Для российской аристократии начало двадцатого века вышло тяжелым. Многим представителям высших сословий приходилось буквально сбегать из страны, чтобы сохранить свою жизнь и свободу. Расстрел царской семьи был предвестником чего-то нового и очень пугающего: люди бежали во Францию и Англию, покидая свой дома и разрывая связи со своими близкими.
Одной из таких вынужденных переселенок стала княжна Мария Прокофьевна Эристова — женщина, чья красота стала настоящей легендой 20 века. Женщина, которой восхищалась Грейс Келли. Женщина, чья красота вдохновляла поэтов и живописцев на создание настоящих шедевров. Да, Мари была невероятной: статной, умной и очень гордой. Не даром она вошла в историю моды, как одна из "Белых Королев". Жаль только, что ее судьба была совсем не по-королевски счастливой и благополучной.
Впрочем, детство девушки было вполне счастливым. Она родилась в 1988 году в семье грузинского генерал-майора, который дал девочке все: и гувернанток, и достойное образование и хорошие манеры. Поэтому когда семья переехала в Санкт-Петербург, где отец Мэри стал депутатом Государственной Думы, девушка не осталась без внимания, став фрейлиной самой Александры Федоровны.
В обязанности девушки входили заботы о гардеробе императрицы, помощь ей в ее покоях и в целом сопровождение женщины на важных мероприятиях. Стоит ли говорить, что появление красивой, молодой и очень статной девушки в свите императрицы не могло пройти незамеченным? У юной Мэри появились поклонники и даже почитатели, только вот счастью не суждено было длиться долго: в стране началась нестабильность.
Мэри вернулась с семьей в Грузию, вышла там замуж и планировала жить долго и счастливо, только вот большевики вмешались в эти планы. Войдя в Грузию, они заставили всю семью Мэри бежать из страны. И сначала все было даже неплохо: деньги и украшения позволяли безбедно жить. Увы, недолго. В какой-то момент Мэри с мужем оказалась в нужде. Гордой аристократке пришлось искать работу.
Белоручка и гордейка, Мэри даже представить себе не могла, чем она может заниматься: она мало, что умела. Ведь аристократок растили не для фабрик и рынков, а для интеллектуальных бесед, вечерних променадов и службе императорской семье. Новый мир страшил женщину своей неопределенностью.
К счастью, в историю вмешался случай. Другой российский эмигрант свел женщину с Коко Шанель, которая была немало восхищена красотой и грациозностью Мэри. Девушке предложили стать одной из первых манекенщиц гениального дизайнера, на что та согласилась. У Мэри просто не было иного выхода. А тут непыльная работа с небольшими, но стабильными деньгами.
Аристократическая походка, этнические, но правильные черты лица, грация и изящество мгновенно влюбили в Мэри публику. Женщина не ходила, она будто бы плыла по подиуму, показывая окружающим себя и свою красоту. Эта работа была ей действительно по плечу: казалось, соперничать с Мэри в элегантности и плавности движений никто не мог. Она стала легендой.
Только вот сама женщина была глубоко несчастна. Выступать вешалкой для чужих нарядов было унизительно для княжны. Она променяла бальный зал Зимнего Дворца на подиумы Парижа, и такая замена больно била по самооценке. Мэри не могла смириться с новым для себя положением.
В итоге женщина ушла из мира моды, несмотря на то, что люди шли не на показ, а на нее. Она просто не выдержала давления и не смогла переступить через свою грузинскую гордость. Увы, уход и новая жизнь не принесли ей счастья: ее муж погиб, а сама она осталась с деньгами, но одинока. Чужбина, душевные страдания и воспоминания о лучшей жизни заставили Мэри жить в отчуждении и изоляции от всего мира.
Так, легенда Шанель закончила свой пуль в дорогом доме престарелых, куда сама де и поселилась. До конца своих дней она ненавидела вспоминать о подиуме, пытаясь игнорировать былые заслуги. Одинокая и легендарная, гордая и подавленная — эта женщина прошла сложный путь, навсегда запечатлев себя в картинах художниках и памяти современников.