Насибуллин Руслан Назипович, 1976 года рождения. В 1999 году Самарским областным судом приговорен к расстрелу, замененным на пожизненное заключение. Лидер "банды палочников" (30 эпизодов разбоя и грабежей, 7 убийств). 1994-95 гг.
Самара в середине 90-х была шокирована.. Простые люди уже не обращали внимания на перестрелки бандитов, на убийства и похищения бизнесменов. Но тут... На Безымянке, в рабочем районе города, стали убивать простых работяг. Людей забивали палками и забирали.. кожаные куртки и норковые шапки. И это в лучшем, для преступников, случае. А зачастую у жертв просто нечего было брать. Если бы эти преступления продлились еще некоторое время, то, вполне возможно, заводчане бы организовали рабочие дружины. Безымянка начинала закипать.
"Банда палочников" (шесть несовершеннолетних и лишь один, Руслан Насибуллин, совершеннолетний) по вечерам выходили на центральные улицы Безымянки или Металлурга и выискивали потенциальную жертву. Искали подвыпившего мужчину лет за 40. Желательно возвращающегося с работы. Из работяг. С крутыми принципиально не связывались- от греха подальше. В темной подворотне нападали всем скопом, били палкой по голове, а когда жертва отключалась, то шмонали его карманы и забирали все самое ценное. Старались забрать и верхнюю одежду. В большинстве таких случаев потерпевшие даже не заявляли в милицию, так как.. у них ничего не пропадало. Денег просто не было- мелочевка пропита по дороге домой, а на куртки и шапки преступники зачастую даже не покушались, так как при внимательном рассмотрении они оказывались десятой свежести. Вот только семеро жертв после этого... уже ничего не могли сказать. 7 трупов.
Старший из этой местной шпаны- Руслан Насибуллин- в свое время посещал музыкальную школу по классу аккордеона. Мечтал освоить гитару. Какое то время занимался самбо и плаванием. Из литературы предпочитал фантастику (хотя любителем чтения не был). После школы поступил в институт связи. Но вылетел после первого же семестра и устроился работать кладовщиком-экспедитором в одну из фирм. Собирался идти в армию... в спецназ.
Самарский писатель Андрей Олех в 2020 году озвучил одну из версий удивительного задержания "банды палочников". Якобы они банально напились и вели себя неадекватно в сквере Калинина прямо под окнами отделения милиции. Милиционерам все это в конце концов надоело и они вышли успокоить малолеток, обнаружив группу разгоряченных подростков с еловыми палками в руках и в одежде, подчас явно не по размеру...
Из беседы с Русланом Насибуллиным в сызранском СИЗО:
- Ты был безоговорочным лидером группы?
- Я считаю, что нет. Просто я - единственный совершеннолетний из этой компании. Вот и стали говорить, «группа Насибуллина». Часто преступления совершались спонтанно. Далеко не всегда мы бродили целенаправленно, выискивая жертву.
- Что вас толкало на преступления? - Безденежье. Фактически мы совершали разбойные нападения. На них мы шли, чтобы немного приодеться. Иногда мы носили одежду наших жертв. А когда и продавали. Мы старались выслеживать людей, на которых были кожаные куртки и норковые шапки.
- Вы часто совершали преступления в не трезвом состоянии? - Да мы почти всегда были трезвыми. За исключением 8 января, когда в течение одной ночи убили троих. Тогда мы здорово выпили и, что называется, вошли в раж.
- Кроме того, еще двоим в ту ночь вы нанесли тяжкие телесные повреждения? - Да. Остались в живых только те двое, которых били монтировкой. Ею я ударял не очень сильно. Боялся проломить череп.
- Выходит, ты бил как бы щадя? - Ну, сейчас это звучит издевательски...
- Ты слышал хруст костей, когда наносил удары?.. - Нет. Чаще всего я бил три раза. Редко - пять. Стояла зима, люди ходили в шапках, которые смягчали удары.
- Что было, когда ты, совершив преступление, приходил домой? Пытался, что называется, забыться? - Нет. Понимаете, я же не видел, как умирали мои жертвы. Если бы я, к примеру, смотрел на конкретный человеческий труп, расчленял его, то, чтобы забыть все эти ужасы, возможно, напился бы. А так у меня даже аппетит был нормальный. Ведь я не знал, что они погибают. Я был уверен, что все они выжили. Мы выслеживали людей, доводили их до темного безлюдного места. Как правило, первым бил я, поскольку был сильнее подельников. Человек терял сознание, кровь капала на снег, и все. Мы оттаскивали его в сторону, шмонали и уходили. Вообще все происходило очень быстро... После ареста мне предъявили обвинение в убийстве 30-летнего парня. Попав в камеру временного содержания, я задумался и понял, что кроме него могли быть еще убитые. Так и вышло. Вскоре я попал в следственный изолятор. Там-то мне и предъявили обвинение в остальных убийствах.
- Среди твоих прежних приятелей были судимые? - Нет. Я вообще не имел представления о преступном мире. Даже не знал, что тюрьма и колония - совершенно разные вещи.
- Ранее у тебя были конфликты с законом? - Судимостей по малолетке я не имел. Не было и приводов в милицию.
- Как известно, по вашему делу проходил и твой младший брат... - Да. Он получил шесть лет.
- В скольких эпизодах он участвовал? - Я точно не помню. В одном или в двух.
- Если бы пришлось выбирать между «вышкой» и пожизненным заключением... - Да я как-то и не задумывался об этом». Стараюсь жить сегодняшним днем. Но, узнав, что мой приговор заменен на пожизненное заключение, я обрадовался бы.
- Твое отношение к смертной казни? - Я считаю, что как мера устрашения она бесполезна. Любой человек, идущий на преступление, не думает о наказании. Каждый уверен, что его не поймают. Так что с отменой «вышки» ничего не изменится.
- Ты верующий? - Я в Бога верю, хоть и некрещеный. Мой отец татарин, мусульманин. Покойная мать была русской, христианкой. Уже в тюрьме я читал Новый Завет. Все, что говорил Иисус, я принимаю. А вообще мне сейчас уже поздно грехи замаливать. Раньше надо было думать.
- По-твоему, приговор справедлив? - Да, конечно. В принципе, между пожизненным заключением и расстрелом – не очень большая разница.
- Каким ты видел свое будущее? - Когда меня задержали, у меня в кармане была повестка в военкомат. Через три месяца должен был идти в армию. У меня даже в мыслях не было, что окажусь в тюрьме. Да и подельники мои, я уверен, вскоре "завязали" бы. Хотел служить в каком-нибудь спецназе. А на деле все вышло совсем не так…
Из личного дела Руслана Насибуллина, "оса" "Черного дельфина":
"Склонен к побегу, нападению. Поддается влиянию, упрямый, ленивый".
