В старом кино было много забавных нюансов. Если вы думаете, что кинотеатры толком стали работать только в наше время, а раньше там, кроме «Приезда поезда» и нескольких шедевров немого кино, ничего не показывали, то сильно ошибаетесь.
В двадцатые годы прошлого века кинозаведений в стране были сотни и им было что показать людям. В одном только Голливуде снимали 800 фильмов в год! Наши тоже снимали кино, но оно обязательно должно было быть идеологически выдержанным, а кинопленка была жутко дорогая, и в стране ее не хватало.
Некоторые кинотеатры в Москве по шику соперничали с оперными театрами и уже тогда уводили у них публику. Это сейчас многие посещают подобные культурные заведения раз в несколько месяцев (в лучшем случае), а в эпоху отсутствия интернета любой мало-мальски интеллигентный гражданин не только ездил в театр несколько раз в неделю, но у большинства были там абонементы и даже свои личные места!
Абонементами можно было пользоваться хоть каждый день, да еще и приходить в любой удобный момент, хоть к увертюре, хоть к последнему действию. Вспомните профессора Преображенского из «Собачьего сердца»: «Сегодня в Большом “Аида”… Ко второму акту поеду…»
Так вот, одну ленту могли крутить в нескольких кинотеатрах одновременно. Либо в разных залах одного кинотеатра. Никогда не замечали, что сеансы на один и тот же фильм в кино издавна отличались на 20-40-60 минут? Казалось бы, почему не сделать единое время, чтобы начиналось кино ровно во столько-то часов ноль-ноль минут? Делали это не только для разделения потоков зрителей.
В то время, как в одном зале крутилась первая катушка, во втором уже заканчивалась вторая, а в третьем третья. Специальные посыльные стояли буквально с вытянутыми руками и ждали, пока механик отмотает «фильму» в начало и отдаст им. Тогда можно было мчаться в свой кинотеатр, где люди уже сидели в зале и слушали развлекающего их «на пианине» тапера.
Поначалу таперы пытались играть по заранее согласованным нотам. Но в зале было очень темно, а зажигать свечу перед носом у публики было нельзя. Поэтому ноты быстро потеряли смысл, и ценились только те пианисты, которые могли играть по памяти огромное количество разной музыки, причем часто импровизировали, просто глядя на экран.
Если там любовная сцена, то играли что-то лирическое, если убийство, то нагоняли жути и все такое. Мало того, механики раньше крутили ленту киноаппарата вручную. И если опаздывали с передачей катушки курьеру или торопились куда-то, то могли запросто начать крутить кино в ускоренном режиме. Люди начинали бегать по экрану чуть быстрее, но этого никто не замечал, т.к. тапер просто играл на столько же быстрее.
Но продолжалось это недолго. Как только в кино появился голос, ускорять его было уже никак невозможно, ведь речь от этого сильно искажается и приобретает комический детский оттенок.
А потом, с развитием технологий, записывать стали уже и музыку, после чего киношные таперы стали никому не нужны и профессия вымерла.
Вот такое кино!