Если бы мистер Пиздец мог улететь с этой планеты, он стал бы самым счастливым созданием во всей необъятной вселенной.
С самого рождения он жил с выводом, что появился на свет с клеймом «популярность». Только так он мог объяснить то, что слышал своё имя из каждой щели, оно срывалось с каждого встречного языка и встречалось даже в литературе и кинематографе. Как рождаются все достопочтенные мистеры он не знал, так что и вопросом, а где же его родители, не задавался (иначе в таком случае он бы решил, что просто был зачат в богатой семье).
Он пытался дружить. Но все в один голос, после обмена рукопожатиями, спрашивали его, зачем он пришёл и откуда. «Хочу дружить, живу в прекрасной Пиздецляндии (будете там, обязательно зайдите в трактир у дядюшки Ёпрст и попробуйте настойку на резких высказываниях!)…», — живо начинал он. Но третий вопрос всегда ставил его в тупик. «По чьей вине я здесь? Что за странный вопрос. Захотел и пришёл. А разве мне не рады❓». На этом моменте люди уже гнали его палкой, мысленно решая загадку — кто же всё-таки его прислал… Быть может, злой сосед пожаловался куда следует? Или мистера Пиздеца срочно вызвали на службу констебли Жадность и Глупость?
Его осуждали, на него кричали, бросали вслед имена его соотечественников (наверное, тётя Бля и маленький Идивжоп там маялись от икоты из-за упоминаний 🙈). Мистер Пиздец тонул в чужой ненависти. Однако, удивительно, но будто и наполнялся ею — не захлёбываясь, а лишь увеличивая свои размеры и влияние. Чем больше люди были ему не рады и чем чаще проявляли агрессию по отношению к близким, тем больше становился мистер Пиздец. Он уже и не помнил, когда в последний раз столько весил! Очень было обидно за любимые брюки…
А потому он послал в газету объявление:
«Друзья всех наций!☀️ Я знаю, вы меня не любите. Но я расту, а шикарные вельветовые брюки пропадают. Заберите, кому нужно. 38 размер, на рост 170».
На следующий день вся площадь перед его домом была усыпана людьми. Очередь выстроилась длинная, многие скучали, а потому стали помогать друг другу: кто-то поил чаем тех, на кого вчера был зол, другие делились куртками с дамами из враждующей страны, а третьи стали петь на тех языках, что знают.
Мистер Пиздец взглянул на себя в зеркало. Он стремительно возвращался в прежнюю форму. Подумал было закричать в окно: «товарищи, простите, брюки мне ещё понадобятся!»… Но людям уже было всё равно. Они перестали осуждать и винить друг друга и вспомнили, что вместе сильнее 🖤
А Пиздеца потом пустили на групповую терапию и прозвали «Динамикой», но это уже другая история.