Тогда-то у них было не то, что у нас сейчас – частенько сокрушается Кабриолев, а особенно горестно в одном аспекте, с балетом, естественно, связанном. Хорошо ещё, что лишь в одно время года сии сожаления приходится мне выслушивать – летом, когда сезоны театры заканчивают. И когда, во времена балетоманства Вольдемара Альбертовича, балет на самом деле заканчивался совсем, то есть вообще. Не то что сейчас, когда до конца августа можно хоть что-то, но посмотреть в столице, получить прививку, хотя и не всегда высокого качества. А в его-то времена о таком даже не мечталось, и сколько же знойных месяцев ему пришлось промучиться, страдая без балета!
Да, конечно, случались изредка какие гастроли, но это помогало слабо – редко и коротко. К тому же сезон тогда заканчивался раньше, а начинался позже и выходило на круг под три месяца без соприкосновения с высшим из искусств, что почти смертельно. И задачей на выживание для каждого балетомана стояло изыскать способы пережить эти трудные времена, но каждый выживал в одиночку. Ибо по собственному опыту Кабриолев знал, что видеть таких же как сам страдающих – невыносимо, вот и не общались они вовсе. Выкручивались каждый сам…
А первые несколько лет боления балетом ведь этой проблемы не имелось – провёл их юный тогда ещё балетоман в библиотеках, старательно наращивая багаж знаний по интересующему его вопросу. Так что, по сути, с балетом он не расставался. Но нельзя сказать, что океан книг имеется про балет, а читает Вольдемар Альбертович бегло, так что вскоре он всё прочёл, а кое-что и перечитал. Многое и потом по многу раз перечитывал долгими летними вечерами, но это спасало лишь ненадолго, да и после прочтения всегда накатывала депрессия – ведь увидеть-то негде о чём читал!
С годами, взобравшись уже ближе к вершине балетоманского Олимпа, Кабриолев узнал радостный для себя факт: некоторые региональные театры позже московских закрываются! И случалось удавалось ему до конца июня сезон растянуть, по провинциям путешествуя, а это уже кое-что! И хотя уровень трупп региональных театров сильно проигрывал в сравнении со столичными, Кабриолев весьма дорожил этими своими «командировками» и до конца дней своих балетным туризмом промышлял. Но, закрывался и последний театр в стране, и вот тогда начинался этот жуткий балетный голод…
Почти всю свою жизнь мучался от него знатный балетоман, и лишь совсем незадолго до её окончания нашёл чем можно хоть немножко летом червячка заморить! А случилось это совершенно случайно, что даже странно, учитывая глубину осведомлённости Вольдемара Альбертовича о балетных делах – про такое он и не догадывался. И тут будучи на месячном санаторном пребывании в Ялте шёл он праздно гуляючи мимо местного театра и аж как вкопанный встал! Увидев на нём афишу с балетом, да не с одним! Первый раз Кабриолев столкнулся с таким явлением как «чёс»…
Конечно же, тут же он билет приобрёл, сходил, ужаснулся, но справки навёл и выяснил, что труппа эта собрана из артистов одного регионального театра, и ездит она уже второй год по югам, непривередливых отдыхающих балетом потчуя. После Ялты у них по всему побережью тур намечен, в ходе которого они везде все целых три своих спектакля показывают. И что же делать оставалось, как не отправится вслед за ними, чтобы хоть как-то балетом жизнь приукрасить. Так и провёл остаток лета Кабриолев одно и то же много раз посмотрев, но это лучше, чем совсем ничего. А по возвращении, на вопрос как лето провёл, отвечал неизменно и интригуя: «Да ничего так, свинья-то она везде грязь найдёт…».
#балет #танцы #искусство #культура #театр и балет