Про то, что шоколадка Баунти или стаканчик Даниссимо - это самое лучшее, что может быть в мире, придумали, конечно, американки. Наши женщины товарам столько значения не придают. У нас своя шкала ценностей.
В США не ты выбираешь платье от Веры Вонг, а платье выбирает тебя. Я когда услышала эту фразу в фильме, расхохоталась. Приходишь к дизайнеру на собеседование, и она еще подумает - носить тебе это платье или нет. И на сумки в очередь записываются. Нам этого не понять.
"Потому что у вас денег нет, вы бедные" - сказала мне одна девушка, которая живет в Нью-Йорке.
"Нет, потому что мы богатые. Душой." - ответила я ей.
Вот, например, одна из моих любимых цитат у Токаревой:
"Как мучительно ненавидеть. И какое счастье - прощать".
Вот он - наш уровень. Эмоции, драма. Или их отсутствие. А по платьям мы не убиваемся. Есть - хорошо. Нет - и не надо. У нас в очередь вставать за ними считается позорным пережитком прошлого. Наши мамы в очередях настоялись...
Я недавно пережила очень приятный момент. Никакой Даниссимо и рядом не стоял.
Нравился мне мужчина. Долго, почти 2 года. Это была история про безответные чувства. Если бы он мне сразу ответил взаимностью, его идеальный образ стал бы рушиться на глазах и я нашла бы в нем миллион изъянов, как и любая женщина.
Но он был неприступным, как Айсберг Пугачевой, и я никак не могла прогнать его из мыслей и сердца.
Он вел со мной себя, как с посторонней. Даже дружбы не было. Подруги удивлялись: да что ты все вокруг него крутишься? Не надоело?
Я умом понимала, что надо прекращать, рубить все наши коммуникации, которые меня ни капельки не устраивали, на корню. Но ноги сами шли туда, где он.
Где-то я прочитала, что человек воспринимает негативный опыт так же ярко, как позитивный. Хуже всего - рутина, отсутствие хоть каких-либо переживаний. А грусть и печаль - это такие же пики на нашей кардиограмме жизни, как эйфория и радость.
Сидела на этом Айсберге, как на игле, соскочить не могла. Читала в интернете советы психологов о том, как отпустить мужчину, но поняла одно: нужно время.
Я нахожусь в эмоциональной зависимости и даже то, что он ведет себя неуважительно (опаздывает, не сдерживает обещания, забывает о встрече) - не может меня от него отвернуть. И как-будто еще больше привязывает.
Но наконец-то во мне щелкнул невидимый тумблер. И я почувствовала, что оборвалась последняя ниточка.
Мне позвонила подруга и сказала: "Ты где? Мы тут собрались. И твой А. тоже здесь". У меня сердце не дрогнуло. Я предпочла остаться дома, читать книгу.
Есть такое выражение "держите меня семеро". Год назад меня бы семеро не удержали, а теперь и держать не надо. Я сама туда, где он - не иду. Это такое облегчение, такая свобода.
"Как это все могло держать меня еще вчера?" - поет Полина Гагарина. Видимо, тоже освободившаяся от какого-то морока.
Но мне больше нравится романс, который исполняет Полина Агуреева на стихи Марины Цветаевой:
"Мне тебя уже не надо"
Мне тебя уже не надо,
Милый – и не оттого что
С первой почтой – не писал.
И не оттого что эти
Строки, писанные с грустью,
Будешь разбирать – смеясь.
(Писанные мной одною –
Одному тебе! – впервые! –
Расколдуешь – не один.)
И не оттого что кудри
До щеки коснутся – мастер
Я сама читать вдвоем! –
И не оттого что вместе
- Над неясностью заглавных! –
Вы вздохнете, наклонясь.
И не оттого что дружно
Веки вдруг смежатся – труден
Почерк,- да к тому – стихи!
Нет, дружочек! – Это проще,
Это пуще, чем досада:
Мне тебя уже не надо –
Оттого что – оттого что –
Мне тебя уже не надо!