Минфин России заявил о необходимости сократить в ближайшие три года финансирование государственных программ на 1,6 миллиарда рублей. В краткосрочной и среднесрочной перспективе для выполнения ранее разработанных планов сокращение государственных инвестиций (а именно так это нужно понимать) может быть компенсировано аналогичным объемом частных инвестиций.
Баланс между этими двумя видами инвестиций у нас всегда был односторонне развит в пользу государства. (Есть, конечно, еще и третий вариант – с привлечением иностранных средств, но это окно сейчас практически закрыто.)
И сегодня особую значимость приобретает тема инвестиционной привлекательности регионов именно для частного инвестора. Восприимчивость к его запросам это одна из важнейших характеристик руководящей субъектом федерации команды. Да, инвестиционная привлекательность давно присутствовала в реестрах приоритетов экономической политики, но сегодня этот вопрос встает ребром.
Регионы должны повернуться лицом к действующим в их пространстве инвесторам, причем, разного калибра – для одних инвестиционный взнос и в сотню миллионов рублей вполне возможен, для других это один миллион.
Тема эта актуальная, но достаточно сложная, она требует новых подходов в организации работы. Это стратегический поворот в развитии всей системы инвестирования на уровне регионов.
Минфин говорит, что нужно отказаться от части расходов, в первую очередь на развитие транспортной системы, научно-технологическое развитие, на обеспечение обороноспособности. Если у государства не хватает на это средств, найдутся ли они у частника?
Дело в том, что необходимые для всех этих программ деньги добываются с помощью фискальной системы. Но региональные власти могут использовать и иные механизмы привлечения инвестиций, в том числе на основе государственно-частного партнерства, которое сегодня применяется, но довольно вяло – средства со стороны бизнеса поступают небольшие – сравнительно с государственными инвестициями. Необходимо заново открыть этот «клондайк», чтобы частные инвестиции можно было системно применять для решения проблем всего региона.
Важно подчеркнуть огромное значение доверия к региональной власти, к организатору проекта со стороны бизнеса, который должен понимать, какую отдачу он получит от своих вложений.
В принципе, подобные механизмы в случае необходимости можно задействовать даже при строительстве Нижегородского метро, хотя в этом случае инвестиции будут очень «длинными». Здесь вопрос в том, в какие сроки, какими частями, насколько регулярно деньги будут возвращаться к тому, кто их вкладывал, насколько велик будет бонус – все это очень важно. В случае с метро сроки возврата инвестиций затянутся на десять лет, а то и больше.
Поэтому без обеспечения доверительных условий здесь не обойтись. В других странах такие механизмы есть, и в их основе лежит некая открытость схем возврата инвестиций, когда понятно, что если сегодня ты внес какие-то деньги, то уже завтра получаешь, условно, хотя бы копейку: процесс возврата начался.
И вот опыта создания таких привлекательных, понятных и открытых механизмов передачи частных средств «на доверии», в России, конечно, маловато. Однако их выработка в сегодняшних условиях становится жесткой необходимостью.
Андрей Дахин, профессор НИУ РАНХиГС