Тот, кто скажет, что лежать в больнице легко и весело, тот, скорее всего бабушка, которая ложится туда "с давлением", которое у нее "скачет" уже лет тридцать, а больница в этом случае - лишь способ скоротать время между двумя дачными сезонами, пообщаться с ровесницами, возможно, найти новых подружек взамен ушедших в мир иной да еще и пенсию сэкономить, кормят-то в больнице бесплатно!
А вот если вы не бабушка, которая экономит на питании и думает о том, брать ли у врачей справку для перерасчета квартплаты, а молодая энергичная женщина, с которой внезапно приключилось что-то нехорошее, то больница - очень невеселый способ проведения досуга. Даже если врачи уже обследовали все, что нужно, если сказали, что это лечится, назначили таблетки и уколы, даже если уже ничего не болит.
Слабым утешением, конечно, служило то, что все коллеги Марины сейчас спешили на работу под проливным дождем и пронизывающим ветром, а она, заварив в чашке кофе и дополнив его бутербродом с сыром и маслом из больничного завтрака, ждет обхода вместе с соседками по палате и читает недавно скачанную книжку - в тепле.
Марину привезли вчера утром на "скорой" и положили в "женское" отделение городской больницы. Врачи сделали все, что могли, и теперь она чувствует себя практически здоровой, намереваясь на обходе попроситься домой. Она чувствует, что здесь ей будет невероятно тоскливо, хотя наверняка не знает. В больницу она попала первый раз за свои почти тридцать лет.
Она уже успела поинтересоваться местными порядками и с огорчением узнала, что минимальный срок "заключения" с ее диагнозом - неделя. Если все будет хорошо. "Я же тут сойду с ума!" - поняла она, особенно, когда ей сказали, что здесь и посещения запрещены в связи с сезонной вспышкой гриппа. Разрешены только передачи. Тут Марина совсем загрустила.
Собственно, посетителей она особо не ждала - ее мама осталась в Волгограде, своей семьи пока не было, оставались друзья и коллеги. Подружка приезжала вчера вечером, аж два раза.
Первый раз - за ключами от квартиры Марины, а второй раз - когда привезла вещи и самое необходимое, ведь Марину "скорая" забрала прямо с работы и у нее, кроме телефона, с собой ничего не было. Так и пришлось до самого вечера ходить в застиранном казенном халате и бахилах вместо тапочек. Так что Ленка очень выручила - именно поэтому Марина сейчас пила свой любимый кофе вместо больничной бурды и была одета в веселенький домашний костюмчик, а не в больничный халат.
Оставалась еще одна проблема - питание. Конечно, надо дождаться обхода врачей и уточнить, но Марина почти на сто процентов была уверена - никакая диета в ее случае не нужна, стало быть, нет необходимости есть кашу на воде и супы, сваренные здесь неизвестно из чего.
"Здесь очень вкусные запеканки и омлеты," - пытались подбодрить старожилы-соседки, а Марина лишь уныло покивала - здорово, но запеканку, наверняка, дают раз в неделю. Как и омлет. А остальное время что есть? Да и вообще. Ей казалось, что съесть что-то вкусненькое - это одно из немногих удовольствий, способных поднять ей настроение в вынужденном заключении.
Ладно. Ленка сегодня, конечно, не приедет, у нее семья. Было бы свинством просить ее привезти еще и продукты - она же не откажет, сорвется. Не надо. К тому же, у Марины отличные отношения с коллегами. Вон как они переполошились вчера, когда ей стало плохо! И весь вечер вчера названивали. Наверняка и сегодня будут звонить чуть позже. Наверняка спросят, можно ли ее навестить и нужно ли ей что-то. Вот их и попросит.
Была у Марины и еще одна надежда. Дело в том, что последние пару месяцев за ней активно ухлестывали двое коллег - Федор и Кирилл. Так как-то получилось, что они оба вдруг решили, что Марина им очень нравится. А Марине, в принципе, нравились оба. Но нравились так, без огонька, больше как друзья - каждому не хватало чего-то, что качнуло бы чашу весов в их сторону. Поступка.
Будучи порядочной девушкой, Марина этих поступков не выпрашивала. Больше того, она и ухаживания не принимала, считая нечестным пользоваться их расположением и ничего не давать взамен. Она знала, что есть девушки, которым льстит внимание сразу нескольких поклонников, они получают удовольствие от их внимания, маринуют их, держат в так называемой "френд-зоне" и даже гордятся тем, как хорошо устроились. "У настоящей женщины должно быть не меньше четырех поклонников! - говорили они. - А женщина может выбирать сколько хочет. Или вообще не выбирать. Это же их инициатива - ухаживать!"
Марина так не умела. Ей было неудобно. Даже принимая предложение Кирилла или Федора выпить кофе в кафешке около работы или вместе пообедать Марина всегда сама оплачивала свой счет. Просто чтобы не быть обязанной. "Дай мне почувствовать себя мужиком!" - сердился Кирилл, доставая кошелек. - "Чувствуй, - пожимала плечами Марина. - А деньги здесь причем?" "Ты меня обижаешь, - выговаривал Федор. - "А ты не обижайся," - пожимала плечами Марина.
И вот вчера они оба - и Кирилл, и Федор, несколько раз звонили ей и писали, спрашивая, что с ней и как она себя чувствует. Чувствовала она себя ужасно, разговаривать почти не могла, поэтому попросила сегодня ее не беспокоить, а позвонить завтра. Лишь назвала номер больницы, отделение и палату - она же тогда еще не знала, что посещения запрещены. Об этом она мужчинам написала лишь вечером.
"Которая здесь Белова? - в палату зашла немолодая то ли медсестра, то ли санитарка, то ли нянечка - Марина точно не знала, как называется эта должность. - "Я!" - вскинулась она. - "На! - нянечка протянула ей небольшой, но очень красивый букет. - Поклонники тут тебе доставку заказали. А я нанялась, что ли, на проходную бегать? Скажи спасибо, что мимо шла, а так бы ни за что!"
"Ой, спасибо вам большое!" - Марина закрутила головой, думая, во что бы поставить букет, пока одна из соседок не протянула ей с улыбкой вазу: "Держи! Это местная. Дежурная, одна на всех. Пока только у тебя цветы, так что пользуйся!"
Она стала прилаживать букет в вазу, и из него выпорхнула симпатичная открытка с грустным медвежонком и надписью "Выздоравливай быстрее!" Внутри было продублировано ровно то же самое, написанное от руки. И подпись - "Федор". "Как мило, - растрогалась Марина и тут же позвонила ему - поблагодарить.
"Извини, сейчас на работе запарка, - извинился мужчина. - Ты скажи, что тебе нужно, а лучше кинь списком. Я вечером постараюсь заскочить. Как себя чувствуешь? Нормально? Это самое главное," - и он отключился, видимо, работы, и в самом деле, было много.
Марина поняла, что даже если он и освободится до часов посещений, то наверняка будет сильно уставший, поэтому, наверное, не стоит его ни о чем просить. Она написала, что очень благодарна ему за цветы и открытку и что ей абсолютно ничего не нужно, пусть не беспокоится.
После обхода, когда стало известно, что она здесь все-таки, как минимум, на неделю, Марина рискнула позвонить Кириллу. "Ты сейчас не очень занят? - уточнила она. - Нет, что ты! Начальник укатил в командировку, так что мы сейчас всем отделом бездельничаем. Кот из дома - мыши в пляс! Как ты?" - "Намного лучше. Кирилл, а можно тебя попросить привезти мне чего-нибудь перекусить? Йогуртов там каких-нибудь... Творожков... Я тебе деньги переведу, - поспешно добавила она, когда Кирилл сделал паузу. - "Да какие там деньги! - не слишком радостно ответил он. - Мы сегодня с мужиками собирались вместе футбол посмотреть в баре... А твоя больница в таком месте... Там по вечерам дикие пробки - дай Бог ко второму тайму успею вернуться... Давай, может, до выходных, а? Тебя же не завтра выписывают?" - "Не завтра," - упавшим голосом ответила Марина и попрощалась.
"Что, сразу у всех дела нашлись? - невесело усмехнулась соседка, которая лежала рядом и, скорее всего, слышала разговор. - Наплюй. Мужики все такие. Думаешь, мой лучше? А ведь законный муж! Подружка приходит. И мать. Хочешь яблочко?"
Яблоки Марина не любила. Она любила груши. А еще - йогурты. Их она просто обожала и постоянно таскала на работу. Коллеги над ней подшучивали, но она отвечала, что от йогуртов одна сплошная польза, а вот от их булочек и пирожных - только лишние килограммы. Вот и сейчас йогурта хотелось невероятно - так бывает, когда ты точно знаешь, что в ближайшее время этого не получишь. Человек, узнав, что воды рядом нет, начинает буквально мучиться от жажды, хотя только что пить не хотел совсем. Ну что же поделаешь? Придется снова звонить Ленке. Не сегодня, конечно. Завтра. Или послезавтра. А сегодня есть суп, сваренный из куриной кожи, водянистое пюре, залитое непонятной субстанцией, почему-то именуемой бефстроганов и пить горячий приторно-сладкий компот...
После обеда Марина поспала, потом поболтала с соседками, почитала и, посмотрев на часы, с удивлением поняла, что скоро ужин. Были час посещений и двум соседкам принесли пакеты со всякими вкусностями и фруктами, а Марина так расстроилась, что даже отвернулась к стене. Никому она не нужна!
Правда, основательно погрустить ей не удалось - зазвонил телефон. "Привет! - услышала она бодрый голос Федора. - Ты как? Подойти к окну сможешь?" - "Ну... да... - вяло проблеела она и принялась вылезать из кровати.
Федор стоял на тротуаре и махал ей, улыбаясь от уха до уха. "Привет! - закричал он в трубку. - Как здоровье?" - "Федь, со связью все хорошо, - Марина тоже непроизвольно улыбнулась. - Можно не кричать." - "Ой, - смутился он. - Точно. Извини. В общем, так. К тебе, действительно не пропустят - там, внизу просто не бабуся-санитарка, а цербер какой-то: ни уговорить, ни подкупить. Но передачу взяла, сказала, сейчас принесет. Ты мне не написала, что тебе хочется, я поэтому на свое усмотрение купил. Позвонил маме, она сказала, что тебе фермерские продукты нужны, я творога и сметаны на рынке купил - ты их постарайся сразу съесть, они долго лежать не могут, без консервантов. Ну а с остальным сама разберешься. Скучно, наверное, там у вас?.."
"Да уж, веселого мало," - согласилась Марина. - "А ты не скучай! - подбодрил Федор. - Я с делами немножко разобрался, завтра смогу звонить тебе почаще. Хочешь, даже по видео наберу? А веером приеду. Только ты напиши, что тебе нужно. Вдруг не угадаю..." - "Федь, спасибо тебе, - Марина чувствовала, что сейчас расплачется. - "Ну все, я побежал, да?" - "Конечно. Спасибо еще раз!"
"Белова кто?" - в палату зашла другая, но похожая на утреннюю, как сестра-близнец, нянечка. - Фу... Кирпичей тебе тут, что ли, наложили... Едва дотащила..." - "Спасибо," - по щекам Марины уже текли слезы, поэтому нянечка больше не стала возмущаться и вышла из палаты.
Марина поставила пакет на кровать, села рядом и начала разбирать продукты. Да, действительно, творог, сметана, сладости к чаю, пачка кофе, орешки, сухофрукты... А это что? Груши? И... йогурты... Именно такие, какие Марина таскала на работу...
Марину выписали через десять дней и, придя на работу, она первым делом, вызвала на разговор Кирилла. "Я так рад, что ты выздоровела! - начал он. - Сорян, так и не смог к тебе вырваться... Но ты же не в обиде, да? Все равно же к вам не пускали... Может, попьем сегодня кофе после работы?" - "Кирилл... - Марина помолчала. - Нет. Кофе я с тобой пить не пойду. И вообще. Не надо. Не трать на меня время. Я с Федором."
"С Федькой? - удивился Кирилл. - Ничего себе! И чем, интересно знать, он лучше меня? Чем он тебя покорил?" - "Йогуртами," - тихо ответила Марина.
"Чем? - расхохотался Кирилл. - Йогуртами? Не подарками, не ресторанами, а йогуртами? Дешево же ты себя ценишь!.. Не думал..." - "Извини, мне надо работать," - прервала его Марина и пошла на свое рабочее место.