Я попал в отдаленную тюрьму в Пенсильвании за ограбление в 1989 году. Если вы попытаетесь найти ее, вам не повезет, потому что она исчезла, стерта из большинства воспоминаний, потому что она не была широко известна.
Пока тюрьма стояла, из нее было очень мало побегов из-за истории, которая циркулировала внутри стен. Эту историю мне рассказал друг, и в ближайшее время она не покинет моей памяти.
Гарри Уинслоу был заключённым в конце 40-х годов, который отсидел в тюрьме пожизненно. Он сходил с ума в своей тюрьме, потому что всегда говорил, что его подставили. Каждую ночь он выглядывал из-за решетки своей камеры и видел реку примерно в 100 ярдах от себя. Впереди был густой и необъятный лес. Он всегда видел детей, играющих и смеющихся за рекой рядом с охранным забором.
Итак, с этим, грызущим его разум, он пошел за ним. Это дало ему вкус надежды и свободы, вот почему он пошел на это. С этого момента история становится шаткой, потому что у Уинслоу не было дневника, так что это были только свидетельства очевидцев. В ночь его побега его друг и сокамерник Дом Солчек видел, как Уинслоу выходил из пропавших решеток в камере. То, что следует дальше, сказал Солчек, было только звуками. Уинслоу был похож на быка, так что было легче услышать его шаги в эту туманную ночь, потому что Солчек не мог видеть даже на десять футов перед своей камерой, не говоря уже о 100 ярдах.
Солчек предупредил его, что это плохая идея, поэтому он остался один в камере. Он попытался заснуть сразу же после того, как Уинслоу ушел, но просто сидел в постели, прислушиваясь к звукам.
Сначала он услышал тяжелые шаги Уинслоу, бредущего по грязи, и, судя по звукам всасывания, она была довольно густой. Во-вторых, послышался стук забора взад-вперед, когда Уинслоу изо всех сил пытался перелезть через забор, и все это время он слышал слабый детский смех сзади. Прежде чем это могло быть сочтено неправильным, он услышал, как Уинслоу плещется в реке, вероятно, в 20 футах от берега реки. В этот момент Солчек вскочил с кровати, чтобы посмотреть в окно, хотя бы для того, чтобы лучше слышать. Все, что он мог слышать сейчас, это бешеный плеск и смех, который теперь превратился в подавляющий шум. Судя по звуку тяжелого дыхания, Уинслоу ускорил шаг в воде. Наконец, и это он мог слышать лишь слабо, Уинслоу подошел к берегу, и смех сменился чем-то другим. Кричать.
Крики и разрывание одежды и плоти. Смех стал более глубоким и первобытным, и через тридцать секунд, которые показались вечностью, шум исчез. Солчек всю оставшуюся ночь смотрел в окно в поисках каких-либо признаков того, что произошло. Все, что он слышал, это шорох в кронах деревьев.
Утром, когда стало известно, как он сбежал, и история Солчека была передана властям, они отправились на берег реки напротив тюрьмы и нашли три интересных предмета. Первым было несколько кусков разорванной одежды. Вторым был человеческий язык. Третьей была записка, которая была небрежно выгравирована на земле и с тех пор затвердела в ранние утренние часы, и гласила она следующее:
НЕ СЛЕДУЙТЕ ЗА СИРЕНАМИ.
Остальная часть тела так и не была обнаружена, так и не была найдена, и в течение года она была брошена в папку с холодными файлами. Однажды было сказано, что Сирены также звонили Солчеку. Он последовал за ними и исчез, как и Уинслоу.
Река высохла, и в конце концов тюрьму закрыли.
Так что, если вам когда-нибудь случится найти большой комплекс кирпичей в виде обломков и большие блоки с проводкой повсюду, идите в дальний конец. Я рекомендую вам носить затычки для ушей, чтобы дети не жили напротив высохшей реки.
Будем надеяться, что они еще не переплыли реку.
