Привет, мой друг!
Поговорим? Да, я на самом деле хочу, чтоб ты однажды ответил…
Ну, а пока...поговорю я, хорошо?
Ага, наконец-то я дошла до преимуществ твоего молчания: могу болтать бех умолку!
Кто еще может этим похвастаться?
Стоп...а зачем это мне — хвастаться?
Конечно, чтоб позавидовали другие! Нас же к этому все время призывают, и вся реклама, к сожалению, именно на этом и построена — пусть тебе позавидуют!
И рождается гонка за чем-то, любой ценой!
Самое меньшее из зол — взять кредит, но ведь можно и дальше — обмануть, шулернуть, ограбить, или, если уж совсем по-солидному — пройтись по головам, и пусть все завидуют!
А — чему? Тому, что внутри не остается ничего после такой гонки? Именно — ни-че-го! Совершенно!
Остается выжженное место там, где еще вчера была жива душа, а сейчас — выжженное поле. И не под палящими лучами солнца, а от твоих же действий. Ну и что? Все так живут, все так поступают!
Все, точно! Нееее! Я ведь по-иному!
Опять хвастаюсь, заметишь ты? Нет, констатирую факт. И, должна заметить, это не так просто, и далеко не всегда приятно.
Почему? Потому получаю в ответ ту самую зависть, да еще вперемежку с ненавистью: как посмела поступать иначе? И даже думать?
Да, раньше точно бы меня следовало передать в руки инквизиции.
А, что, стоит посмотреть свои прошлые жизни, наверняка, что было и такое. Ведь, каждый раз воплощаясь в новом теле, душа сохраняет свои основные принципы. Те, что не подвержены пересмотру, как законы, ведь ЗА-КОН — это то, что за коном, за постоянным.
Потому мне законы и не писаны — у меня есть свои коны.
Ой, что-то я заумничала, пора остановиться. А то начинает уже смахивать на то самое хвастовство.
А я ведь хотела сказать о другом.
О том, что на самом зависть рождается неприятием в других добра. Не злата, или как в старину называли, жира, а именно добра, которое, за редким исключением, есть в каждом.
И я верю Андрею Вознесенскому, что
Даже если — как исключение —
вас растаптывает толпа,
в человеческом назначении —
девяносто процентов добра.
И, пожалуй, продолжу чтение великих строк:
Девяносто процентов музыки,
даже если она беда,
так во мне, несмотря на мусор,
девяносто процентов тебя.
А пока — пока, мой друг...