В Государственной думе утвердили законопроект об изменении правил раздела имущества при разводе. Поправки вступят в силу с 1 сентября этого года. Юрист Юрий Капштык в комментарии для «Слово и Дело» объяснил, насколько важны эти изменения и как они повлияют на практику разрешения имущественных споров в семье.
Недавно Госдума в окончательном третьем чтении утвердила законопроект об изменениях правил раздела имущества, который находился на рассмотрении несколько лет. Этот долгожданный документ позволит проще и справедливее разделять совместно нажитое супругами. Поправки вступят в силу 1 сентября 2022 года.
Раньше 39 статья Семейного кодекса РФ гласила, что суд может отступить от принципа равенства и уменьшить долю того супруга, который расходовал общее имущество в ущерб интересам семьи. Таким образом суд был в праве увеличить часть имущества второго, добросовестного супруга.
Теперь эта норма будет звучать иначе: суд сможет уменьшить долю того супруга, который совершал недобросовестные действия, повлекшие сокращение общего имущества. В том числе, если он, например, заключал сделки по отчуждению общего имущества на невыгодных условиях без согласия второго супруга, в отношении которых суд отказался применять последствия их недействительности по иску второго супруга.
Юрист Юрий Капштык в комментарии для «Слово и Дело» отметил, что значение этой поправки нельзя недооценивать. Дело в том, что на практике далеко не всегда удается отменить сделку, заключенную без согласия второго супруга.
«Такая поправка должна была быть принята уже давно. Изменения, которые произойдут непосредственно в самой судебной практике, будут большими. К сожалению, на сегодняшний день в этом вопросе есть немало проблем. Например, когда при разделе имущества вдруг выясняется, что какое-либо имущество супруг или супруга, никому не говоря, продал, заложил — в общем, произошло отчуждение без ведома другого супруга. При этом, исходя из текста Семейного кодекса, подразумевается, что супруг в период совместного ведения хозяйства действовал по договоренности с другой стороной. К сожалению, закон предусматривает, что при совершении крупной покупки в виде квартиры, ипотеки, машины требуют нотариальное согласие супруга. А на отчуждение такого не было», — объясняет юрист.
С этим вопросом связано немало неприятных ситуаций, с которыми сталкиваются супруги при разводе. Например, при разделе имущества выясняется, что один супруг продал машину. Де-юре он переоформил ее на другого человека, но де-факто продолжал ею пользоваться. Так как потребности проверять документы у супруги не было, она продолжала считать, что машина принадлежит семье. Другой пример — машину заложили в ломбард, получили займ, и только при разделе имущества выяснилось, что микрофинансовая и кредитная организация предъявляют требования на взыскание долга.
Ситуацию может усугублять тот факт, если человек при смене паспорта не проставил в нем отметку о браке. В этом случае в Росреестре могут не запросить нотариального согласия второго супруга и зарегистрировать право собственности за покупателем.
«Несмотря на распространение такого понятия, как брачный договор, мы еще не пришли к пониманию необходимости договоренностей. При вступлении в брак молодые люди руководствуются эмоциональным подъемом, чувствами, верой в то, что будущий супруг — единственный до гроба. Но жизнь распоряжается по-своему, и потом всплывают такие нелицеприятные нюансы», — отмечает юрист.
Новые поправки в законе будут защищать интересы супруга, без ведома которого было продано или подарено общее имущество, если ему не удалось добиться в суде отмены этой сделки. Юрист отмечает, что новые поправки — это не панацея. По его словам, необходимо принимать меры профилактики против недобросовестного поведения в супружеской паре.
«В качестве профилактики на момент заключения брака люди должны уже знать будущее возможное развитие последствий и принимать решение. Суд — это уже последняя инстанция, а все остальное уже зависит от людей, от их сознательности», — отметил юрист.
Ранее Юрий Капштык в комментарии для «Слово и Дело» напомнил об ответственности за оставление детей в опасности.