- Алло! Да, я. Здравствуйте, - телефонный звонок застал Татьяну прямо на пороге, едва она вошла в квартиру, - Кто? Что??? Какое отделение? Да, записала, скоро буду.
Положив трубку, женщина грузно плюхнулась на табуретку и заплакала.
- Мама, что?! – из комнаты выскочила тринадцатилетняя Лиля, - Что случилось? С Вадиком что-то?
- А что со мной? – из комнатушки, называемой в народе «тёщиной комнатой», высунулась взлохмаченная голова Вадика, - Сплю, никого не трогаю.
Лиля подпрыгнула и с изумлением посмотрела на старшего брата:
- Ты дома??? Давно???
- Так второй день, отсыпаюсь, - пояснил Вадик и ущипнул девочку за кончик носа, - Ну ты даешь, сестрёнка, слона и не приметила!
Брат с сестрой рассмеялись, но, услышав всхлип матери, быстро посерьезнели:
- Мама! Что случилось?
- Дядю Стёпу в милицию забрали…
- Опять? – со вздохом спросил сын, - Что на этот раз? Ладно, оденусь, с тобой поеду, по дороге расскажешь.
Дядя Стёпа был младшим братом Татьяны, и весьма непутёвым братом. В семье его называли «Стёпа – недотёпа», ругали, жалели, но сходились в мысли, что мужик, по сути, неплохой, разве что с закидонами.
Закидоны заключались в том, что больше всего на свете Стёпе хотелось получить много денег сразу. Нет, разбогатеть он не стремился:
- Выиграю десять тыщ! – делился Степан своими планами, покупая лотерейные билеты, - И отдам всё в Фонд Мира! В программе «Время» покажут, вы все еще гордиться мной будете!
или
- Устроился в ГТС, буду канавы рыть для прокладки телефонного кабеля. Как зачем? Дурочка ты, Лилька! Знаешь, сколько ценностей в земле закопано? Найду клад, государство мне 25% вернет. В программе «Время» покажут, вы все еще гордиться мной будете!
В общем, все мечты сводились к трем моментам – большим деньгам, программе «Время» и тому, что родственники будут гордиться, то есть по большому счету это были вполне себе безобидные мечты. Только вот приводили они не к обогащению, а в милицию. То Стёпа подрался с кем-то из-за куска застывшей глины, принятой им за золото, то, думая, что видит драгоценные камни, пробил ломиком трубу, а это оказались какие-то осколки. В общем, Татьяна замаялась уже метаться по различным отделениям милиции и платить штрафы.
Но в тот день, с которого началась наша история, Стёпу «замели» по серьёзной статье. Шёл он себе по улице, никого не трогал, глаза только на дорогу, авось что-то стоящее валяется. И увидел!
- Представляешь, это была смятая купюра в 10 долларов! – рассказывала мне Лиля, - Откуда она взялась непонятно, на дворе 1982 год. Стоял наш дядюшка на улице, разглядывал необычную находку, тут к нему милиционеры и подошли, мол, пройдемте, гражданин. Хорошо, Вадик тогда с мамой поехал, он у нас языкастый, уболтал как-то. А дядя Стёпа так и не понял, что ему грозило, раньше за валюту могли надолго упечь, пусть даже такую маленькую сумму!
Женат Степан никогда не был, очень долго жил со старенькой мамой, а когда та умерла, переехал к сестре Татьяне.
- Вадик тогда женился, - продолжала рассказывать Лиля, - 1987 год, вступить в кооператив невозможно, да и денег таких не было. Вот дядя Стёпа сам и предложил, мол, ты, Танька, меня к себе возьми, а я Вадьку в нашу с мамой квартиру пропишу.
Жить стало проще. Во-первых, руки у Стёпы были золотые, быстро всё в доме перечинил. Во-вторых, он стал отдавать сестре все заработанные деньги, оставляя себе только на проезд да субботнюю пару кружек пива. А в-третьих, и это главное, Степан находился под постоянным присмотром, и его путешествия по московским милицейским участкам резко сократились. Так прожили пять лет, пока не наступил 1992й с его «рынком», свободными ценами и финансовыми пирамидами.
Дядя Стёпа увлеченно смотрел рекламу, призывающую купить акции тех или иных компаний, а потом понеслось. Сестре он продолжал отдавать свой заработок, акции же покупал на выигранные деньги. Да, играя почти 20 лет в «Спортлото» и покупаю билеты лотереи ДОСААФ, Степан, наконец, выиграл более или менее крутой приз – мотороллер «Муравей». Технику брать не стал, предпочел деньгами, которые и пустил в оборот.
Татьяна брата не трогала: хочет, пусть играет в крутого парня, хоть перестал в передряги попадать. По крайней мере, так она думала, пока осенью 1997-го ей вновь не позвонили из милиции: ваш брат задержан. Вадик тогда был в командировке, с матерью в отделение отправилась Лиля.
- Ваш Степан Михеевич сам заявил, что он преступник, да еще и гордится этим!
- С ума сошёл! – всплеснула руками Татьяна, - Да что ж это делается-то?
Привели дядю Стёпу, она бросилась к брату:
- Стёпка, что ты такое болтаешь! Какой из тебя преступник?
- Я не преступник, - важно заявил Степан и ткнул пальцем в лейтенанта, - Я этому объяснил, что я теперь важный человек – КОРРУПЦИОНЕР!
Татьяна ахнула, милиционер торжествующе хмыкнул, мол, что я говорил! А Лиля – смеялась, аж слезы на глазах выступили.
- Дядя Стёпа, - задыхаясь от приступов смеха сказала она, - Ты хоть знаешь, что такое коррупция?!
Оказалось, он просто перепутал «коррупцию» с «корпорацией»…
…Лиля зашла ко мне в понедельник, проведать и поболтать (о Лиле я писала не раз, основная история здесь). Поделилась:
- Дядя Стёпа в марте умер, мы с Вадиком наследники по завещанию. К нотариусу вызвали, всё серьёзно так. Думали, у него нет ничего, он ведь так и жил в квартире нашей мамы, которая давно к нам с Вадиком отошла. А нотариус вдруг как начала перечислять… Там даже «Газпрома» акции есть, немного, конечно, даже тысячи штук нет, но купил их дядя по 4 рубля, а сейчас они 160 за штуку стоят. Там много чего, вроде понемножку, а в результате без малого на 4 миллиона вышло. И пусть его в программе «Время» не покажут, но мы с братом им гордимся!
Думаю, дяде Стёпе-коррупционеру эти слова бы понравились…