Недавно в России отмечался День медицинского работника, в связи с этим мне вспомнился случай, произошедший со мной в декабре 1975 года. Думается, что никто, если он не был студентом медицинского учебного заведения, не попадал в подобную ситуацию.
В то время я, как уже знают читавшие мои прошлые рассказы, был курсантом Львовского ВВПУ. Мой же отец в то время был начальником травматологического отделения окружного военного госпиталя №1120. (Более подобно о папе я писал здесь:
Так вот, где-то в октябре – ноябре под отделение было выделено помещение в новом, только что построенном корпусе. И папа обратился ко мне с неожиданным предложением — полежать у него, подлечить «гипотонийку», но, при этом оформить холл в отделении. Какой курсант откажется от месяца без нарядов, да и прочих армейских прибамбасов, поэтому, если бы я не согласился, то меня бы не поняли.
Мне было выделено отдельное помещение для работы и придан помощник из команды выздоравливающих — Лёша Заволочкин — помню, что родом он был из Севастополя. Ну и работа закипела. Дошло дело до оформления фотостенда о жизни и деятельности отделения. И тут мне в голову приходит идея — а что, если фотографии сделать не постановочные, а в ходе реальной операции. Без особой надежды подхожу с этой мыслью к папе. А он: «Да в чём проблема, давай».
Снарядили меня как заправского хирурга — от шапочки на голове до бахил на ногах. Фотоаппарат спиртом обработали так, что облизать его хотелось.
Оперировали довольно-таки возрастного мужчину, которого сбила машина, в результате — перелом тазобедренной кости со смещением. До операции он уже какое-то время лежал «на вытяжке».
С началом операции делаю несколько снимков. И тут папа подзывает меня: «Так, кроме фотографирования — помогай мне».
— ?????
Первым моим заданием было перекусить обычными кусачками спицу вытяжки и аккуратно вытащить её из ноги (!!!) больного. Думаете, что это так уж и просто? Да! — для профессионала, а для меня? Справился, хотя ощущения, испытываемые мною тогда, помню до сих пор.
Второе задание — держать больного подмышки, чтобы он не соскользнул с операционного стола, когда ему будут «дотягивать» ногу. Если бы усилия, которые я применял тогда, да применить на Олимпийских играх, то я точно бы стал чемпионом по тяжёлой атлетике в своей весовой категории.
Взялся наконец-то за фотоаппарат. Сделал несколько снимков, и меня подзывает анестезиолог: «Давай, — говорит, — дыши за больного». И протягивает мне нечто, похожее на гармошку.
— ?????
— Да всё просто, дыши так, как сам дышишь, вдыхаешь — сдвигай меха, выдыхаешь — раздвигай.
Редко мы «прислушиваемся» к своему дыханию, а тут от него зависела жизнь другого человека. Как мог старался следить за своей частотой и глубиной дыхания. Вот так я и продышал почти до конца операции.
После операции меня пригласили в ординаторскую. «Накатили» сто грамм разбавленного спирта за «первую успешно проведённую операцию». Второй, правда, уже не было, так как я вскоре, оформив холл, выписался и продолжил свой путь политработника.
Фотографии получились хорошими. Все, которые не попали на стенд, подарил прооперированному, ведь далеко не у всех есть фотографии со своей собственной операции. А одна была даже опубликована в окружной газете «Слава Родины».
Да, кстати, после этого случая день медика я тоже отмечаю.
Автор: Рыжов Олег Алексеевич, доктор философских наук, профессор, преподаватель высшей школы, 67 лет.
Читайте нас также в телеграм — по этой ссылке