно кивнул, не понимая еще толком, на что он подписывается. Была не была! В мире великих и могущественных, куда он так стремится попасть при помощи дядюшки Кра, наверняка все только и общаются экивоками. Так что стоит привыкать.
- А еще мне кажется, что вам бы очень пошли очки. Даже странно, что вы их не носите, мистер Смирнофф.
- У меня со зрением все в порядке, - запротестовал Андрей, но сразу же почувствовал, что ответная реплика была лишней. Эверетт явно был из тех людей, которые любят говорить и очень не любят, когда их перебивают.
- Совсем не обязательно иметь корректирующие линзы, достаточно красивой и стильной оправы. Примерьте-ка вон ту пару, - указал хозяин на лежавший на столике рядом с креслом очешник.
Смирнов послушно вытащил из дорогого кожаного футляра очки в тонкой металлической оправе, действительно очень современной и стильной и совершенно не гармонирующей с пропитанным историей старомодным интерьером кабинета. У линз был легкий зеленоватый оттенок, и мир вокруг в них выглядел чуточку иначе. Интересный эффект.
- Прекрасно, - констатировал Эверетт. - Вам очень идет!
Посмотреться в зеркало он Смирнову не предложил, так что тому оставалось лишь поверить на слово.
- Думаю, вам стоит еще взять с собой вот это.
Хозяин достал из ящика стола прямоугольную коробочку размером сантиметров десять на пять, не больше. Внутри оказался некий металлический прибор без каких-либо кнопок или разъемов, зато с двумя малюсенькими антеннами. Его назначение было для Смирнова пока абсолютной загадкой.
- Охрана на входе в концертный зал наверняка обратит на него внимание, - покрутил прибор в руках Эверетт. - Но вот инструкция к нему, которая говорит о том, что это прибор для регулирования интенсивности работы кардиостимулятора. Поэтому, я думаю, проблем быть не должно. Когда будет подан сигнал, достаточно лишь расчехлить прибор и находиться рядом с целью. Как можно ближе.
- Какой сигнал? - выпалил Смирнов прежде чем успел прикусить язык.
Эверетт лишь улыбнулся, не удостоив его ответом.
- Вот и ваш билет. Приятного вечера! Вас проводят.
Все тот же высокий и худой дворецкий проводил оглушенного Смирнова, который от всего произошедшего позабыл о правилах вежливости и не попрощался с гостеприимным хозяином (хотя о каком гостеприимстве может идти речь, если гостю не предложили даже кофе?), до калитки, где сообщил, что время до концерта можно скоротать в очень неплохом торговом центре неподалеку отсюда. Там же, кстати, можно и приобрести костюм. А то ведь негоже сидеть в первом ряду - среди очень богатых и влиятельных людей - в casual.
Смирнову только и оставалось, что кивнуть. Магазин так магазин. Но первым делом он найдет хорошее заведение и наконец напьется кофе.
Продолжение следует...