СТАТЬЯ 103
Русская литература XIX века сама по себе именно в целом гениальна! Гениальность её не просто в том, что появились после А. Радищева и А. Пушкина такие столпы, как Н. Гоголь, Ф. Достоевский и Л. Толстой, а именно в том, что в целом всё русское слово данного периода взяло направленность, как выразился Н. Бердяев в своём достаточно слабом исследовании «Истоки и смысл русского коммунизма», на мессианство. Только это не совсем точное определение. Русские литераторы, многие из которых были дворянами, видя ужасы крепостнического состояния России — это в XIX веке! — попыталось хоть через слово облегчить жизнь крестьян и снять с себя и своей совести ответственность, поскольку отпустить крестьян на волю они не пытались и всё сидели на плечах этих своих рабов, пусть и создавая там больницы иль кустарные школы (образование подразумевает только систему!), иль спасая их от голода. А ведь законы, позволяющие отпускать крестьян на волю и заключать с ними хозяйственные договора, уже были давно разработаны и запущены, причём вовсе не «просвещённой» Екатериной, которая как раз никакого отношения к просвещенности не имеет и довела русское крестьянство до полного рабства, а Александром I и его братом Николаем Павловичем, которого незаслуженно как раз называют Палкиным.
Но оставим царей, к тому же об этом вроде я уже писал. Так вот, правильнее говорить не о мессианстве русской литературы, которая привела, по сути, к мессианству всю культуру, доведя весь этот процесс до Небывалого Практического Завершения — Великой русской революции. «Великой» в силу именно поставленных политических и социальных задач — создание нового невиданного человеческого общества! Невиданного социалистического государства!
Эта мощная русская литература так воспитала всю русскую интеллигенцию 60 — 80-х годов позапрошлого века, так много умно и сердечно порассуждала о героях-бунтарях, пытающихся преобразить жизнь через кровь и убийства, так много наговорила о сомнительном гуманизме, что выросла очень «умная» интеллигенция, которой ещё и в силу образования доверили судебные дела. И вот эта интеллигенция на суде, на котором судили Веру Засулич за покушение и ранение генерала Фёдора Трепова, оправдала революционерку полностью, мало того, вывела её из зала суда под овации! Таким образом, суд, по сути, оправдал и, значит, разрешил убийство по идейным соображениям… Это произошло в январе 1878 года, через три года народовольцы убьют уже царя, на которого к этому времени уже давно тоже охотились…
Так вот, лучше говорить не о мессианстве русской литературы, а о поиске ею Идеала Человека, причём в самом невероятном ракурсе Его возможностей и всяческих усилий, подчёркиваю это. В целом, это тоже мессианство. Поскольку задача, даже суть Мессии — именно найти путь движения человека к духовно-нравственному развитию, несмотря ни на что, причём нередко через бунт и кровь, поскольку это обычные явления и средства истории. Правители могут — почему не могут бунтари?.. Что, Христос не бунтарь?..
Итак, задача русских мыслителей —надо найти такой путь, а главное, добиться тут успехов, ради которых с радостью встанут многие, даже большинство… Найти такой путь, который этим открытием в итоге объединит все народы…
Но это снова оставим. Что же я тут вам, мой читатель сказал нового, если это всё чуть уточнить? А то, что вся дворянская литература была внутри как бы с очень опасными лицемерными, искривлёнными точками подхода. Это касается не только нашей литературы, но и классики английской литературы или там французской. В те времена читали все образованные люди и на чтении в какой-то мере воспитывались. Но для русских интеллигентов слово было не просто игрой, тешащей самолюбие, и способом зарабатывания, слово у русского человека было не просто основанием для размышления о реальной жизни и своего положения в ней, — слово у нас было способом попробовать изменить суть людей и эту жизнь, поскольку политическое слово, идущее от власти, слишком, как казалось нашим дворянам (а вина-то именно на них), слабо её исправляло, держа в рабстве огромный народ, народ, победивший французских оккупантов, воспитывавшихся тоже на книгах своих просветителей, энциклопедистов и на попытках осуществить с помощью Французской революции выдвинутые ими требования «общественного договора» и «свободы, равенства и братства»…
Всё это я говорю, продолжая как бы мнения, изложенные в предыдущей, точнее 101-й, статье и в комментариях к ней. Добавлю лишь к этому, что мессианство наше твёрдо продолжалось до девяностых годов уже XX века, и весь вопрос в том, что будет с ним и как оно будет развиваться сегодня и далее.
Но пока хватит. Не вижу, активности, мои друзья! Жду подписчиков и читателей!