Хотя фразу «Если бога нет, то все позволено» обычно приписывают Достоевскому (одним из первых на нее сослался Сартр в работе «Бытие и ничто»), он вообще-то никогда этого говорил.
Лакан утверждал, что практика психоанализа инвертирует данную фразу из романа Достоевского:
«Если бога нет, то все запрещено».
...Именно те, кто напрямую апеллируют к «богу», обычно воспринимают сами себя в качестве инструмента свершения его воли. Следовательно – им все позволено.
Это в первую очередь относится к так называемым фундаменталистам, практикующим извращенную версию того, что Кьеркегор называл религиозным упразднением этического.
Большинство людей в наше время стихийно моральны: сама мысль о пытках и убийствах уже оказывает на них травматическое воздействие. Следовательно, для того чтобы все же заставить их поступать таким образом, необходимо какое-нибудь «священное дело – нечто, заставляющее обывателя воспринимать убийство в качестве тривиального явления.
Конечно, бывают отдельные патологические случаи, когда и атеисты способны совершать массовые убийства лишь из удовольствия и ради удовольствия – но они, все-таки, являются редким исключением.
Большинству людей все же необходимо какое-то обезболивающее средство, притупляющее чувствительность к страданиям другого. А для этого необходимо какое-нибудь «священное дело» – без него мы будем ощущать всю тяжесть своих поступков, и при этом не будет никакого Абсолюта, на который можно было бы свалить всю ответственность за собственные поступки.
Религиозные идеологи часто утверждают (не важно, правда это или нет), что религия заставляет плохих людей совершать добрые дела. Но опыт нашего времени говорит как раз о том, что следует скорее принять утверждение Стивена Вайнберга (американский физик, лауреат Нобелевской премии, атеист – прим. перев.):
«Без религии хорошие люди будут делать добро, и плохие люди будут делать зло. Но чтобы заставить хорошего человека делать зло — для этого необходима религия».
Славой Жижек
#психоанализ
#этика
#религия #родители #дети #отношения #самопознание