На следующий день с утра пораньше все собрались на Петькином участке, решали, что делать дальше. Первый день из четырех длинных первомайских выходных прошел. Появился первый опыт кладоискательства. Что можно сказать? Техника работает отлично, любая железка, даже самая маленькая, на глубине до полуметра даёт чёткий сигнал.
А вот окружающие люди на их занятие могут реагировать неадекватно. Вчерашняя встреча с двумя пьяными полубандитами была хорошим предупреждением. Конечно, это случайность, но от таких случайностей нужно было застраховаться. Дома они, разумеется, ничего не рассказали о своих приключениях у монастыря.
Петька сидел на скамейке за домом и рассуждал.
— Можно деда с нами пригласить, он не откажется. С взрослым будет безопаснее.
Ромка поморщился.
— Я всё понимаю. Твой дед нам металлоискатель подарил…. Но не хочется взрослых посвящать в наши дела. Неужели мы сами ничего не придумаем?
— Я уже все придумала!
— Опять ты, Ленка.
— Опять! Должен же кто-то в нашей компании думать… и говорить, когда некоторые вчера от страха все слова забыли.
Петьке стало стыдно за вчерашнее поведение. Даже Ленка заметила, что он испугался. Чтобы быстрее закрыть эту тему, он спросил.
— Что придумала?
— Сегодня к монастырю не поедем. Отправимся на Срамное озеро. И не будем больше выбирать безлюдные места. От кого нам прятаться? Мы ничем противозаконным не занимаемся. Пусть недалеко будут люди. Если что, всегда можно будет позвать на помощь.
Ленкины рассуждения ребятам понравились. Всё как-то сразу встало на свои места.
— Значит, сегодня копаем у Срамного озера.
Сели на велики и помчались. Домой обещали вернуться к обеду.
На Срамном озере было несколько рыбаков. Один ловил рыбу с надувной лодки, остальные рассредоточились по берегам. Отдыхающих нигде не было видно. Вода холодная, земля холодная, неуютно у воды…. Май — это не июль! Для поисков выбрали дальний берег, заросший редкими соснами. Добрались до него и начали поиск.
Петька «челноком» продвигался вдоль берега. Он охватывал полосу шириной метров пять-шесть и, водя по ней металлоискателем, шёл, обходя деревья. За ним хвостом шли Ромка с Леной. Прошли уже значительное расстояние, но почему-то металлоискатель молчал.
— Петь, а он не сломался после вчерашнего? Может, ты его ударил?
— Сам не пойму. Экран, вроде, светится.
Лена стала объяснять отсутствие сигнала, как она сама это понимала.
— Сигнала нет, потому что на этом берегу люди редко бывают. Все пляжи на той стороне, там же и отдыхающие располагаются. А здесь никого. Только рыбаки.
— Тихо! Кажется, есть, но очень слабый.
Петька остановился и показал на место, где нужно снимать дёрн и копать глубже. Заскучавший Ромка принялся за дело. Сначала сняли грунт на половину штыка саперной лопатки. Петька ещё раз поводил над ним металлоискателем, сигнал стал более отчётливым.
— Глубже копаем!
Сняли ещё на половину штыка. Сигнал стал сильнее, но ничего не появилось. Так постепенно, копая и останавливаясь, они углубились на полметра. В центре их раскопа из земли появилась вертикально торчащая большая кость какого-то животного.
Лена затараторила:
— Ой! Я читала, что в старину, когда что-то прятали и спешили, то сверху в землю втыкали бычью кость, чтобы потом найти это место. Под костью надо копать!
— Это и без тебя ясно, что под костью!
Ромка стоял на коленях, по пояс свесившись в раскоп, орудовал в нём сапёрной лопаткой. С другой стороны раскопа ему помогал Петька, руками выгребая на поверхность песчаный грунт.
— Мальчики, аккуратнее! Не повредите то, что там зарыто.
— Не мешайся. Сами знаем.
Через некоторое время сопения и кряхтения из ямы, глубина которой уже была не меньше метра, на поверхность извлекли что-то! В руках у Петьки оказался небольшого размера кожаный мешочек, перевязанный сверху. Он рассыпался в руках, когда его стали очищать от песчаного грунта. На ладонях оказалась увесистая горсть монет.
— Ура-а-а!!! Нашли!!!
Ромка отбросил в сторону лопатку и от радости прыгал на месте. Петька не верил своим глазам. Он, конечно, надеялся что-то найти, но не так быстро. Неужели вот так оно и происходит?! Клад! Настоящий! У него в руках!
— Тихо ты! Хочешь, чтобы все сюда сбежались?
Лена строго посмотрела на Ромку, достала из своего рюкзака тряпку и расстелила её на траве.
— Клади сюда.
Петька присел на корточки и бережно опустил на тряпку найденное сокровище. Было видно, что кожаный мешочек защитил монеты от сильной коррозии в земле, и они хорошо сохранились. При тщательном рассмотрении оказалось, что большую часть клада составляют петровские серебряные рубли 1718 года, немного потускневшие и покрытые в некоторых местах зеленоватым и серым налётом. Их было двадцать пять штук, все в очень хорошем состоянии. Несколько медных монет просто почернели от времени. А одна монета ярко отражала от своей поверхности солнечные лучи, пробивающиеся сквозь сосны. Она была, как новая! Как будто и не пролежала в земле триста лет.
— Это что за чудо такое?
Лена осторожно взяла её в руки и стала рассматривать.
— Какие-то эллипсы, звёздочки, символы непонятные. А вот глаз в треугольнике…. Нет, это не монета.
Ромка её не слушал. Он сел на край раскопа, свесив в него ноги, и уткнулся в айфон.
— Вы знаете, сколько стоит один петровский серебряный рубль 1718 года в хорошем состоянии? Триста тысяч! Двадцать пять умножаем на триста…. Семь с половиной миллионов. Ну, пусть остальную мелочь мы продадим тысяч за пятьсот. Всего получается восемь миллионов! Восемь миллионов!!! Вот это клад!!! Вот это съездили на выходные на дачу!
Петька его плохо слушал, он тоже смотрел на блестящую монету, которая была в руках у Лены.
— Лен, дай посмотреть.
Лена вытерла странную монету концом тряпки, отчего та заблестела ещё ярче, и передала Петьке.
— Держи.
Петька рассмотрел одну сторону монеты, потом другую, затем положил её на ладонь, пробуя на вес. В этот момент она засветилась и быстро набрала яркость до ослепительного света, так что Петька зажмурился. Когда он открыл глаза, монеты на ладони уже не было, а рука странно гудела.
— Куда она делась?
— Петя! С тобой всё в порядке?!
Ленка смотрела на него с испугом. Она видела яркую вспышку и тоже зажмурилась.
— Да вроде нормально всё, только жарко что-то.
Он сел на землю и беспомощно смотрел на Ленку. Было такое ощущение, что вся кровь внутри него разом закипела — от кончиков пальцев ног, до кончиков пальцев рук. В голове пульсировало.
— Петька, не пугай меня! Что случилось?!
— Сейчас-сейчас. Сам не пойму. Уже лучше.
На крик Лена обернулся Ромка и уставился на них. Он не видел, что произошло со странной монетой, и понял всё по-своему.
— Это у него стресс от счастья.
— Да ну тебя! Человеку плохо! Монета исчезла!
— Какая монета?
— Та, которая была, как новая.
— Что значит исчезла?! Как?
— Вспыхнула ярко и исчезла. Прямо у него в руках.
— Странно всё это…. Петька, ты как?
— Я нормально. Поехали домой. Зарываем яму и поехали.
Ребята почувствовали, что у Петьки изменилось настроение. С этой странной монетой точно было не всё в порядке. Лена видела, что произошло, и переживала за Петьку.
— Петь, может, в больницу надо? Может, ожог есть? Вспыхнуло-то как ярко.
— Ничего не надо. Всё в порядке.
Ребята закопали яму, вернули сверху дёрн на место и всё утоптали. Теперь не определишь, где проводились раскопки. Ромка зачехлил лопату и прикрепил её к велосипедной раме.
— Петь, а монеты пока у себя оставишь?
— Забирай себе. Ты лучше знаешь, что с ними делать. Лене одну оставь на память, а остальные продавай.
Ромка растерялся. Он не узнавал своего друга. Он даже на него обиделся.
— А тебе разве не надо? На память.
— Мне не надо. Устал я что-то. Поехали.
Ребята отъехали от озера и направились к своему дачному посёлку. Дорога вела мимо воинской части, мимо её проходной, которая всегда была закрыта. Ни солдат, ни машин, только закрытые ворота и видеокамеры по бокам.
В этом месте был поворот под прямым углом, и дальше нужно ехать по шоссе до железнодорожного переезда. Первой двигалась Лена. Когда она поворачивала, то лоб в лоб чуть не столкнулась с черным джипом с номерами три шестерки. Нарочно не придумаешь, чтобы встретиться со вчерашними типами еще раз! Лена резко затормозила, и её велосипед упал….
Из машины уже выходили бритоголовые.
— Кабан, ты смотри, кого мы видим! Фарт сам в руки идёт.
— Так это ж коза вчерашняя, Жека!
— И я о том. Держи её!
Петька с Ромкой остановились в отдалении и не знали, что делать. На дороге, кроме них и этих бритоголовых, никого не было, а Ленку надо было спасать. Кабан держал её за ветровку.
— Эй, пацаны, ваша подружка у нас. Так, где наше золото? Сами отдадите или как?
Было непонятно, то ли у этих дебилов шутки такие про золото, не могли же они знать о кладе, который ребята только что нашли, то ли у них от постоянного выбивания долгов «крыша поехала». Ромку, у которого в кармане лежали монеты, затрясло.
— Здесь ваше золото. Идите сюда и девчонку с собой ведите.
Петька не узнавал своего голоса. Он был совершенно спокоен, как будто знал, что делал. Бритоголовые, посмеиваясь, медленно пошли в их сторону, подталкивая Лену, которая механически переставляла ноги. Кабан продолжал держать её за ветровку. Роман не мог видеть Петьку, он смотрел на бритоголовых. Лена увидела, как у Петьки изменился цвет глаз: раньше серые, они вдруг засветились и стали синими, как море.
Потом раздался оглушительный хлопок чудовищной силы. Джип с номерами три шестерки расплющило в лепешку, как многотонным прессом. Погнулся и порвался металл, брызнули в разные стороны стекла, лопнули шины, раздался скрежет, и запахло бензином.
Передний номер с тремя шестерками отлетел под ноги бритоголовым, ополоумевшим от взрыва. Они испуганно пригнулись и вертели головами, а Лена смотрела в синие глаза Петьки. Казалось, что он ей говорил: «Смотри на меня и ничего не бойся».
Потом Кабан отпустил Лену и вместе со своим напарником в ужасе бросился в лес. Они бежали так быстро, что трещали сучья деревьев, и рвалась их одежда. Остановились только в кустах около железнодорожного переезда. Все в ссадинах, одежда разодрана в клочья, вид безумный.
— Чё это было, Жека?! Думал, издохну!
— А я знаю? Башка чуть не разорвалась.
— Во-во…. И у меня тоже! Чуть не лопнула!
— Тачку жалко. Шеф за неё убьёт. Развлеклись, называется, на празднички.
— Как это всё, Жека? Я не врубаюсь!
— Чё тут врубаться! Трындец нам!
— И какого хрена ты связался с этими малолетками?!