До того, как день памяти святых благоверных князей Петра и Февронии был объявлен государственным Днем любви, семьи и верности, эта дата была известна вне Церкви разве что старомодным романтикам – тем, кто любил русскую старину, ездил в походы и экспедиции к историческим памятникам, любил прикоснуться к стершимся фрескам, а вечером у костра под гитару пропеть строки, к которым мое поколение уже не знает ни продолжения, ни припева:
Зерна доброты в нас заронены.
Память о былом призови –
Повесть о Петре и Февронии,
Повесть о прекрасной любви.
Есть святые, особо вошедшие в народную память. Сказания о них хранились веками, передавались из поколения в поколения в песнях и сказках. Былины об Илье Муромце и Владимире Красном Солнышке, сложенные в годы жизни святых Илии Муромского и равноапостольного князя Владимира, сейчас читаем мы детям по красочно изданным книжкам.
В сказке, как в прекрасном ларце, сохранили люди и память о муромских князьях Петре и Февронии, которые, облагодетельствовав свой народ милосердным служением и воспитав троих детей, приняли монашеский постриг с именами Давид и Евфросиния и умерли в один день. Любимые народом сюжеты о мудрой деве и о змееборце вошли в эту легенду: конечно же, князь как настоящий герой должен был сразить змея, а мудрая Феврония исцелила его от ран! Именно так видели люди жизнь князя, женившегося по любви на деве-молитвеннице из бедной семьи. Сейчас мы уже не скажем достоверно, превращались ли крошки хлеба в ее ладонях в благоуханный ладан, но как еще было отразить в сказке скромность Февронии и ее любовь к молитве Богу?
Вот приходит время испытаний: велят бояре отослать прочь Февронию, потому что негоже, чтобы ими, родовитыми и знатными, «командовала» простолюдинка. Из истории мы знаем много примеров, когда правитель отказывался от своей законной супруги и женился на другой «в государственных интересах». Так поступил, например, несколькими веками позже Великий князь Московский Василий, повелевший приближенным силой добиться от его верной Соломонии Сабуровой, «виновной» в отсутствии наследника, согласия на развод и монашеский постриг. Узнав, что слуги лишь исполняют веленное ее супругом, Великая княгиня дала добровольное согласие. История узнает ее как святую Софию Суздальскую, чудотворицу, а долгожданного наследника ее вероломного супруга от новой жены – как царя Ивана Грозного…
Не таковы оказались Петр и Феврония. Феврония берет с бояр обещание отдать ей то, что принадлежит ей. И, получив согласие, берет за руку своего мужа. Они уходят из княжеских хором, потому что чтут Бога выше людских законов, ведь что Он сочетал – человек да не разлучает.
По дороге встречается им корабельщик, плывущий со своей женой, который нечистым взором смотрит на прекрасную Февронию. Мудрая женщина велит ему зачерпнуть с одной стороны лодки и с другой – разнится ли вкус воды? И, когда он отвечает «нет», княгиня смело без ложного стыда отвечает ему: «Вот и естество женское таково же: зачем же, свою жену оставив, думаешь о чужой?» Потому что для человека, желающего блуда, видящего в женщине только ее «естество», нет никакого изменения в жизни и никакого пути: он будет «пить одну и ту же воду» вместо того, чтобы принять Божий дар настоящей любви.
Петру и Февронии недолго удается насладиться спокойной простой жизнью: бояре очень скоро присылают гонцов просить их вновь на княжение. Опьяненные уходом князя, они устроили борьбу за власть, последствия которой, разумеется, оказались плачевны. Петр и Феврония вернулись, чтобы ознаменовать свое теперь уже беспрепятственное правление строительством школ, лечебниц и церквей, кормлением больных и нищих.
Состарившись, они передали престол наследникам и разошлись по монастырям, чтобы остаток дней провести в молитве и богомыслии. Почувствовав приближение кончины, Петр посылает сказать об этом Февронии. Она заканчивает вышивку лика святого и в одну минуту с супругом предает душу Богу. По легенде, их тела чудесным образом оказываются в одном гробу, указывая на то, как высок перед Богом их подвиг верного супружества.
Многие святые подвижники называют супружескую любовь высочайшим даром и высочайшим подвигом, который дал людям Бог. Сделать всё, чтобы самые любимые люди – супруг и дети – были счастливы – это подвиг; жить в такой любви – это счастье и волшебный дар. Волшебный, как те сказки, что мы можем прочесть и рассказать своим детям. Настоящий, как то, что мы расскажем им о жизни в Боге и о том, как эту жизнь проходили святые: в молитве и любви.
Можно загрустить, опечалиться,
Но душа не может молчать.
Песня о любви не кончается,
Песня продолжает звучать.
Юлия Кулакова