Любой маломальский маг знает, что сила это поток, а никак не место. И чем дальше ты от потока, тем сложнее сплести даже самое элементарное заклятье. Но то маги, а вот люди никогда не думали об этом. Все как-то у них иначе, методом проб и ошибок или, по-простому, методом тыка. Нырнул один в озеро и помоложе стал, поздоровее, значит место хорошее, целебное. Другой уснул под деревом, провернулся под торчащий корень, да и удавился. Так то место проклято, других доказательств не надобно. Все просто и понятно. Но есть особые места, там где потоки сил встречаются, энергетические перекрёстки. Найти такой для мага настоящая удача. Черпай сколько нужно и никакого тебе отката. А для людей иначе все, поскольку понять природу места они не способны. Вот и бегут оттуда, оставляя за собой пустыри заросшие крапивой.
Но история это не про магов. И даже не про людей с их предрассудками, а про одного конкретного человека.
Иван Ильич, обычный работяга, перемен не любил, но судьба над ним будто издевалась. Сперва жена ушла, пришлось учиться самому о себе заботиться. Только привык к одиночеству, так сразу в жизнь ворвалась буфетчица Ленка, наглючая такая, просто так не прогонишь. Только к ней привязался, так и она ушла. И снова начались длинные вечера перед телевизором.
На работе тоже не ладилось, разряд повышать не хотели, вот и приходилось пахать на износ за мизерную зарплату.
Друг и напарник Ивана много раз говорил, что надо что-то менять. Но стареющий слесарь всегда отмахивался, мол что менять-то? Вдруг хуже станет? Только и без перемен жизнь катилась под гору. Вот уже и горькой коротались вечера, а мучительное похмельное пробуждение омрачало день. И так по кругу. А самое обидное, что советчика повысили. За какие такие заслуги? Он же без года неделю отработал!
С такими чёрными мыслями Иван Ильич брел домой через лесок, под ноги не смотрел, да и на тропинку тоже, свернул не туда и запнулся. Полетел на землю и шибанулся головой о корягу. Сознание помутилось, и привиделась ему в забытьи другая жизнь. Жизнь в которой у него жена-красавица, деток трое, да полон дом товарищей. Так ему понравилось в этом мире, что в реальность не захотелось возвращаться.
Сколько он так провалялся? Никто не знает. Хорошо хоть лето, иначе бы замёрз на смерть. Но повезло, нашла его старуха, что на базаре травами разными торгует. Еле дотащила до избушки своей.
Пришел в себя, глазами заморгал, а все понять не мог, куда это его занесло? И куда исчезло волшебное видение? Попробовал подняться, да где там, тело ослабло от истощения.
Старуха заметила, что гость очнулся:
— Как ты, милок?
— Где я? — простонал Иван потирая больную голову.
— У меня ты. Не помнишь совсем ничего?
Ильич отрицательно повёл головой.
— Так это нормально, вон как голову зашиб. — пролопотала бабка и засуетилась. Намочила в каком-то растворе тряпку и принялась растирать виски слесарю.
— Зачем ты меня спасла? Там же было так хорошо. — простонал Иван.
— Конечно хорошо! — закивала старуха. — Ты ж ведь на перекрёстке заснул. Светлая сила видение подарила, а тёмная пила жизнь.
— Лучшей смерти и придумать нельзя. — с досадой и горечью прошептал больной.
— Может и так! — согласилась старуха. — Только жизнь свою ценить надо, беречь, она у нас одна.
Слесарь сморщился, поймал бабку за руку и честно, как на исповеди, рассказал свою жизнь. Все рассказал, без утайки. Захотелось вдруг душу открыть, без остатка, перед этой непонятной сердобольной старухой.
Та молча выслушала, покачала головой:
— Дурак ты набитый, а не жертва несправедливости! Разве не слыхал пословицу, что под лежачий камень вода не течет? Прав твой напарник был, а ты тетеха!
Иван Ильич ничуть не обиделся, мысли его были далеко от бабки и от ее жилища.
Через несколько дней слесарь уже спокойно поднимался с постели, бродил по дому опираясь на палку, но во двор пока выходил с трудом, даже пару раз падал с крыльца. Тем не менее силы возвращались, и уже через неделю Иван запросился домой.
Бабка уговаривала его погостить еще, подождать полного исцеления, но все бестолку
. Пришлось отступить. Правда с собой она ему положила пару пучков трав и пузырёк готового настоя. Велела делать растирание висков и заваривать травяной чай каждый день. Ильич сердечно поблагодарил бабулю и заспешил, насколько позволило слабое тело, прочь.
Через месяц полтора бабка возвращалась с рынка через перекрёсток силы. Глядит, а в стороне от тропы крапива сочная на ветру колышется. Метнулась туда и замерла на пол пути. Прямо перед ней валялась котомка, та самая, что отдала в дорогу слесарю. Покачала головой старушка, плюнула трижды и побрела дальше. Что теперь кручинится, что горевать? Ильич сам свою судьбу выбрал.
Тянутся потоки силы от полюса к полюсу, черпают маги оттуда без устали. А кто же питает эти потоки? Да такие вот Иваны, что с жизнью своей не справились.